Птицы севера нижнего поволжья книга I история изучения, общая характеристика и состав орнитофауны издательство саратовского университета 2005 icon

Птицы севера нижнего поволжья книга I история изучения, общая характеристика и состав орнитофауны издательство саратовского университета 2005


Смотрите также:
Эволюция мещанского сословия в системе социально экономических отношений нижнего поволжья во...
Старообрядчество самаро-саратовского поволжья второй половины XIX начала XX вв...
Концепция воспитательной системы. 10. Анализ итогов образовательного процесса за 2008 2009 год...
Программа Иваново Издательство Ивановский государственный университет 2005 Состав Оргкомитета...
Повседневная жизнь провинциального российского города на рубеже XIX-XX вв...
Население городов Поволжья (1980-1991 гг.)...
Немецкая топонимия поволжья: социолингвистический аспект исследования 10. 02. 19 Теория языка...
Доклад директора...
Тверская область, г. Удомля., ул. Попова д. 8-а, тел. 48255 5-53-74...
«Рождественская сош»...
Формирование экологической культуры школьников в учреждении дополнительного образования 13. 00...
Авторское выполнение научных работ любой сложности грамотно и в срок...



Загрузка...
страницы: 1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   27
вернуться в начало
скачать
^

Е.В. Завьялов




ВВЕДЕНИЕ



Состояние популяций птиц в полной мере отражает изменения экосистем, происходящие на территории севера Н. Поволжья, которая по своим размерам сопоставима с масштабами площадей, где возможно отследить последствия наиболее распространенных форм абиотического и антропогенного воздействия. Реакция птиц на стрессирующие факторы характеризуется высокой динамичностью, что дает возможность отслеживать их реакцию на экологическую трансформацию среды в период, непосредственно следующий за таковой. Высокая относительная численность большинства видов позволяет получать в ходе анализа репрезентативные выборки, а наличие хорошо отработанных и зарекомендовавших себя на практике методик является надежной основой работ данной тематической направленности. Таким образом, птицы отвечают тем требованиям, которые традиционно предъявляются к биологическим моделям, и могут быть использованы для выявления общих принципов приспособления организмов к жизни у границ ареалов и наиболее рельефных адаптивных реакций на разнообразные формы внешних воздействий.

Основной целью работ, осуществленных в ходе подготовки многотомного издания, явилась оценка темпов и направленности динамики биологического разнообразия птиц севера Н. Поволжья на основе прогностического моделирования и анализа причинно-следственных связей в процессах формирования и современного преобразования авифауны. На первом этапе исследования проведен анализ исторических, эколого-географических и орнитологических сведений для оценки современного состояния и динамики ареалов и численности птиц севера Н. Поволжья в период со второй половины XIX столетия до настоящего времени, осуществлена эколого-географическая характеристика фауны птиц региона, изучены процессы пространственно-временной трансформации орнитокомп-лексов природных и урбанизированных ландшафтов. Именно эти данные легли в основу первой книги данного цикла.

На основе результатов, полученных в ходе реализации первого этапа работ, будет осуществлена реконструкция фауногенетических процессов в опосредованной связи с тенденциями в динамике климатических условий, формировании флоры и растительности на севере Н. Поволжья, определены биоценотические связи и преференции в составе основных экологических групп авифауны, выявлены условия и продолжительность периодов экологического оптимума видов с динамичным характером распространения. Это позволит провести анализ структуры видовых ареалов в условиях развития природных циклов, выявление лимитирующих и стимулирующих расселение птиц абиотических условий, выявить характерные реакции орнитокомплексов при различных формах антропогенного воздействия и в условиях суммации влияния групп элиминирующих и лимитирующих факторов. Заключительные этапы работ предполагают классификацию типов и вариантов динамики ареалов птиц, анализ экологической значимости долговременных изменений их распространения и численности в связи с изменениями условий среды, а также моделирование и прогнозирование различных вариантов динамики населения и состояния популяций птиц для разработки рациональных природоохранных мероприятий.

Руководствуясь данным алгоритмом, авторами издания осуществлен анализ около 700 источников литературы, опубликованных российскими и зарубежными исследователями. Он не может претендовать на абсолютную полноту и будет дополняться в перспективе. Однако уже сегодня он позволяет выделить в истории изучения птиц севера Н. Поволжья шесть основных периодов. Во-первых, следует отметить описательный период, начинающийся с середины XVIII в., когда основы изучения волжского края были заложены П.С. Палласом, Н.П. Рычковым и И.И. Лепехиным. Следующий, почти столетний период с 80-х гг. XVIII в. может быть назван временем академических экспедиций, когда в результате полевых исследований И.П. Фалька, Е.А. Эверсманна, И.А. Двигубского, Н.А. Северцова, В.И. Рикбейля, Э.Д. Пельцама и других ученых появились работы, отражающие распространение позвоночных животных в Саратовской области и на сопредельных территориях. Период инвентаризации орнитологических и зоогеографических данных (конец XIX – начало XX вв.) связан с именами М.Н. Богданова, А.А. Силантьева, И.А. Бундаса, М.А. Радищева и В.Н. Бостанжогло. В это время был собран обширный материал о составе, распространении, биологии и образе жизни многих видов птиц, определены границы прежнего распространения более 100 видов животных.

В последующий период интенсивность и информативность орнитологических исследований значительно возрастают. Основу этих работ представляют материалы, полученные сотрудниками Саратовского госуниверситета и Саратовского педагогического института, особенно значительны труды профессора И.Б. Волчанецкого и доцента П.Н. Козловского. В первой половине прошлого столетия в пределах севера Н. Поволжья проводили свои исследования А.Н. Мельниченко, Е.И. Орлов, Я. Даманевский, Г.А. Кайзер, И.И. Барабаш-Никифоров, С.А. Мальчевский, В.С. Бажанов и другие выдающиеся ученые. Этот период с полной уверенностью можно назвать периодом прикладных исследований, так как большинство работ того времени было направлено на решение проблем интенсификации сельского и лесного хозяйства и выяснение роли птиц в природных и искусственных экосистемах.

