Дроздов Анатолий Федорович Интендантуррат Аннотация: Интендант Сентябрь 1943 года. Врасположении блокированной в лесах партизанской бригады появляется ст icon

Дроздов Анатолий Федорович Интендантуррат Аннотация: Интендант Сентябрь 1943 года. Врасположении блокированной в лесах партизанской бригады появляется ст


Смотрите также:
Дроздов Анатолий Федорович Кондотьер Богданов...
Жизнь замечательных людей – Денис Давыдов...
ЙĚпреç районěн администрацийě йышăНУ...
О боях-пожарищах, о друзьях-товарищах Салеев Сергей...
Светлой памяти неутомимого исследователя...
План введение Начало партизанского движения на Брянщине. Боевой путь партизанского отряда им...
Собибор миф и реальность...
К 100-летию Героя Советского Союза командира 2-й Ленинградской партизанской бригады Николая...
Шамаль Анатолий Андреевич, младший лейтенант, командир роты 119 сп 13 сд «В сарьянских лесах»...
Анатолий Федорович Кони. Петербург. Воспоминания старожила...
Программа элективного курса «Нацистский оккупационный режим и Холокост на Брянщине (август 1941...
Программа элективного курса «Нацистский оккупационный режим и Холокост на Брянщине (август 1941...



Загрузка...
страницы: 1   ...   11   12   13   14   15   16   17   18   19
вернуться в начало
скачать

