Написана эта книга icon

Написана эта книга



страницы: 1   ...   10   11   12   13   14   15   16   17   ...   35
вернуться в начало
скачать
, человек, образу-

ющий и интерпретирующий смыслы с помощью символов (знаков).

Общество представляет собой систему взаимодействия социальных

субъектов различного масштаба и уровня: индивидами, группами,

обществом. Человек и формируется обществом через культуру и явля-

ется одновременно их активным творцом.


Следующие идеи лежат в основе понимания предмета социальной

психологии: <Культура создается в общении и через его посредство;

организующие принципы общения отражают общественные отноше-

ния, которые в них имплицитно содержатся... Социальная жизнь

является основой и общения и идеологии. Изучение этих явлений -

именно та задача, для решения которой предназначена социальная

психология... Область исследования социальной психологии - это

группы и индивиды, которые создают свою реальность, управляют

друг другом и создают как связи, объединяющие их, так и разделяю-

щие различия. Идеология - это их товары, отношения - средство

обмена и потребления, а язык - деньги> [Moscovici, 1972, р. 57, 60].


Подобная трактовка предмета обусловливает и выбор основных

объектов. Главными среди них оказываются отношения между

субъектами социального процесса (в первую очередь между группами)

и различные формы их отражения в индивидуальном и коллективном

сознании: образы, представления и т.п.


При определении своей позиции на континууме: политический,

идеологический нейтралитет (сциентистская позиция социального

технолога-эксперта) - гражданская пристрастность, соотнесение

целей заказчика с интересами общества и своими ценностями - сто-

ронник этой парадигмы склоняется к второму полюсу.


Активное формирование парадигмы понимания началось в конце

60-х годов как антитеза американской парадигме, однако ее основные

философские и теоретико-методологические основы формировались

задолго до этого, во второй половине XIX - первой половине XX веков.


Рассмотрим последовательно эти два исторических аспекта. В 1972

г. группа ведущих западноевропейских ученых выпустила в свет кни-

гу <Контекст социальной психологии: критическая оценка>, которая

по остроте превзошла всю предыдущую критику в адрес американской

социальной психологии [Israel, Tajfel, 1972.]


Если вспомнить, что еще в 1970 г. французский социальный пси-

холог С. Московичи называл страны Западной Европы <слаборазви-

тыми> в области социальной психологии [Moscovici, 1970, р. 18], то

легко было поддаться соблазну счесть появление этой книги чем-то

вроде <бунта на коленях>^ . Однако вскоре стало очевидным, что


Общая характеристика парадигмы. Предпосылки ... 183


<Контекст...> стал по сути дела программой развития не только для

западноевропейской, но и для всей западной социальной психологии.

По индексу цитирования книга прочно заняла место рядом с класси-

ческими теоретическими работами в этой области. Более того, взгля-

ды, выраженные в ней, легли в основу реального продвижения запад-

ноевропейской социальной психологии и в теории, и в области эмпи-

рических исследований. Так, первая и пока единственная попытка

создания основ общей теории социальной психологии была предпри-

нята одним из авторов <Контекста...> - Р. Харре [Harre, 1979.].

Другой автор и редактор <Контекста...> - Г. Тэджфел фактически

заново открыл для социальной психологии такой важнейший объект

исследования, как межгрупповые отношения [Tajfel, 1981.]. Таким

образом, альтернатива американской парадигме оказалась реальной

и перспективной.


Появление этой альтернативы было не случайной вспышкой <ев-

ропоцентризма> в западной социальной психологии, а логичным ре-

зультатом многих предпосылок, связанных как с развитием самой

науки, так и с историческим и социокультурным контекстом. Анализ

этих предпосылок и должен объяснить, почему к началу 70-х годов

американская парадигма перестала удовлетворять западноевропейс-

ких социальных психологов и что именно позволило им выдвинуть

конструктивную альтернативу.


Критическое, негативное отношение европейских ученых к соци-

альной психологии США было продиктовано самой жизнью, реальны-

ми социальными процессами в странах Западной Европы 70-х годов.

Отметим лишь главные обстоятельства: крайнее обострение полити-

ческой и соответственно идеологической борьбы внутри западноевро-

пейских стран при одновременном усилении идеологической конф-

ронтации между двумя социальными системами; усугубление этни-

ческих проблем, вызванное не столько оживлением прежних этноцен-

трических тенденций (например, традиционного конфликта между

французской и валонской группами в Бельгии), сколько появлением

в Западной Европе в эпоху промышленного процветания миллионных

армий так называемых <приглашенных> рабочих из развивающихся

стран. Экономические, политические, этнические конфликты между

социальными группами, оформлявшиеся в программы, лозунги и

прочие материализованные идеологические продукты, стали той по-

вседневной реальностью, с которой общество и вместе с ним соци-

альные психологи не могли не считаться.


В этих условиях модели общества, человека (и их взаимодействия),

применявшиеся в американской социальной психологии, обнаружили

свою неадекватность^. Непригодность американской парадигмы для


184 Опыт Западной Европы: парадигма понимания


Западной Европы была подтверждена и студенческим движением

конца 60-х годов. Оно подтолкнуло ведущих социальных психологов

к переосмыслению принятых постулатов, еще более остро поставив на

повестку дня проблему социальной релевантности науки^. Таким об-

разом, если в США социальные психологи в силу ряда причин соци-

окультурного характера продолжали прежнюю традицию исследова-

ния, уповая на <то, что в конечном итоге массивы разрозненных дан-

ных будут организованы в системное целое своим Эйнштейном, то в

Западной Европе именно внешние по отношению к науке факторы

(политическая обстановка, давление общественности и др.) заставляли

энергично искать новые, более продуктивные пути.