Начиная с середины прошлого столетия особое внимание ученых (Г.В. Линдемана, К.А. Юдина, Л.Г. Динесмана, К.С. Ходашевой, П.С. Козлова и др.) в плане исследования населения птиц севера Н. Поволжья привлекают природные и урбанизированные ландшафты Заволжья. Именно в этот период происходит интенсивное освоение степных районов, включающее широкомасштабные ирригационные, лесоустроительные и сельскохозяйственные проекты.

В течение последующих трех десятилетий развитие идей, направленных на всестороннее изучение фауны птиц области, было связано с именами С.Н. Варшавского, Н.И. Лариной, Р.А. Девишева, Л.А. Лебедевой, Б.С. Кубанцева, В.С. Залетаева и других ученых. Характерной особенностью данного периода в истории орнитологии является появление исследований, направленных на выявление либо уточнение границ распространения отдельных видов. Этот период определяется как время эколого-фаунистических исследований и зоогеографического районирования изучаемой территории.

Наиболее плодотворным следующий период в истории развития орнитологии края оказался в плане изучении экологии отдельных видов и надвидовых группировок. Особое место в исследованиях последних двух десятилетий прошлого столетия занимают работы по изучению населения птиц урбанизированных территорий, в особенности г. Саратова. Начиная с 1980-х гг. до настоящего времени в значительной степени разрабатывается аспект, связанный с изучением состояния популяций редких и исчезающих видов птиц, разработкой мероприятий по их стабилизации. В этот же период осуществляется ревизия таксономического статуса птиц, обитающих в Саратовской области, на основе анализа коллекционных сборов Зоологического музея Саратовского госуниверситета и эталонных материалов крупнейших музеев России и Украины, где хранятся сборы с изучаемой территории.

Таким образом, осуществленный анализ данных литературы, результаты которого представлены в настоящей книге, наряду с видовыми очерками позволяет осуществить анализ динамических процессов в формировании фауны птиц на территории севера Н. Поволжья, обусловленных абиотическими и антропогенными факторами. На примере видов авифауны, относящихся к различным таксономическим и экологическим группам, выявляются причины и определяется хронология изменения распространения, численности, стратегии поведения и биотопической приуроченности животных. Осуществляется верификация прогностических моделей тенденций долговременной динамики распространения и численности птиц. Полученные в результате осуществленных работ данные могут служить основой для последующего долговременного мониторинга авифауны и анализа ее трансформации под действием абиотических факторов, а также в ходе антропогенного преобразования окружающей природной среды применительно к Саратовской области.


Глава 1.^ ИСТОРИЯ ИЗУЧЕНИЯ И ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА

ФАУНЫ ПТИЦ СЕВЕРА НИЖНЕГО ПОВОЛЖЬЯ

Появление литературных обзоров, призванных систематизировать и обобщать труды многих десятилетий, является вполне оправданным. В отношении севера Н. Поволжья такие обзоры были обычно приурочены к основным этапам в развитии региональной орнитологии [1–5]. Самые ранние из этих работ характеризуются в большинстве использованием авторами достаточно произвольных схем изложения результатов исследований, что затрудняет их использование в современных обобщающих сводках. В настоящее время необходимость подобного анализа исторического развития орнитологических исследований очевидна, так как за три столетия накопились обширные сведения о птицах Саратовской области. На основании их анализа можно познать закономерности распространения и адаптации животных данной таксономической группы в антропогенных и естественных ландшафтах, сформировать концепцию формирования орнитофауны, разработать стратегию охраны и рационального использования животных ресурсов региона.

Наиболее ранние работы, посвященные изучению населения птиц Саратовского края, датированы XVIII в. Они связаны с именами И. Лерха, Н.П. Рычкова, П.С. Палласа, И.И. Лепехина, С.Г. Гмелина и других исследователей, маршруты экспедиций которых проходили по тем или иным районам губернии. Наиболее ранней из них можно считать путешествие Иогана Лерха, который с 1733 по 1735 гг. проехал из г. Москвы до г. Астрахани, а затем – по западному побережью Каспия. С точки зрения актуальности на современном этапе, обращают на себя внимание материалы ученого по пролету некоторых видов птиц, в частности лебедей, журавлей, дрофы (Otis tarda) и других видов в Северном Прикаспии [6].

В материалах капитана Н.П. Рычкова, полученных в период с 1769 по 1770 гг. при изучении Оренбургской губернии и сопредельных регионов лесостепного и степного Поволжья, находим указания на встречи ряда видов птиц и в пределах Саратовского края [7, 8]. Приблизительно в этот же период (с августа 1769 по июнь 1770 г.) проводит свои наблюдения С.Г. Гмелин, который совершил путешествие на Каспийское море. Исследователь опубликовал обширные материалы по птицам Поволжья, среди которых особую значимость и интерес на современном этапе представляют сведения по фенологии пролета многих видов. Например, автор упоминает о встречах среднего поморника (Stercorarius pomarinus), который в очень незначительном количестве мигрирует по материковым районам [9].