***

Грязь и бурая вода стекали с шинели Седых, в сапогах его хлюпало. - Не пройти! - сказал он, отбрасывая слегу. - Везде проверил. Крайнев глянул вопросительно. - Не сомневайтесь, товарищ майор! - сказал Седых обиженно. - Я с детства по болотам, понимаю... - Егеря! - сказал Саломатин. - Знают, куда загонять. В отдалении звонко простучал МГ, затем еще. - Ильин! - Саломатин прислушался. - Бьет короткими, значит, идут цепью. У него одна коробка патронов. Минут на пять... - Я пойду! - сказал Седых, поднимая с земли пулемет. - Саша! - остановил его Крайнев. - Спасибо! Прости, если чем обидел! - Ладно! - буркнул Седых. - Вам спасибо, товарищ майор! Не поминайте лихом! Хлюпая водой в сапогах, он скрылся за кустами. - Есть закурить? - спросил Саломатин. Крайнев пошарил в карманах и вытащил сплюснутую пачку. - Последняя! - сказал Саломатин. - Кури! Мне не хочется. Крайнев чиркнул спичкой и поднес огонек. Саломатин затянулся и откинулся на ствол сосны. - Не болит! - сказал, глядя на безжизненно лежащие ноги. - Совсем не болит! Но тела не чувствую. Ниже пояса будто ничего нет. - Нерв перебит! - сказал Крайнев. - Если б и прошли болото, то на всю жизнь калека, - заключил Саломатин. - Кому такой нужен? Только обуза. У вас обо мне что известно? - Пропал без вести. Где похоронен, не нашли. - Правильно. Незачем немцам радоваться, что генерала убили. Обойдутся! Бросишь меня в болото - засосет, никто не найдет! Слезы выбежали из глаз Крайнева и покатились по грязным щекам. - Ты чего? - встревожено спросил Саломатин. - Я... Не могу себе простить... Появился в прошлом, влез не в свое дело... Не узнал бы про "Валгаллу", не было бы операции в Орешково. Бригада уцелела бы. Тебя и бойцов твоих из лагеря вытащил, а из-за меня все сгинули... - Дурак ты, Витя! - сказал Саломатин. - Бригада едва не сгинула еще в сорок третьем под Торфяным Заводом! Ты спас, как в сорок первом. Ты людям жизнь подарил! Кому-то несколько месяцев, кому-то лет... Ведь не просто небо коптили! Человек в жизни должен что-то хорошее сделать! Строитель - дом построить, крестьянин - хлеб вырастить, солдат - врага убить... Чтоб с пользой. Польза была. Мне так совсем счастье: Таня, дочка, внук, правнуки... Если б каждому так на войне везло! Дурак ты! - Наверное! - сказал Крайнев, вытирая слезы. Пулемет в отдалении словно захлебнулся. Они прислушались. Вдалеке больше не стреляли. - Кончился Миша! - сказал Саломатин. - Хороший мужик был! Угрюмый, но добрый. Он после каждого расстрела плакал, я его водкой отпаивал. Не повезло человеку со службой, как и с жизнью. Он детдомовский, один как перст. Ни родни, ни жены, ни детей. За Таней моей ухаживал, но я отбил. Может, и не следовало... Окурок немецкой сигареты обжег Саломатину пальцы, он поморщился и бросил. - Все, Витя! - Саломатин достал из кобуры ТТ. - Как только похоронишь, немедленно уходи! Тебе здесь больше незачем. Сделал, что мог, и даже больше. Спасибо тебе за все! - Ладно! - сказал Крайнев. - Покажи карточку! - попросил Саломатин. Крайнев расстегнул нагрудный карман на его гимнастерке, достал фото. Саломатин несколько секунд жадно рассматривал. - Жена у внука красивая! - сказал Саломатин. - Но моя Таня не хуже. Трудно им будет без меня... Порвешь! - велел строго. - Не хочу, что гады лапали... Совсем рядом заливисто затрещал МГ. - Пора! Прощай! Саломатин приставил ствол ТТ к груди. Крайнев закрыл глаза. Сухо ударил выстрел. Когда Крайнев открыл глаза, Саломатин лежал на боку, откинув в сторону руку с пистолетом. Крайнев взял ТТ и сунул за пояс. Затем поднял мертвого друга. Он двинулся к болоту, как внезапно заметил глубокую промоину в песчаном обрыве. Берег нависал над ней, далеко выдаваясь вперед. Крайнев отнес тело в промоину, снял с себя пальто и укрыл покойного. Подумав, вложил фотографию в карман. Затем взобрался на берег, стал над промоиной и высоко подпрыгнул. Берег поддался, лавина песка сорвалась вниз, надежно укрыв тело. Крайнев едва успел отскочить. "Вот и все! - подумал он. - В самом деле, пора..." За кустами МГ дал длинную очередь и умолк. Следом тявкнул автомат. Крайнев вытащил саломатинский ТТ и двинулся в ту сторону. У него не было другого оружия. СВТ выбросил, как кончились патроны, "люгер" постигла та же судьба. Они с Седых несли раненого Саломатина, меняя друг друга, лишняя железяка только мешала. Седых выбрал позицию на высоком песчаном гребне у корней приземистой сосны. Сейчас он лежал, уткнувшись лицом в песок. Рядом стояли два немца. Один из них, забросив за спину МР-40, наклонился к телу убитого. Второй, с винтовкой в руках, зыркал по сторонам. "Обошли с фланга! - понял Крайнев. - Наверное, и Мишу так же..." Он встал из-за куста. Немец вскинул винтовку, но Крайнев опередил. Егерь сунулся лицом в песок, второй отскочил, но автомат его был за спиной... Крайнев подбежал и торопливо стащил МП-40 с убитого. Отщелкнул магазин, глянул, и достал из-за голенища сапога немца полный. Зарядил оружие, забросил ремень на плечо и потянулся к МГ. Но брать пулемет не стал - пустая лента свисала из приемника. Саша стрелял до последнего патрона. Крайнев торопливо обшарил убитого немца, других полных магазинов у него не оказалось. "Тридцать патронов, - подумал он. - Не так мало. Если стрелять с умом..." Он отошел метров двадцать в сторону, поднялся на вершину гребня и осторожно выглянул из-за куста. Густая цепь егерей лежала на лугу метрах в ста. Крайнев вжал в плечо откидной металлический приклад. От живота из "шмайсера" палят только в кино. Есть же мушка, прицел... Он ждал. Прошла минута, другая. Один из егерей зашевелился и осторожно встал. Судя по фуражке, это был офицер. Он закричал, взмахнув пистолетом, цепь встала и быстро пошла к гребню. Противник не стрелял, и егеря ускорили шаг. Крайнев поймал на мушку офицера и плавно нажал на курок. Немец сложился и упал ничком. Егеря быстро побежали, скрываясь под гребнем. Крайнев вскочил и повел стволом вдоль фронта наступающих. Автомат в его руках гремел, выбрасывая стреляные гильзы. Он заметил, как упал один егерь, затем другой... В грудь ударило, словно палкой. Мир вокруг сжался, сузившись до малой светлой точки, но потом и та исчезла. Крайнев упал лицом в песок. Мягкий, пахнущий прелью...