Трудно сказать, как развивалась бы западная социальная психоло-

гия, если бы не было Второй мировой войны. Очевидно одно - запад-

ноевропейцам не пришлось бы 25 лет догонять США, учиться по аме-

риканским учебникам и копировать американские методы исследова-

ния. В течение длительного времени США были для Западной Евро-

пы той Меккой, без паломничества в которую ученый значительно

терял в авторитете. В 1963 г. Ж. Стетцель в первом (!) французском

учебнике по социальной психологии писал: <Современная социальная

психология в ее нынешнем виде как по ближайшему прошлому, так

и по сути своего развития вплоть до наших дней - почти исключи-

тельно американская наука> [Stoetzel, 1963., р. 15].


Четверть века потребовалось на то, чтобы создать свои кадры, вос-

полнить интеллектуальные ресурсы, урон которым был нанесен в

предвоенные годы <утечкой мозгов> в США^ . Что касается дальней-

шего движения европейской социальной психологии, то его направ-

ление было в значительной мере обусловлено логикой развития <ро-

дительских> по отношению к ней дисциплин - социологии и психо-

логии - и обеспечено наличием богатейшего материала для решения

теоретических задач, накопленного социальными науками в Западной

Европе. Благодаря этому материалу западноевропейская социальная

психология оказалась наиболее готовой к совершению того поворота (от

натурализма к субъективизму), который наметился в смежных науках.


Первым серьезным шагом в этом направлении и стала коллектив-

ная монография <Контекст социальной психологии: критическая

оценка>. Она отражала процесс растущей поляризации позиций внут-

ри самой западноевропейской социальной психологии. Одна группа

психологов послушно следовала в фарватере американской парадиг-

мы. Другая открыто выражала недовольство ею и искала новые отве-

ты на старые, постоянно стоящие перед социальной психологией воп-

росы: о природе теории, о методах исследования социальных явлений

не только в лаборатории, но и в естественной для них среде, о приро-


Общая характеристика парадигмы. Предпосылки ... 185


де человека и общества, о ценностях и постулатах, регулирующих де-

ятельность ученого, детерминирующих его теории и методы исследо-

вания; о социальной релевантности научных результатов; о специфи-

ке методов исследования в социальной психологии по сравнению с

методами естественных наук [Tajfel, 1972].


По собственному признанию, авторы <Контекста...> ставили перед

собой две задачи: выяснить причины недовольства установившейся

практикой исследования и дать конструктивные альтернативы. Соот-

ветственно в книге представлены как бы два <образа> социальной

психологии: негативный (какой она не должна быть) и противостоя-

щий ей позитивный (какой ее хотели бы видеть авторы).


Итак, чем именно и почему оказались не удовлетворены западноев-

ропейские социальные психологи в американской парадигме, т. е. в

современной психологической социальной психологии? Сведя воедино

и систематизировав их критику, мы получаем следующую картину.


Общая оценка. Современная социальная психология - не наука в

строгом смысле этого слова. Ей пытаются придать наукообразный вид

посредством привлечения математических средств и метода лаборатор-

ного эксперимента, тем не менее основным критериям науки (наличие

собственного предмета, системы понятий, знаний и задач) социальная

психология не соответствует. Она представляет скорее некую область

исследований, в которой время от времени удается, как правило неожи-

данно, получать новые результаты. Прочного фундамента для система-

тического развития у этой дисциплины нет. Время от времени в ней

вспыхивает интерес к тому или иному явлению. Через некоторое вре-

мя он угасает, оставляя за собой некоторое количество несистематизи-

рованных и противоречивых данных. Социальная психология расколо-

та на направления со своими проблемами и терминологией. Каждая из

школ имеет свои собственные критерии истины и стандарты научного

исследования. Социальная психология - это замкнутая в себе и в то же

время мозаично пестрая сфера познания. Видимость сплоченности со-

циальных психологов объясняется желанием представлять единую

дисциплину, хотя внутренние различия между ними велики. Несмотря

на претензии социальной психологии, ей не удалось произвести рево-

люцию в науках о поведении. Она превратилась в исследовательскую

технологию, которая состоит в опытно-статистической проверке суж-

дений здравого смысла с целью показать, что утверждение, известное

как правильное-правильно.


Создавшееся положение с точки зрения авторов <Контекста...> обус-

ловлено рядом факторов. Один из них - влияние позитивистской эпи-

стемологии, согласно которой задача ученого состоит в том, чтобы

выявлять устойчивые связи между явлениями, собирать <данные>,


186 Опыт Западной Европы: парадигма понимания


опираясь, главным образом, на эксперимент и статистическую обработ-

ку его результатов, в надежде, что когда-нибудь их будет собрано дос-

таточно для преобразования в теорию. Прямые результаты длительного

влияния позитивизма: превращение социальной психологии в деятель-

ность по экспериментальному подтверждению тривиальных истин и

афоризмов здравого смысла; стерильность и малая аддитивная ценность

экспериментальных исследований; хаотичность поиска; пренебрежение

теоретической работой из опасения прослыть <теоретиком> среди един-

ственно достойных уважения <экспериментаторов>.