В 1770-х гг. территорию области обследовал И.И. Лепехин. Маршруты его экспедиций пролегали от г. Сызрани до г. Саратова в пределах Левобережья, а несколько позже по р. Волге исследователь спустился до г. Камышина (ныне в пределах Волгоградской области) через села Синенькие, Мордово и Ахмат. Результатом этих работ явился список видового состава птиц [10, 11], который можно с уверенностью считать первой орнитологической сводкой по орнитофауне Саратовского края. Кроме того, исследователь в 1770 г. описывает новый для науки вид – каменку-плешанку (Oenanthe pleschanka) – по экземпляру, добытому под г. Саратовом. В работе И.И. Лепехина [11] имеется также описание гнезда скопы (Pandion haliaetus) в 1769 г. в 14 верстах ниже с. Паньшино (ныне сопредельного Радищевского района Ульяновской области).

Во второй половине XVIII в. губернию посетил академик П.С. Паллас, экспедиции которого приходятся на период с 1769 по 1773 гг. Исследователь изучал ландшафты юго-восточной окраины Саратовской губернии и особое внимание уделил анализу орнитофауны «страны по Еруслану», включающей луга низовьев р. Еруслан, Дьяковский лес, Приерусланские пески. В настоящее время несомненный интерес представляют упоминания П.С. Палласа о встречах в Приерусланских песках дрофы и стрепета (Tetrax tetrax), черного (Melanocorypha yeltoniensis) и степного (M. calandra) жаворонков [12]. Несколько позже ученый обследовал пойму рек Б. и М. Караманов, посетив г. Саратов и его окрестности [13]. В работах великого исследователя находим также некоторые сведения о распространении птиц в более северных регионах России, например в пределах сопредельного Сызранского уезда и Самарской Луки [14]. Исследователь в своем «Путешествии по разным провинциям Российского государства» впервые упоминает ряд видов птиц, встречающихся в регионе или на сопредельных территориях. Монография исследователя «Zoographia Rosso-Asiatica» содержит данные о распространении на изучаемой территории птиц, которые исчезли к настоящему времени из региональной орнитофауны. Несмотря на значительные таксономические погрешности, работа П.С. Палласа и сегодня не потеряла своей научной значимости и часто цитируется исследователями [15, 16]. Краткие упоминания об отдельных видах птиц в Среднем и Н. Поволжье находим в одном из томов издания «Россия. Полное географическое описание нашего отечества» [17]. Однако это редкое издание недоступно для исследователей в настоящее время.

Вполне очевидно, что к началу XIX в. объем научных знаний по орнитогеографии, экологии и биологии широкого спектра видов птиц, населявших обширные просторы севера Н. Поволжья, можно оценить как значительный. В этом отношении весьма примечательна работа В.К. Рахилина [18], где автор в рамках тщательного литературного обзора сумел представить максимально полную картину степени изученности орнитофауны страны, в том числе и изучаемого региона, на рубеже указанных столетий. На основе тщательной проработки и осмысления работ С.Г. Гмелина, И.И. Лепехина, П.С. Палласа, В.Ф. Зуева, Н.Я. Озерецковского, И.О. Потоцкого, Я. Стрейса, С. Коллинза, В. Левшина, Г. Гроссе, И. Лерха, других исследователей и натуралистов автор составил наиболее полные списки птиц Волго-Уральского междуречья того времени, указав для некоторых из них пределы распространения. Примечательным, с этой точки зрения, является выявление на гнездовании в пределах современных границ Саратовской области в XVIII столетии красавки (Anthropoides virgo), обыкновенного фламинго (Phoenicopterus roseus), каравайки (Plegadis falcinellus), колпицы (Platalea leucorodia), кудрявого пеликана (Pelecanus crispus), тетерева (Lyrurus tetrix) и рябчика (Tetrastes bonasia).

Следующий наиболее значимый период в изучении орнитофауны Саратовской области охватывает главным образом середину и конец XIX столетия. Большинство фаунистических работ этого времени носит фрагментарный характер, однако упоминания о встречах некоторых редких видов птиц в пределах губернии представляют несомненный интерес и ныне. Так, например, И.А. Двигубский [19] на основе полевых исследований указывает на встречи в степях саратовского Заволжья балобана (Falco cherrug), орлана-белохвоста (Haliaeetus albicilla), канюка (Buteo buteo), степного жаворонка, турухтана (Philomachus pugnax) и некоторых других птиц.

Подобные сведения об обитании на изучаемой территории красношейной поганки (Podiceps auritus), беркута (Aquila chrysaetos), мохноногого сыча (Aegolius funereus) и других видов находим в работе Е.А. Эверсманна [20] о птицах Оренбургского края. Между тем значимость и достоверность таких фаунистических сведений зачастую вызывают справедливое недоверие. Обусловлено это тем, что на страницах столь основательных и обобщающих трудов не редки явные противоречия. Проявляются они прежде всего в умышленном и необоснованном расширении видовых списков, которое достигается за счет привлечения сведений по сопредельным территориям. Г.С. Карелин, вполне справедливо критикуя подобный подход [21, с. 246–248], указывает, что Е.А. Эверсманн в отношении изученных им участков придерживается указанного принципа. В частности, он «…назначил следующие границы: к западу – реку Волгу, и даже иногда далеко перешагнув за нее к р. Дону, …следовательно, кроме части губернии Саратовской, вся Самарская, части Казанской, Вятской, почти вся Пермская» и участки других регионов вошли в пределы обследованной автором территории. Становится вполне очевидным, что на столь обширной площади за относительно короткий временной интервал провести тщательные исследования, учитывая степень развития технических средств того периода, невозможно. В этой связи, по меньшей мере, удивляет следующее заявление Е.А. Эверсманна: «Описывая животных, я говорил о них только то, что изучал сам, и из всех здесь помещенных нет ни одного, которого бы я сам не исследовал» [20].