Эпилог

- Ему повезло, - сказал Гаркавин. - Пуля пробила грудь, когда сердце сократилось. Иначе до госпиталя не довезли бы... - Пуля застряла в лопатке, извлечь не удастся, - сказал Нестерович, опуская рентгеновский снимок. - Не страшно! - возразил Гаркавин. - У меня три осколка в бедренной кости - и живу! Главное, операция прошла успешно. - У вас хорошие хирурги, - сказал Нестерович. - Навострились! - согласился Гаркавин. - Со всей страны огнестрел везут, главным образом с Кавказа. - Как его состояние? - спросил Федор. - Стабильно тяжелое. Без сознания. Искусственная вентиляция легких. - Настя у него? - Да. - Не гоните ее! - Ее прогонишь... Оба замолчали. - Непонятно, что там произошло, - сказал Гаркавин минуту спустя. - Впрочем, это как раз ясно. Но как он смог переместиться с пулей в груди?.. Федор ничего не сказал. - Это не была шальная пуля, - продолжил Гаркавин. - Правое плечо - сплошной синяк от приклада. Стрелял до последнего. Почему? - Заигрался! Гаркавин посмотрел недоуменно. - Что может быть интересного для вашей службы в прошлом? - спросил Нестерович. - Выяснилось, что многое. - Например? - Вы, Федор Семенович, - хирург с мировым именем, - сказал Гаркавин. - Сколько жизней спасли? Тысячу, две? - Не считал. - Но все же? - Пару тысяч наберется. - Слышали об операции "Багратион"? - Кто ж не слышал? - Помните: два сходящихся удара, стремительное развитие наступления, сотни тысяч убитых и пленных гитлеровцев - их потом по Москве прогнали, и все это при весьма скромных наших потерях. Я бы сказал: непривычно скромных. Немцы до последнего дня не подозревали о наступлении Красной Армии. Над обеспечением скрытности работали тысячи людей, но все могло пойти прахом, не узнай Крайнев одну тайну. Не уполномочен раскрывать подробности, но добытые им сведения были своевременно переданы в Ставку, а та приняла надлежащие меры. Тысячи, десятки тысяч красноармейцев и офицеров уцелели. Вы, Федор Семенович, делаете операции на сердце, спасаете главным образом немолодых людей. Продляете им жизнь. Это важно, это нужно, но в 1944 году уцелели пацаны. Восемнадцать-двадцать лет, армия сплошь состояла из таких. Вернулись домой, женились, родили детей... Сколько тысяч потомков тех солдат живут сегодня, не зная, кому обязаны? И ведь не узнают... Как руководитель операции, я недоволен поведением майора Крайнева, пошедшего на неоправданный риск. Но как офицер понимаю. - Я могу навестить его? - спросил Федор. - Разумеется! - пожал плечами Гаркавин. Они вышли из кабинета и зашагали просторными коридорами госпиталя. Попадавшиеся навстречу врачи и медсестры с любопытством смотрели на Нестеровича, его явно узнавали. Некоторые здоровались. Федор вежливо кивал в ответ. Они свернули за угол и остановились у белых дверей из пластика. Рядом стояла кушетка. На ней, привалившись к стене, сидя спал старик: седой, в смешной круглой шапочкой на макушке. - Кто это? - спросил Федор. - Сын. Ночью прилетел из Израиля. Кстати, врач. Федор кивнул и толкнул дверь. В просторной палате стояла железная медицинская кровать, на ней, весь опутанный трубками и проводами, лежал человек. Провода и трубки тянулись к приборам, стоявшим на столиках, там что-то мерцало, высвечивалось и мерно дышало. Рядом с койкой на стуле сидела молодая женщина в белом халате и в такой же шапочке. Она не обернулась на шум шагов. Склонившись к лежавшему перед ней человеку, она что-то шептала ему на ухо и ласково гладила по лицу. Федор ощутил, как защипало в глазах. "Сколько видел, а все не могу привыкнуть!" - сердито подумал он. Он глянул на больного и протер глаза. Нет, ему не показалось. Весь опутанный проводами и трубками, бледный, с осунувшимся лицом человек улыбался. Трубка, оттянувшая угол рта, мешала ему. Человек сердито двигал серыми губами, кривил их, но все-таки улыбался...

2009 От Hilfswillige - вспомогательные войска. Прозвище русских добровольцев, служивших в составе вермахта. Использовались в тыловых подразделениях. Реальный факт. Из воспоминаний маршала авиации А.Е. Голованова Звание интендантуррата в вермахте соответствовало должности как гауптмана, так и майора.

Верховное главнокомандование вооруженными силами Германии (ОКВ) (Oberkommando der Wehrmacht; OKW).

Тревога! Служба внешней разведки Германии. Первый руководитель - Райнхард Гелен.




оставить комментарий
страница19/19
Дата10.09.2011
Размер2,74 Mb.
ТипДокументы, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

страницы: 1   ...   11   12   13   14   15   16   17   18   19
Ваша оценка этого документа будет первой.
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Загрузка...
Документы

наверх