Другой фактор неудовлетворительности современной социальной

психологии - влияние на нее идеологии американского общества,

которое проявляется в принятых моделях человека, общества и вза-

имодействия между ними. В этих моделях человек предстает как су-

щество либо пассивное, либо мотивированное сугубо экономическими

выгодами. Если человек поступает по законам капиталистической

рыночной экономики, то его поведение считается рациональным.

Если послушно выполняет роли, интерпализованные в процессе соци-

ализации, то он нормален. Если же человек отклоняется от навязыва-

емых обществом ролей - он девиант, социальный брак. Само обще-

ство в социальной психологии стабильно, его идеал - статус-кво,

функциональное равновесие притертых друг к другу частей. Унифор-

мность индивидуальных систем ценностей - залог жизнеспособнос-

ти общества.


Результатом действия позитивистской методологии и идеологии

американского общества, наиболее рельефно выразившимся в бихеви-

оризме, является принцип методологического индивидуализма, соглас-

но которому исходным пунктом и единицей анализа социальных явле-

ний выступает поведение индивида, взаимодействующего с другим, ему

подобным. Это взаимодействие объясняется законами общей психоло-

гии, которые, в свою очередь, выводятся из законов биологических.


Как объект исследования, человек не отличается от объектов при-

родных. Отсюда ограниченное, поверхностное понимание социального

как множества. Такое понимание основано на трех постулатах: а)

социальное есть простое следствие механического сложения индиви-

дуального; б) социальное не содержит феноменов, которые нельзя

было бы объяснить действием психологических, а в конечном счете

психофизиологических законов; в) между социальным и несоциаль-

ным нет существенной разницы: другой человек - лишь элемент

окружающей среды. При этом социальное лишается таких важных

характеристик, как опосредованность символическими системами,

языком, общением. В итоге, несмотря на то что в учебниках соци-

альная психология обычно определяется как психология социального


Общая характеристика парадигмы. Предпосылки ... 187


поведения, о социальном в них говорится меньше всего. Тем самым

социальная психология превращается в отрасль общей психологии.

Не видя специфики социального, представители традиционной пара-

дигмы изучают субъект-субъектное отношение как субъект-объект-

ное. Разница между возможными вариациями заключается лишь в

акценте на ту или иную сторону отношения.


Оставаясь отраслью, разделом общей психологии, такая соци-

альная психология в лучшем случае выполняет функцию коридора,

по которому сообщаются психология и социология. Не найдя своего

аспекта в социальном, она оказывается без своего предмета и, как

следствие этого, не имеет своей общей теории, оставаясь описательной

научной дисциплиной. Но без собственных предмета и теории она не

имеет и своих методов. Последние заимствуются из других наук (об-

щей психологии, социологии, этнографии и т. п.). Метод номологичес-

кого лабораторного эксперимента был незаслуженно абсолютизиро-

ван в ущерб остальным. Поскольку к тому же практически контин-

гент испытуемых в этой искусственной среде - студенты колледжей,

т. е. выходцы из <среднего класса>, носители относительно гомоген-

ной системы ценностей, да еще (в соответствии с исходной моделью

человека) рассматриваемые как чистые грифельные доски, на кото-

рых можно записывать любые экспериментальные условия, то неуди-

вительно, что полученные данные большей частью имеют весьма ог-

раниченную валидность и не могут быть экстраполированы на соци-

альную действительность. В итоге социальная психология оказывает-

ся социально-нерелевантной.


В противовес этому негативному образу и возникла общая платфор-

ма, основой которой, по мнению Г. Тэджфела, служило убеждение:

что социальная психология должна стать чем-то вроде точной науки

о социальном поведении человека, в явной форме учитывать взаимо-

связь человека с его социальным окружением, не претендовать на

объективность, т. е. на независимость от ценностных ориентаций, при

этом смысловой и знаковый аспекты общения между людьми могут

быть исключены из социальной психологии только ценой потери

смысла всего исследования; что методы (экспериментальные или

любые другие) не должны диктовать ход исследования и теоретичес-

кой работы; и, наконец, что социальные психологи должны стремить-

ся к более четкому осознанию общественной роли своей деятельнос-

ти [Tajfel, 1972,].


Таковы предлагаемые основы позитивного образа социальной пси-

хологии, в котором можно вычленить три основных постулата: 1) не

методы, а теория диктует ход исследования; 2) социальная психоло-

гия, исследуя поведение человека в социальной среде, имеет своим


188 Опыт Западной Европы: парадигма понимания


предметом смысловой, знаковый аспект общения; 3) социальная пси-

хология как наука зависит от мировоззренческих посылок соци-

альных психологов, которые должны осознавать общественную зна-

чимость своей деятельности.


Нетрудно заметить, что эти постулаты - прямой антипод исход-

ным методологическим положениям американской (психологической)

социальной психологии. Лишь пункт об общественной значимости

социально-психологических исследований (в США косвенно затрону-

тый дискуссиях об этике социально-психологических исследований

и социальной релевантности) можно с некоторой натяжкой счесть со-

впадающим.


Однако плодотворность, конструктивность выдвинутой альтерна-

тивы необходимо было доказать как теоретически, так и практичес-

ки. Насколько успешной в этом плане оказалась попытка, предприня-

тая десять лет назад первыми западноевропейскими критиками аме-

риканской социальной психологии, будет показано далее.