Современники исследователя неоднократно указывали на недопустимость подобного подхода в фаунистических работах. Например, Г.С. Карелин в достаточно жесткой форме пишет: «К чему же это ребячески-педантическое домогательство увеличивать списки животных данной местности? Подобная хвастливая выходка никому и ни на что не пригодна» [21]. Анализ данных литературы того времени демонстрирует обратное: допущенные одним автором ошибки и неточности в определении границ распространения некоторых видов птиц копировались и множились в последующем при переходе из одной работы в другую. К примерам такого рода можно не без основания отнести статью А. Рябинина [22], посвященную природным условиям, флоре и фауне земель Уральского казачьего войска. Не вдаваясь в детальный разбор недостатков упомянутой работы и не пытаясь определить степень достоверности приведенных в ней сведений, обратимся в очередной раз к характеристике раздела по птицам, данной Г.С. Карелиным. Вполне справедливо он замечает, что А. Рябинин «…птицам, которых более 240 пород, едва уделил пару страничек, присовокупив к ним и дворовых. Для зверей принял он в руководство довольно сносную компиляцию профессора Эверсманна, а для птиц, как видно, кроме Палласа, да и то сомнительно, другие источники были ему не известны, или показались чересчур разбросанными, а потому упомянуто им кое-что и кое-как, из чего невозможно составить ни малейшего понятия об орнитологии страны; притом же почти все сюда относящееся искажено и даже наименованы такие птицы, каких не только в тесных пределах владений уральских казаков, но и на всем земном шаре не существует. Да если бы г. Рябинин и обладал достаточными сведениями в естественной истории, то, проскакав на почтовых по большой дороге, останавливаясь только на станциях для перемены лошадей, не много бы узнал и еще меньше увидел. Расспрашивать, хотя проездом, он, по-видимому, не любил или не хотел; а потому и взгляд его на естественные произведения Урало-казачьих земель вышел крайне мелкотравчатый…» [21, c. 268]. Комментировать столь обширную цитату вряд ли целесообразно, отметим лишь, что примеры подобных компиляций в отношении изучаемого саратовского региона известны и в наши дни, о чем будет сказано ниже.

В пределах анализируемого исторического периода предпринимались попытки и зоогеографического районирования территории Саратовской области, в особенности ее Правобережья. Одним из основателей этого направления фаунистических исследований в Поволжье является М.Н. Богданов [23, 24], который впервые попытался выявить закономерности распределения птиц в пространстве на примере правобережной части Поволжья и долины р. Волги. Автором представлены 293 видовых очерка по птицам, встречающимся в гнездовой и миграционный периоды в долине р. Волги [24].

Сведения о птицах Саратовской губернии и сопредельных территорий неоднократно появлялись на страницах научно-популярного еженедельника «Охотничья газета», выходящего во второй половине XIX – начале XX столетия. Одним из авторов заметок, содержащих данные о птицах Правобережья изучаемого региона, являлся Н. Воробьев [25], чьи материалы, например, содержали информацию о сроках миграции некоторых воробьинообразных птиц и куликов. Обширную информацию о распространении птиц в тот период на сопредельных территориях Волгоградской области (Сарпинские озера) находим в материалах А. Рикбейля, опубликованных Х. Мёшлером [26, 27]. Здесь же проводят свои наблюдения Н. Арцибашев [28] и А. Бекер [29].

Достаточно обширные данные о распространении птиц на севере Н. Поволжья в конце XIX столетия содержатся в сводке Н.А. Холодковского и А.А. Силантьева «Птицы Европы» [30]. Представленные авторами границы репродуктивных ареалов каменки-плясуньи (Oenanthe isabellina), белокрылого жаворонка (Melanocorypha leucoptera), вальдшнепа (Scolopax rusticola), ходулочника (Himantopus himantopus) и других видов были приурочены к изучаемой территории. В этот же период появляются подробные орнитологические сводки по отдельным районам губернии: А.А. Силантьев [31] публикует материалы многолетних исследований фауны птиц поймы р. Хопер в пределах Балашовского уезда (имение В.Л. Нарышкина «Пады»). Работа представляет несомненный интерес и сегодня не только в фаунистическом, но и в таксономическом отношении, так как автор характеризует представителей орнитофауны на подвидовом уровне.

Логически завершающим данный этап в развитии изучения фауны птиц Саратовской губернии следует считать исследование, проведенное М.А. Радищевым в 1876–1899 гг. На основании обширных коллекционных данных и полевых исследований, приуроченных главным образом к северным и прилегающим к р. Волге районам Заволжья, ученый представил комплексную характеристику распространения птиц губернии. Наиболее полная его сводка посвящена орнитофауне Хвалынского уезда (ныне одноименного административного района), в которой представлены видовые очерки для 108 обитающих здесь птиц [32]. В последующих публикациях [33, 34] приводились данные о встречах новых видов птиц и особенностях их биологии.

Начало прошлого столетия в истории региональной орнитологии связано с именем В.Н. Бостанжогло, полевые исследования которого, проведенные к югу от линии Вольск – Уральск в 1904, 1905 и 1907 гг., легли в основу работы, характеризующей орнитофауну Арало-Каспийской степи [35]. Актуальность проведенных исследователем работ не ослабевает и в настоящее время, так как автор, помимо обширных материалов по распространению и экологии птиц, проводит детальный анализ сезонных перемещений большинства отмеченных видов, определяет их основные миграционные пути в Поволжье.

Несколько позже появляются две работы Я. Доманевского: довольно полная сводка, посвященная птицам окрестностей г. Саратова [5], и заметки о систематике славковых, овсянковых и воробьиных [36–39]. Несмотря на то, что впоследствии некоторые положения этих работ по систематике мелких воробьиных птиц подвергались неоднократно критике, несомненным их достоинством является приведенный автором подробный список орнитологических исследований по Саратовской и сопредельным областям, а также их анализ и обобщение.

В качестве достаточно продолжительной и плодотворной вехи в развитии орнитологических знаний региона является деятельность Саратовского общества естествоиспытателей и любителей естествознания, которое было основано в 1896 г. На его основе формировались фонды научно-коллекционных шкурок птиц, их гнезд и яиц. Сотрудники и члены общества принимали участие в многочисленных экспедиционных исследованиях. Отправной точкой в развитии музейного дела в отношении орнитологических материалов явился 1902 г., когда введение должности хранителя музея общества позволило систематизировать коллекции и открыть его для посещения. Музей был открыт 26.01.1903 г. по старому стилю и постоянно пополнялся в первые годы своего функционирования за счет орнитологических сборов и даров О.П. Грекова, Б.И. Диксона, В.В. Фофонова, Ф.Ф. Шиллингера, Н.Н. Яковлева и других [40]. Достаточно указать, что уже к 01.01.1904 г. в фондах научного естественно-исторического музея находился 251 экземпляр чучел и шкурок 152 видов птиц, 18 гнезд, 1885 яиц.

Со второй половины декабря 1903 г. и далее в 1904 г. по предложению И.А. Шульги организуется систематическая работа по изучению орнитофауны окрестностей г. Саратова. Несколько членов общества (Т.П. Гордеев, Ф.В. Данилевич, В.Ф. Комар, А.Я. Тугаринов) основали рабочую группу, основными задачами которой стал сбор полевого орнитологического материала и исследования биологии и распространения птиц Саратовской губернии. Говоря о методическом арсенале названных естествоиспытателей, отмечаем использование анкетирования любителей природы большинства уездов губернии, когда данные фенологических наблюдений за периодическими явлениями в жизни птиц тщательно систематизировались. Только за 1904 г. членами группы было собрано и передано в музей на хранение 143 шкурки, 60 яиц и 15 гнезд птиц. Именно с этого периода берет свое начало таксономический раздел орнитологических знаний, так как зародились исследования, основанные на изучении метрических признаков птиц: промерено 48 и взвешено 40 особей. В это же время члены группы получают оригинальные сведения о питании птиц региона, основанные на анализе содержимого их желудков.

В последующий период состав орнитологического кружка несколько меняется, из его числа в связи с отъездом выбывает А.Я. Тугаринов, а из-за продолжительной экспедиции – Ф.В. Данилевич. Вместе с тем ядро коллектива по-прежнему образуют Д.П. Гордеев, Т.П. Гордеев, В.Ф. Комар и В.В. Фофонов. Значительно расширяется география полевых работ и коллекционных сборов. Исследователи изучают орнитофауну окрестностей г. Саратова, волжской долины, Аткарского (окрестности с. Кольна), Камышинского и Сердобского (с. Беково) уездов. Организуются выезды в Самарскую (Валуйский участок в Новоузенском уезде) и Воронежскую (окрестности с. Никольское Богучарского уезда) губернии. Собранные в 1905 и 1906 гг. коллекционные материалы (230 и 215 шкурок, 136 и 131 вид соответственно) переопределяются при участии профессора Харьковского университета А.М. Никольского, отчего их научная значимость еще более возрастает [40]. Из орнитологических находок того периода следует особо отметить добычу в регионе малой чайки (Larus minutus), которая раньше здесь не отмечалась.

Таким образом, даже такой беглый анализ истории становления орнитологической науки на базе Саратовского общества естествоиспытателей дает представление о высокой значимости проведенных его членами работ. К сожалению, сохранить в целостности орнитологическую коллекцию идейным последователям общества не удалось. В настоящее время лишь незначительные «осколки» в прошлом обширных фондов сосредоточены в зоологических коллекциях Областного краеведческого музея, Саратовского государственного университета, Саратовской аграрной академии и в других хранилищах. Научная же их значимость поддерживается на достаточном уровне лишь на базе классического университета, что определяет целесообразность централизации здесь всех орнитологических сборов, произведенных членами общества.

Достаточно обширные материалы по фенологии весеннего прилета и пролета грачей (Corvus frugilegus) на севере Н. Поволжья были получены и опубликованы Д.Н. Кайгородовым [41]. Отрывочные материалы о пребывании в пределах Саратовской области некоторых видов птиц находим и в ряде натуралистических работ того времени. Интересны, например, косвенные указания П.С. Козлова [42] на гнездование в Вольском уезде (ныне одноименном административном районе) длиннохвостой синицы (Aegithalos caudatus) и крапивника (Troglodytes troglodytes), а также данные о пищевом спектре некоторых пернатых хищников на этой территории [43]. Подобные сведения находим и в более поздних работах [44], где автор сообщает о наличии в питании степного хорька (Mustela eversmanni) нескольких видов птиц. Оригинальные исследования по изучению распространения черного жаворонка на северо-востоке саратовского Заволжья и на сопредельных территориях осуществлены В.С. Бажановым [45]. Результаты проведенных в тот период работ не потеряли своей актуальности в наши дни и являются едва ли не единственным источником, на основе которого возможна реконструкция процесса расселения этих птиц в регионе в прошлом столетии.

В последующий период интенсивность и информативность орнитологических исследований значительно возрастают. Их результат представлен в основном материалами, полученными сотрудниками кафедры зоологии Саратовского госуниверситета и в значительной степени профессором И.Б. Волчанецким. Одной из наиболее ранних его работ следует считать сообщение о природе окрестностей г. Саратова, явившееся результатом исследований орнитофауны Саратовского края, начатых в 1922 г. Примечательным является тот факт, что автор попытался не только охарактеризовать население птиц основных биотопов окрестностей города, но и проанализировать периодические явления в жизни природы, сопоставив динамику миграционного и репродуктивного поведения птиц со сроками основных фенологических явлений [46]. Позднее автор уделяет внимание изучению поселений береговой ласточки (Riparia riparia) в окрестностях областного центра и ее роли в разрушении берегов [47]. Наиболее детально исследователем проанализированы сроки и пути пролета птиц в окрестностях областного центра [48].