8.2. Исторические предпосылки парадигмы понимания


Для истории социологии в капиталистических странах характерно

периодическое чередование двух теоретических ориентаций - нату-

рализма и субъективизма [Ионин, 1979.]. Согласно первой из них,

социальный мир - явление объективное, независимое от человечес-

кой деятельности и своего отражения в сознании людей. Отличитель-

ные черты натурализма - недооценка и игнорирование роли субъек-

тивного фактора в общественных процессах, игнорирование творчес-

кого отношения человека к миру, гипостазирование роли природной

объективности. Ученые, стоящие на этой позиции, видят в естествен-

ных науках образец науки вообще, проповедуют нейтралитет и бес-

пристрастность академического научного знания.


При субъективистском подходе, напротив, в фокусе исследования

оказывается именно сознание, которое трактуется как основополагаю-

щий фактор социальной жизни. При этом игнорируется объективно-

историческая обусловленность жизни общества. В основе методологии

данного направления лежит принцип <понимания>, разработка кото-

рого связана главным образом с именами Вильгельма Дильтея и Мак-

са Вебера. Говоря о роли социолога в жизни общества, сторонники

субъективизма отрицают возможность идеологического и политическо-

го нейтралитета.


Натурализм и субъективизм в социологии чередовались следую-

щим образом.


Вторая половина XIX в. характеризуется господством натуралисти-

ческих концепций. Это период, когда наибольшим авторитетом пользу-


Общая характеристика парадигмы. Предпосылки ... 189


ются рационализм, объективизм, сциентизм, эволюционизм, Конец

XIX - первая треть XX в. - период ослабления натурализма и выхо-

да на первый план субъективистских концепций, для которых харак-

терны иррационализм, релятивизм, антисциентизм. 50-е годы XX в. -

период <реставрации> натуралистического эволюционизма с его раци-

оналистическим методом и консервативным идеологическим содержа-

нием. Следующий этап буржуазной социологии (конец бО-х-70-е

годы) - падение престижа концепций структурного функционализма

и рост влияния субъективистских и релятивистских теорий, нашедших

свое выражение в феноменологической философии и ее преломлении в

виде символического интеракционизма, <понимающей> социологии и

т. п. Можно сказать, что социология психологизировалась.


Наложение этой схемы - с учетом того, что она, по признанию ее

авторов, <безусловно упрощает реальную картину развития буржуаз-

ного социологического знания>^ [Ионин, 1978], - на процесс разви-

тия социально-психологических идей еще раз подтверждает ее адек-

ватность. В XIX в. происходит решительное утверждение натурализма

в его различных индивидуалистских (Бентам и Милль) и холистских

(Спенсер) вариантах. Затем происходит возврат к субъективизму:

период 1850-1930 гг., по словам Олпорта, - это период господства

понятий <групповое сознание> и <идея> [Allport Ст., 1968.]. Период

1930-1970 гг. - эпоха натурализма в его американском варианте.

Здесь налицо все признаки, выделенные Иониным: сциентизм, при-

верженность к точному экспериментальному методу, игнорирование

человеческой активности, творческого отношения человека к миру.

Наконец, 70-е годы - период кризиса натурализма, выразившегося

в падении авторитета жестко сциентистской парадигмы психологи-

ческой социальной психологии и в оживлении социологической ветви

американской социальной психологии - символического интеракци-

онизма.


Эти тенденции получили также импульс и со стороны событий в

общей психологии. Они описаны и проанализированы применительно

к социальной психологии Гергеном. Работа Гергена построена на

противопоставлении эндо- и экзогенического подходов^, которые ус-

ловно соответствуют полюсам субъективизм-натурализм.


В самом деле, если обратиться к тем линиям водораздела между

эндо- и экзогеническим подходами, которые фиксирует Герген, то

окажется, что сторонники первого считают знание чисто субъектив-

ным продуктом, сторонники второго - объективно соответствующим

действительности. При этом истина для первых плюралистична, для

вторых - монистична; наука, по мнению первых, ценностно насыще-

на, для вторых - ценностно нейтральна; первопричина поведения


1^


190 Опыт Западной Европы: парадигма понимания


(источник мотивации, <каузальный локус>), согласно первой точке

зрения, - в самом индивиде, согласно второй, - в окружающей сре-

де; первые считают, что в науке факты и ценности неразделимы, вто-

рые - что их следует отделять; наконец, по вопросу о методах первые

считают, что так называемые экспериментальные <данные> являются

скорее риторическим, чем онтологическим подтверждением, вторые

видят в них основу познания и озабочены совершенствованием техни-

ки измерения и контроля переменных [Gergen, 1982, р. 176-177]. В

развитие перечня этих различий можно было бы добавить, что <линия

фронта> между эндо- и экзогенистами проходит и по другим основа-

ниям: синтаксис (форма) - семантика (содержание) исследования;

молекулярная (индивид) - молярная (ситуация, среда) единица ис-

следования; объектный (механистический) - системный (реляцион-

ный) тип анализа.


Прилагая свою схему к американской психологии в целом и соци-

альной психологии в частности, Герген обнаруживает, что с конца

XIX в. и вплоть до начала 70-х годов доминирует экзогенный подход.

В 30-е годы психология была эмпирической, механистичной, кванти-

тативной, операциональной. В это время экзогенизм несколько ослаб

в связи с вынужденной легализацией в психологии <промежуточных

переменных> (вроде когнитивной карты Толмена). Тем не менее конец

60-х годов, по мнению Гергена, это время <апофеоза необихевиориз-

ма> [Op.Cit., р. 183]. Три обстоятельства, считает он, нарушили этот

<безмятежный праздник>: кризис философии науки, связанный в

основном с крахом позитивизма, когнитивная революция в психоло-

гии и дискуссии о кризисе социальной психологии.