Самыми значительными по продолжительности (1925–1928 гг.) и протяженности пройденных маршрутов являются исследования, проведенные И.Б. Волчанецким по изучению фауны птиц Волжско-Уральской степи. Наиболее тщательно в этот период были обследованы Новоузенский и Александровогайский административные районы Саратовской области. Предварительные результаты исследований были опубликованы в 1932 [49] и 1934 [50] годах. Полная орнитологическая сводка, посвященная Волго-Уральской степи, содержит очерки о 179 видах птиц, их биотопическом распространении, таксономическом статусе с указанием объема и географии коллекционных сборов по каждому виду [51]. Для Саратовской области наиболее значимыми, на наш взгляд, орнитологическими находками автора были гнездование каменного воробья (Petronia petronia) вблизи пос. Александров Гай и встреча молодых и взрослых особей орлана-долгохвоста (Haliaeetus leucoryphus) в междуречье Узеней.

Несколько позже (июнь 1929 г. – октябрь 1930 г.) И.Б. Волчанецкий с сотрудниками Зоологического кабинета Саратовского госуниверситета проводит полевые фаунистические исследования на территории Краснокутского и Ровенского современных административных районов, составной частью которых является анализ орнитофауны Приерусланской степи. В результате проведенных работ составлен список птиц, включающий 167 видов, обитающих в этом районе. Для некоторых из них на основе анализа коллекционных данных определен подвидовой статус, приводятся данные по питанию и этологии [52]. С территорией Приерусланских песков связано и исследование Е.И. Орлова и Г.А. Кайзера [53], проведенное с 24 июля по 4 августа 1932 г. в среднем течении р. Еруслан. В тематику работы входит выяснение охотничьего значения песков и наиболее эффективного их использования в промысловом отношении. Примечательно, что авторы указывали на обитание в пределах Дьяковского леса некоторых редких птиц, в том числе балобана и большого кроншнепа (Numenius arquata).

С этим же периодом связаны работы орнитологов, посвященные изучению экологии отдельных видов и их биоценотическому значению. Так, например, биология черного коршуна (Milvus migrans) детально проанализирована И.Б. Волчанецким с соавторами [54] на примере долины р. Волги в окрестностях г. Саратова. Механизмы заселения полезащитных лесных полос Правобережья за счет проникновения в них обитателей пойменных ландшафтов рассмотрены Е.П. Спангенбергом [55] на примере долины р. Иловли и сопредельных агроценозов.

На протяжении шестилетнего периода (1935–1940 гг.) в пределах Среднего и Н. Поволжья проводил свои исследования А.Н. Мельниченко. Полевые работы были направлены главным образом на выявление роли полезащитных лесных полос в размножении полезных и вредных для сельского хозяйства животных. В отношении Саратовской губернии этими исследованиями были охвачены южные районы Заволжья, в частности Краснокутские лесополосы, проходящие в нескольких километрах от одноименного районного центра, и Гусельские лесополосы Правобережья (в 6 км от г. Саратова). Предварительные результаты исследований были представлены автором в 1938 [56] и 1947 [57] годах. Наиболее полная сводка по данной тематике, включающая раздел о птицах полезащитных лесных полос и их хозяйственном значении, вышла лишь в 1949 г. В работе приводятся данные о распространении и питании 39 видов птиц, наиболее типичных и важных в хозяйственном отношении для лесополос Краснокутского района, и 46 – для Гусельских лесополос [58]. Особого внимания заслуживают указания автора на пребывание в пределах изучаемого района степной пустельги (Falco naumanni), розового скворца (Sturnus roseus) и степного жаворонка, численность которых в пределах Саратовской губернии в настоящее время крайне низка.

Характеризуя значимость орнитологических исследований первой половины нашего столетия, особое внимание, очевидно, следует обратить на работу И.И. Барабаш и П.Н. Козловского [59] по авифауне Н. Поволжья. Авторы работы впервые за столь продолжительный период развития региональной орнитологии предприняли попытку систематизации коллекционных сборов из Саратовской губернии, хранящихся в фондах саратовских госуниверситета, сельскохозяйственного и педагогического институтов и областного краеведческого музея. В результате проведенных исследований был составлен относительно полный каталог орнитологических коллекций, включающий 208 видов и подвидов птиц. Особую значимость данная работа приобрела в настоящее время еще и потому, что в 1992 г. в результате пожара практически полностью погибла научная орнитологическая коллекция Саратовского госуниверситета, каталогизация которой после 1941 г. уже не проводилась. Исследование И.И. Барабаш и П.Н. Козловского характеризуется высокой документальностью и достоверностью еще и потому, что определение подвидового статуса птиц проводилось авторами на базе Зоологического института Всесоюзной академии наук.