Логическим следствием встречного движения - от натурализма к

субъективизму в социологии (процесса ее психологизации) и от экзо-

генного подхода к эндогенному в психологии (ее социологизации)^

стало выдвижение на первый план того комплекса идей, который

известен под названием <символический интеракционизм>.


Эти идеи сводились к тому, что человек есть существо социальное,

рефлектирующее, его поведение регулируется социальными ценнос-

тями и нормами, а происхождение последних принципиально невоз-

можно понять без выхода за пределы индивида в надындивидуальную

систему значений, смыслов и т. п.


Символический интеракционизм и стал тем пунктом, где встреча-

ются социология и социальная психология. Это направление может в

равной степени рассматриваться и как проявление психологизма в

социологии, и как проявление социологизма в социальной психоло-

гии. Несомненно одно - символический интеракционизм есть резуль-

тат синтеза различных отраслей знания о действительном социальном


Общая характеристика парадигмы. Предпосылки... 191


процессе, который лишь в научной абстракции может делиться на

социологический и социально-психологический аспекты.


Консерватизм традиционной парадигмы, пустившей прочные кор-

ни в институциональной системе академической социальной психоло-

гии США, оказался весьма серьезным препятствием на пути распрос-

транения и развития новых идей в США. Напротив, западноевропейс-

кие ученые были подготовлены к этому культурной историей своего ре-

гиона. Как показывает анализ литературы, концепции, которые в США

объединяются общим названием <символический интеракционизм>,

есть всего-навсего усеченный американский вариант обширного ком-

плекса идей, имеющих чисто западноевропейское происхождение^.


Восстанавливая историческую правду о символическом интеракци-

онизме, Р. Джоунс и Р. Дэй обнаружили три основных его философ-

ских источника: шотландскую школу философов морали (А. Смит, Д.

Юм, А. Фергюсон, Б. Рэд и др.); французских философов-просветите-

лей (Монтескье, Вольтер, Дидро, Руссо) с романтико-консервативной

реакцией на их теории в самой Франции, а также в Англии и Герма-

нии; и, наконец, классическую немецкую философию и социологию

(В. Дильтей, М. Вебер, М. Шелер, Э. Грюнвальд, К. Маннгейм).


Влияние шотландской школы сказалось в трех основных момен-

тах. Во-первых, ее представители выступили с опровержением теорий

<истинной природы человека> и <социального контракта> независимо

от того, какой объявлялась эта природа - <плохой> (как у Гоббса) или

<хорошей> (как у Руссо). Критика велась с позиций здравого смысла

с опорой на этику, историю и этнографию. Во-вторых, они предложи-

ли переключить внимание с бесплодных споров о природе человека на

изучение структуры общества, исследование реальных социальных

групп, а психологию индивида исследовать через отношения людей

(здесь определяющим было понятие <симпатия>). Опираясь на фило-

софию Юма, они призывали к последовательному эмпирическому

исследованию социальной организации, социального взаимодействия

и определяющих их факторов. В-третьих, представители этой школы

описали различные социально-психологические явления: взаимное

восприятие стариков и молодежи, восприятие местными жителями

незнакомцев и т. п.


Особенно большое значение имели работы А. Смита, одним из пер-

вых предпринявшего попытку социально-психологического исследо-

вания. В <Теории моральных чувств> (1752) задолго до Ч. Кули и Дж.

Мида он писал, что отношение индивида к себе, его самооценка зави-

сят от зеркала, функцию которого выполняет общество. Глядя в это

зеркало, мы можем <глазами других людей изучать свое собственное

поведение> [Jones R., 1977, р. 80; Smith A., 1959]. Далее А. Смит раз-


192 Опыт Западной Европы: парадигма понимания


вивал мысль о том, что мы судим о себе и своих поступках во многом

так, как, нам кажется, об этом судят другие. В процессе общения у нас

возникают чувства понимания и симпатии, которые не что иное, как

способность поставить себя на место другого, сыграть его роль. По

мнению А. Смита, индивид не существует <сам по себе>, вне органи-

зованной системы отношений. Задолго до Томаса и Знанецкого А.

Смит говорил и о феномене, получившем впоследствии название со-

циальной установки.


Второй идейный источник современного символического интерак-

ционизма - философия французских просветителей и реакция, кото-

рую они вызвали в Англии и Германии. Выражая потребности своей

эпохи, просветители отстаивали права личности на свободу, индиви-

дуальность, совершенствование. Вдохновленные достижениями науки

в предыдущие столетия, трудами Леонардо да Винчи, Галилея и Нью-

тона, они полагали разум и наблюдение основой поиска истины и

считали что, если наука смогла раскрыть механизм действия основ-

ных законов природы, то со временем удастся открыть и законы раз-

вития культуры и общества [Jones R., 1977, р. 81].


Романтизм этой эпохи (Луи де Бональд во Франции, Э. Берк в

Англии и отчасти Гегель в Германии) возник как реакция на механи-

стичное представление о мире, работающем наподобие часового меха-

низма. <Во всех областях - литературе, искусстве, музыке, филосо-

фии, религии - предпринимались попытки освободить эмоции и во-

ображение от строгих правил и конвенций, навязанных в XVIII в. В

религии восстанавливалось значение внутреннего опыта, в философии

индивидуальному сознанию отводилась творческая роль в создании

мира> [Zeitlin, 1973 с. 82]. Все большее значение приобретали поня-

тия группы, общности, нации. Исторические традиции, культура и

обязанности личности рассматривались как способы связи индивида

с группой, общиной и государством.