С этим же периодом связана публикация А.П. Победоносцева [60], посвященная вопросам изменчивости веса у птиц в годичном жизненном цикле. На основе обширного материала по домовому воробью (Passer domesticus) (n = 193), собранного в 1936–1938 гг. в пределах Саратовской области, автор определяет сезонную динамику веса у взрослых и молодых воробьев, анализирует возрастные изменения этого показателя. А.П. Победоносцев [61] провел изучение паразитофауны вальдшнепа как одного из наиболее типичных представителей куликов Саратовской области, пролетные пути которого пролегают в окрестностях г. Саратова, где и собирался первичный материал. В результате проведенных работ автором было установлено, что из 58 особей изучаемого вида, добытых в период с 1939 по 1945 гг., 98% птиц было заражено эндопаразитами, 70% – эктопаразитами, а общая зараженность вальдшнепов составила 100%. Следует отметить, что работы подобной тематической направленности в Саратовской области крайне редки. Паразитофауна представителей орнитофауны региона практически не изучается. Нам известна еще лишь одна работа, выполненная Ю.Ю. Лобачевым и П.А. Чировым [62], которая посвящена изучению перьевых клещей птиц семейства Picidae. Исследование показало, что на четырех видах дятлов, обитающих на территории севера Н. Поволжья (черном – Dryocopus martius, седом – Picus canus, пестром – Dendrocopos major и белоспинном – D. leucotos), паразитируют 7 видов 5 родов и 3 семейств. В их числе Pteronyssus picinus, P. pici, Parapteronyssus brevipes, P. robini, Mesalges sp., Mesalgoides picimajoris, Heteropsorus pteroptopus.

В 1939–1940 гг. в полезащитных лесных полосах Заволжья под руководством А.С. Мальчевского работал экспедиционный отряд кафедры зоологии позвоночных животных Ленинградского государственного университета. Ученые разрабатывали основы полезащитного лесоразведения, анализируя фауну искусственных насаждений и пути ее формирования. Основное внимание исследователей было уделено изучению орнитофауны тимашевских и богдинских лесных полос в пределах Волгоградской и Астраханской областей; в Саратовской области исследованиями были охвачены лишь ее южные районы, в частности Краснокутские лесополосы и участки, к ним прилегающие. Итоги данных работ в наиболее полной степени освещены в кандидатской диссертации А.С. Мальчевского «Фауна позвоночных животных узких полезащитных лесных полос Заволжья» и нескольких публикациях [63–65]. Особое внимание в этих исследованиях было уделено изучению экологии хищных птиц, в том числе кобчика (Falco vespertinus), обыкновенной (F. tinnunculus) и степной пустельги, черного коршуна, степного луня (Circus macrouros) и степного орла (Aquila rapax) [66].

В последующие годы интерес к изучению специфики орнитофауны полезащитных лесных полос степного Левобережья не ослабевает. Уже в 1948 и 1949 гг. в пределах эльтонского района Заволжья проводит исследования экспедиция кафедры зоологии позвоночных Харьковского госуниверситета, которую возглавил профессор И.Б. Волчанецкий. Несмотря на то, что Эльтонская степь лежит вне пределов Саратовской области, целесообразно все же подчеркнуть высокую значимость проведенных И.Б. Волчанецким с соавторами [67] работ для познания процессов становления фауны области. В своем исследовании авторы уделили особое внимание анализу населения птиц государственной полезащитной полосы Куйбышев – Владимировка, детально сопоставив полученные данные с видовым составом и биотопической приуроченностью птиц в Краснокутских лесополосах Саратовской области. В качестве основных отличительных особенностей была выявлена обедненность видового состава искусственных насаждений на оз. Эльтон и замещение здесь садовой (Emberiza hortulana) и обыкновенной (E. citrinella) овсянок, столь массовых в саратовском Левобережье, черноголовой (E. melanocephala) и желчной (E. bruniceps), а славок – камышевками и бормотушкой (Hippolais caligata).

В последующем работы на этой территории и в сопредельных районах полупустынного Заволжья не ослабевают. Уже в начале 1950-х гг. в Валуйских лесных полосах, расположенных на орошаемых землях в долинах р. Еруслана и его притока р. Соленая Куба, проводит фаунистические исследования К.А. Юдин [68]. Автором выявлено гнездование на данной территории 32 видов птиц древесно-кустарникового комплекса и высказано предположение о размножении еще 5 видов этой экологической группы, что свидетельствует о «лесном» характере формирования изучаемого орнитокомплекса. Особую значимость имеют исследования данного автора в связи с формированием им научной коллекции птиц изучаемой территории, которая впоследствии была передана в ЗИН РАН (г. Санкт-Петербург) и ныне активно используется учеными в целях уточнения распространения и систематики нижневолжских популяций.

В пределах того же периода проводятся аналогичные исследования орнитонаселения островных лесных массивов и полезащитных лесных полос сопредельного волгоградского Правобережья (Камышинский район) и более южных участков. Результаты этих работ легли в основу нескольких публикаций [69, 70], раскрывающих принципы заселения птицами искусственных лесных массивов в аридной и семиаридной зонах Поволжья. Данная тематическая направленность была с успехом реализована в исследованиях, осуществленных в разные годы на территории Савальского лесничества, включающего две лесные дачи – Савальскую и Липецкую в Воронежской области. Указанный район представляет для нас несомненный интерес в плане изучения орнитофауны нижневолжского региона с нескольких позиций. Во-первых, лесничество располагается между реками Савалой и Большим Карачаном (51°35'–51°45' с.ш. и 41°32'–41°42' в.д.), которые являются притоками р. Хопра и близки территориально к границам Саратовской области. Более того, по существующему в 1950-е годы административному делению, лесничество находилось в пределах Балашовской области в Терновском районе. Во-вторых, результаты осуществленных на данной территории исследований могут использоваться в настоящее время как надежное подспорье в зоогеографических построениях, в особенности в отношении видов, чьи ареалы претерпевают ныне значительные изменения. К таковым не без основания можно, например, отнести широкий спектр дендрофильных воробьинообразных, а также среднего дятла (Dendrocopos medius).