Однако наибольшую роль, с точки зрения Джоунса и Дэйя, в фор-

мировании символического интеракционизма сыграла социальная

(философская и социологическая) мысль Германии [Jones R., 1977, р.

83]. Подводя итоги анализу этого влияния, Джоунс и Дэй отмечают,

что на сегодня развитие символического интеракционизма определя-

ют четыре фактора: идея о взаимозависимости субъекта и объекта при

анализе социальной действительности; подход к обществу как фено-

мену, для которого характерны постоянное изменение и конфликт; за-

висимость нашего познания реальности от социальных факторов; и,

наконец, идея о том, что интерпретация и выявление модели смысла

человеческих действий выступают как самые существенные объекты

социального познания [Ор. cit., р. 86-87].


Общая характеристика парадигмы. Предпосылки ... 193


Таким образом, экскурс в прошлое, казалось бы, чисто американ-

ского направления современной социальной психологии обнаружива-

ет его глубокую внутреннюю связь с западноевропейским интеллек-

туальным наследием. Наша цель, однако, не столько в том, чтобы до-

казать европейский приоритет в каком-то ряде современных теорий,

концепций, подходов, сколько в том, чтобы показать, как, оставив

топтаться на месте американскую психологическую социальную пси-

хологию^, социальная психология Западной Европы двинулась вперед,

опираясь на более близкую ей по духу идейно-теоретическую почву.


Теоретическое наследие западноевропейской социальной психоло-

гии достаточно подробно описано и в отечественной, и в зарубежной

литературе. При этом используется принцип сочетания анализа: 1)

преимущественно по странам [Sahakian, 1974], с добавлением кратко-

го раздела о вкладе конкретных наук и 2) преимущественно по на-

укам, или отдельным теориям - <донорам> [Андреева, 1998].


В первом случае рассматриваются взгляды Конта, Тарда, Фулье,

Эспинаса, Дюркгейма, Леви-Брюля, Макиавелли, Сигеле, Ломброзо,

Парето, Гегеля, Маркса, Вундта, Вебера, Фрейда, Юнга, А. Смита,

Спенсера, Дарвина, Бажо (Bagehot), Шелера, МакДугалла, Троттера,

Уоллэса, Гоббхауза.


Во втором случае анализируются идеи, зародившиеся в философии

(Гегель) лингвистике (Лазарус и Штейнталь), психологии (Вундт,

Гербарт), социологии (Конт, Дюркгейм, Вебер, Спенсер, Тард, ЛеБон),

этнографии и антропологии (Э. Тэйлор, Л. Морган, Леви-Брюль, Ма-

линовский, Рэдклифф, Браун).


В нашем случае будет использован третий вариант, примененный

Джоунсом и Дэйем для анализа теоретических источников символи-

ческого интеракционизма - по основным методологическим идеям и

постулатам, приобретшим в настоящее время особенно важное значе-

ние. К ним можно отнести: принцип методологического холизма;

принцип системности; гипотезу о существовании с одной стороны,

трансцендентального (духовного) уровня социального процесса, а с

другой - глубинного (эмоционального, иррационального) уровня;

ключевую роль образа в его различных формах как средства общения

и социального обмена в социальной системе; указание на особую роль

самого исследователя как инструмента познания на обоих уровнях,

стремящегося понять, постигнуть существо изучаемого объекта.


Отвергая американскую парадигму и вместе с ней принцип мето-

дологического индивидуализма, западноевропейская социальная пси-

хология оказалась перед выбором между методологическим холизмом

и системным анализом. Холизм сформулировался под решающим

влиянием философской системы Гегеля и был представлен: в социо-


194 Опыт Западной Европы: парадигма понимания


логии - Э. Дюркгеймом, в этнопсихологии - В. Вундтом, в языкоз-

нании - Лазарусом и Штейнталем, в культурантропологии - Мали-

новским и Рэдклиффом-Брауном.


Онтологические положения холизма (от англ. whole - целый), по

Бунге, таковы: 1) общество есть образование трансцендентное по от-

ношению к своим членам; 2) оно обладает системными свойствами, т.

е. свойствами целого, несводимыми к свойствам индивидов; 3) обще-

ство влияет на своих членов больше, чем они на него; взаимодействие

между двумя обществами - это отношение одного целого с другим;

любое социальное изменение имеет надындивидуальный характер,

хотя и отражается на отдельных членах общества.


Из этих онтологических посылок вытекают следующие методоло-

гические принципы: 1) общество надлежит исследовать, изучая его

общие свойства и изменения; 2) социальные явления можно объяс-

нить, лишь анализируя надындивидуальные образования, например

государство; индивидуальное поведение можно понять, учитывая

одновременно интенции индивида и воздействие на него общества;

3) гипотезы о закономерностях функционирования и развития обще-

ства проверяются на основе исторических и социологических дан-

ных [Bunge, 1979, с. 16].


Примером конкретизации холистских постулатов может служить

концепция коллективных представлений Э. Дюркгейма, которого

некоторые исследователи не без оснований считают не социологом, а

социальным психологом. Отметим, что сам Дюркгейм не разграничи-

вал четко предметы социологии и социальной психологии.


Так, например, он писал: <... коллективная психология - это вся

социология, и почему бы не воспользоваться этим, вторым термином>

[Durkheim, 1924, р. 47]. И еще: <...мы не видим никакой несообразно-

сти в том мнении, что социология есть психология, если только при

этом добавить, что социальная психология имеет свои собственные

законы, отличающиеся от законов индивидуальной психологии>

[Op.Cit., р. 45]. На наш взгляд, Дюркгейм действительно являлся ско-

рее социальным психологом, нежели социологом, поскольку обществен-

ное сознание он рассматривал преимущественно с точки зрения его фун-

кций в социальной структуре, среди которых главной оказывалась регу-

лятивная функция различных идейно-психологических форм.


Поскольку с точки зрения холизма субъектом социального дей-

ствия выступает общность (государство, группа и т. п.), функция ре-

гулятора этого процесса приписывалась не индивидуальным, а обще-

ственным формам сознания. С точки зрения Дюркгейма, такими ре-

гуляторами являются способы мышления, обычаи, нормы, язык. Он

называл их фактами коллективного сознания, социальными фактами


^


Общая характеристика парадигмы. Предпосылки ... 195


или коллективными представлениями. Для индивида эти факты име-

ют принудительную, обязательную силу, поскольку человек при рож-

дении находит их уже готовыми.


Социальный психолог, становящийся на позиции холизма, впа-

дает в другую крайность по сравнению с исследователем, исходящим

из принципа методологического индивидуализма, а именно он недо-

оценивает роль конкретного человека в социальном процессе. Инди-

вид оказывается с этой точки зрения всего лишь исполнителем та-

ких самостоятельных сущностей, как <воля>, <дух>, законы обще-

ства. Он явно <слабая> сторона отношения. Основной недостаток

этого подхода - акцент на воспроизводство надындивидуальной

системы, сведение индивидуальной психики к некоему <вместили-

щу>, в котором надындивидуальное существует, <думает> и разви-

вается От методологического индивидуализма холистский подход

отличается не только тем, что регуляторами социальных отношений

выступают надындивидуальные, культурные образования, но и

принципиально иной трактовкой социального. Если с позиции ме-

тодологического индивидуализма - это, как правило, просто при-

сутствие другого, то с позиций холизма неотъемлемым атрибутом

социального выступает его фиксация в символических, знаковых

формах. Показательно в этом плане такое высказывание Дюркгей-

ма: <Социальная жизнь во всех своих аспектах и во все моменты

своей истории возможна только благодаря своему обширному сим-

волизму> [Durkheim, 1912, р. 331].


Эта особенность социального, как мы увидим дальше, заняла в

западноевропейской социальной психологии весьма важное (если не

ведущее) место. Существенный недостаток холистских концепций при

всей ценности тех фактов, которые были получены с этих позиций,

состоял в том, что и в них проблема взаимодействия индивида и об-

щества не была решена в психологическом аспекте. Иными словами,

включенность человека в коллективное действие, социальную систему

оказалась лишенной психологического, мотивационного содержания.

В этих исследованиях можно было почерпнуть ценный исторический

материал о результате, эффективности, в лучшем случае, о способах

включения, но не о сути психического процесса, который пережива-

ют живые люди.


Итак, ни методологический индивидуализм, ни холизм не позво-

лили решить проблему регулятора социально-психологических отно-

шений. В первом случае регулятор замыкался в индивиде, во вто-

ром - в сфере надындивидуального. Не была решена с позиций холиз-

ма и проблема специфики социального, несмотря на некоторое продви-

жение вперед по сравнению с методологическим индивидуализмом.


196 Опыт Западной Европы: парадигма понимания


По широко распространенному в социальных науках мнению,

единственным на сегодняшний день возможным способом преодоле-

ния недостатков индивидуализма и холизма является системный

подход. Его основные онтологические положения, по М. Бунге, тако-

вы: 1) общество не есть ни простая совокупность индивидов, ни на-

дындивидуальная сущность; оно есть система взаимосвязанных инди-

видов; 2) будучи системой, общество обладает системными свойства-

ми; некоторые из них являются результатом действия индивидов и

сводимы к ним; другие - обусловлены функционированием самой

системы, но они, хотя и берут свое начало в индивидах и их взаимо-

действии, к ним не сводимы; 3) общество не может действовать на

своих членов непосредственно, это делают члены социальной группы;

поведение каждого индивида определяется не только его наследствен-

ностью, но и его ролью в обществе; взаимодействие между двумя об-

ществами реализуется через взаимодействие двух индивидов, каждый

из которых занимает определенное место в своей общности.


К методологическим положениям системного подхода Бунге отно-

сит следующие: 1) общество надлежит исследовать, изучая социаль-

но значимые характеристики индивида, а также свойства и измене-

ния общества в целом; 2) социальные факты следует объяснять в тер-

минах индивидуального и группового поведения, а также взаимодей-

ствия индивидов и групп; индивидуальное поведение следует объяс-

нять биологическими, психологическими и социальными характери-

стиками человека как члена общества; 3) гипотезы о закономерностях

функционирования и развития общества должны обосновываться со-

циологическими и историческими данными, содержащими сведения

об индивидах и малых группах, ибо только последние доступны для

эмпирического наблюдения [Bunge, 1979, р. 16].


Системный анализ имеют давние традиции в западноевропейской

социальной науке, хотя сам этот термин появился не более полувека

тому назад. Примечательно, что в своей современной форме системный

анализ пришел в науку из исследования искусственных - в основном

военных - систем управления. Но базовые его идеи были по мнению

историков науки высказаны исследователями живых систем: Дарви-

ном в биологии и Марксом в социологии. В других терминах они стре-

мились объяснить процессы саморегуляции этих систем, исходя из их

внутренних закономерностей, структуры, (функциональных связей и т.п.


Как ныне известно, по мере усложнения системы меняется ее ос-

нование и системное качество. Для иллюстрации можно привести

смену оснований и развитие системных качеств жизни в процессе

эволюции. Что является основанием и системным качеством соци-

альных систем ?


Общая характеристика парадигмы. [Предпосылки ... 197


Именно этот вопрос, хотя и в иных (формулировках, мыслители

задавали себе с незапамятных времен и отвечали на него в зависимо-

сти от ответа на вопрос о первичности духа или материи. Идеалисты

рассматривали и природу и общество как инобытие духа. Материали-

сты, напротив, представляли дух, идеальные сущности как инобытие

материи, продукт развития природы и общества.


Одна из наиболее ярких метафор о роли психики во взимосвязи

этих двух ипостасей бытия принадлежит Платону, сказавшему, что

душа человека ногами стоит на земле, но головой уходит в небо. На

социальную науку Западной Европы огромное, прямое и опосредован-

ное влияние оказали идеи Гегеля об обществе и природе как среде

саморазвития и самопознания духа. Они дают о себе знать в различ-

ных, даже самых современных концепциях общественного и группо-

вого сознания. По свидетельству историков социальной психологии

социальная психология прошла через целый этап увлечения идей

группового сознания.


Большое значение для развития этой традиции в социальных на-

уках имели первые попытки описательных, эмпирических исследо-

ваний того, что именуется у Гегеля областью объективного духа: куль-

туры, религии, искусства, языка, т.е. средств развертывания абсолют-

ного духа. Среди наиболее фундаментальных попыток такого рода

можно назвать многотомное исследование по психологии народов В.

Вундта. В нем, в частности, он предложил изучать <душу народа> че-

рез язык, искусство, мифы и другие продукты культуры.


Параллельно этому рационалистическому (когнитивистскому,

как сказали бы сейчас, подходу) развивался и другой - иррациона-

листический. В нем акцентируется иная, часто противоположная со-

знанию, сторона человеческого бытия - переживания, эмоции, раз-

личные глубинные, неосознаваемые импульсы и влечения. Лучше

всего этот подход выразился в знаменитой <философии жизни> В.

Дильтея. Ему же принадлежат тезис о необходимости фундаменталь-

ного деления наук на науки о духе и науки о природе и основанный

на этом делении методологический принцип понимания. <Природа

чужда нам, - считает Дильтей. - Общество же - это наш мир...

Игру взаимодействий в нем мы сопереживаем силами всей нашей

сущности, так как мы сами, изнутри в живом беспокойстве познаем

состояния и силы, на которых строится эта система.... Мы называ-

ем пониманием процесс, в котором мы из знаков, чувственно данных

нам извне, познаем внутреннее... В науках о духе каждое абстракт-

ное положение должно получить свое оправдание через связь с ду-

ховной жизненностью, как она дана в переживании и понимании>

[Ионин, 1979,262-263].


198


В нашу задачу не входит аргументация <за> или <против> по по-

воду взглядов Дильтея, современных ему единомышленников и ны-

нешних последователей. Этому вопросу посвящены многочисленные

работы (Л. Ионин, Анциферова, К. Абульханова и др.). Важно лишь

подчеркнуть, что еще в прошлом веке высказывалась идея о необхо-

димости: а) исследования переживаний и б) формирования для этого

особого специального метода, излишнего для изучения природы.


Метод понимания требовал вживания в исследуемый объект, сопе-

реживания ему, буквально становления на его место (очень адекват-

но это передает немецкий язык, где verstehen - <понимать> имеет

именно этот смысл). Впоследствии эта идея получила многократное

подтверждение в прикладной социальной психологии.


В истории западноевропейской социальной психологии был еще

один объект, который настойчиво предъявлял себя науке и обще-

ству - поведение масс. Фундаментальный анализ исследований этого

объекта ныне, наконец, доступен русскому читателю благодаря целой

серии публикаций [Московичи, 1997, Сигеле, 1997; ЛеБон, 1997].

Поэтому здесь можно ограничиться лишь указанием на то, что более

века тому назад внимание науки было привлечено самой жизнью к

феномену, который никак не вписывается в какую-либо из рациона-

листических моделей человека и общества и гораздо более напоминает

метеорологическое, лишь условно, вероятностно предсказуемое и

объяснимое явление.


В сочетании с постоянно живой традицией иррационализма в ев-

ропейской мысли, подкрепленной к тому же расцветом психоанали-

за, эта группа работ образовала мощный и влиятельный интеллекту-

альный пласт, который рано или поздно должен был дать о себе знать.


Однако исторически ситуация в Западной Европе сложилась до-

вольно парадоксально.


Коллективные, надындивидуальные феномены социальной жизни

стали изучаться весьма рационалистически, позитивистки ориенти-

рованной социологией. Наиболее ярким проявлением такого сочета-

ния стали: теория коллективных представлений Э. Дюркгейма, тео-

рия харизматического лидерства и анализ роли этических факторов

в экономической жизни (М. Вебер), философия денег и теории соци-

альных форм (Г. Зиммель), глубокий анализ этих работ содержится

в работе Московичи (1998).


И должно было пройти еще полвека, прежде чем это, <хорошо за-

бытое старое> ожило вновь, продемонстрировав свой подлинный потенциал.





оставить комментарий
страница14/35
Дата16.09.2011
Размер8,32 Mb.
ТипКнига, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

страницы: 1   ...   10   11   12   13   14   15   16   17   ...   35
Ваша оценка этого документа будет первой.
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Документы

наверх