Первое описание орнитофауны выделенного района находим в работе Л.А. Брюна [71], где автор на основе наблюдений 1938 г. в составе экспедиции Ленинградского педагогического института под руководством профессора А.П. Ильинского приводит список видов, встречающихся на обследованной площади в 1700 га. Автор дает распределение птиц по четырнадцати местообитаниям и рассчитывает относительную численность некоторых из них. В последующем, начиная с 1951 г., в Савальском лесничестве проводились регулярные орнитологические исследования сотрудниками Всесоюзного института защиты растений (ВИЗР) и Ленинградского государственного университета. Результаты осуществленных в течение продолжительного периода исследований были представлены в работе Н.П. Кадочникова [72], где приводятся видовые очерки о птицах, отмеченных в пределах одного из старейших в России (существует с 1877 г.) искусственных лесных массивов. Общий фаунистический список, составленный автором, включает 118 видов, из которых 98 отнесены к гнездящимся. В разные годы в середине прошлого столетия здесь проводили свои исследования А.С. Мальчевский, Ю.К. Эйгелис, С.И. Божко, Т.Б. Ардамацкая, И.А. Нейфельдт и другие. Результаты некоторых их этих работ были впоследствии опубликованы. Например, данные по Савальскому лесничеству содержатся в работах по обыкновенной кукушке (Cuculus canorus) [73], обыкновенному козодою (Caprimulgus europaeus) [74] и другим видам.

В 1960 г. выходит из печати работа К.С. Ходашевой [75], основанная на данных полевых наблюдений в пределах глинистых полупустынь Заволжья. Изучаемая физико-географическая территория охватывает лишь самые южные районы Саратовской области, которые незначительны по площади, однако следует особо подчеркнуть высокую значимость проведенных этим автором работ для познания процессов формирования и динамики орнитофауны области. Накопленные в результате проанализированных выше исследований материалы были обобщены и дополнены Г.В. Линдеманом [76, 77]. Исследователь посвятил отдельные разделы работы характеристике и сравнительному анализу (в географическом аспекте) фауны гнездящихся, летующих, пролетных и залетных птиц заволжских полупустынь, обобщил данные о сроках и приуроченности их осенних и весенних миграций.

В этот же период (1938–1941 гг.) значительные территории Саратовской области были обследованы П.Н. Козловским: в 1938 г. – Базарно-Карабулакский, Новобурасский, Вольский и Дергачевский административные районы, в 1939 г. – Аркадакский, Балашовский, Пугачевский, Ивантеевский и Дурасовский (в прошлом) районы, в 1940 г. – Александровогайский, Новоузенский, Питерский, Екатериновский и Балаковский районы, в 1941 г. – Александровогайский, Хвалынский и Духовницкий районы. В результате обширных полевых исследований и на основе анализа коллекционных данных (около 1000 экземпляров) автором составлен систематический перечень птиц, обитающих в Саратовской области, включающий 238 видов (25 оседлых, 146 гнездящихся, 45 исключительно пролетных, 9 зимующих и 13 залетных). Несомненным преимуществом проведенного П.Н. Козловским [78] исследования является высокая документальность представленных материалов о распространении и численности птиц, подтвержденных коллекционными сборами. До сих пор эта сводка широко используется орнитологами при анализе динамики населения птиц области, а ее научная значимость все более возрастает.

В середине нынешнего столетия из печати выходит ряд работ П.С. Козлова, посвященных птицам облесенных участков Вольского района и долины р. Волги. Часть из них носит научно-популярный характер [79, 80], однако некоторые видовые очерки и главы этих публикаций содержат вполне достоверную информацию о встречах редких видов птиц в пределах Саратовской губернии. Более научный характер носит работа автора, связанная с анализом орнитонаселения лесных участков северного Правобережья области [81]. Однако не многим орнитологам известно, что эта монография является вторым дополненным и исправленным изданием книги «Птицы леса», подготовленной к печати натуралистом на основе длительных полевых наблюдений десятилетием раньше [82]. Публикации исследователя содержат материалы по экологии и этологии 81 вида гнездящихся птиц, обитание которых связано с лесными массивами Саратовской губернии; не менее значительно число видов, отмеченных автором в зимний и миграционный периоды.

Характерной особенностью данного периода в истории орнитологии является появление исследований, направленных на выявление либо уточнение границ распространения отдельных видов. При этом списки птиц, отмеченных в пределах Саратовской губернии, постоянно дополняются главным образом за счет периферийных и залетных видов. Примером служит заметка А.С. Мальчевского [83] о залете клеста-еловика (Loxia curvirostra) в южное Заволжье, а также сообщение о случаях размножения этого вида в сосновых насаждениях долин рек Волги и Б. Иргиза [84]; материалы И.Б. Волчанецкого [85] о расселении желчной овсянки в северном направлении и встречах вида вблизи южных границ Левобережья (в пойме р. Б. Иргиз, пос. Фурманово Казахстана и в 25 км севернее оз. Эльтон Волгоградской области); указание Г.П. Дементьева и Е.С. Птушенко [86] на расселение дубровника (Emberiza aureola) в южном направлении, которое захватывает северную часть саратовского Заволжья. Кроме того, С.С. Туров [87] указывает, что некоторые птицы, принадлежащие к группе оседлых, временами совершают передвижения, которые по своей регулярности приближаются к настоящим перелетам. В качестве примера автор отмечает сезонные перелеты серых куропаток (Perdix perdix) в конце октября из глубин Саратовской губернии и сопредельных территорий (между 52–53° северной широты). Часть этих птиц летит зимовать в астраханские и предкавказские степи (не проникая в Дагестан), другая – мигрирует по долине р. Дон, достигая иногда района г. Одессы.

Начиная со второй половины XX столетия особое внимание ученых в плане исследования населения птиц Саратовской губернии привлекают природные и урбанизированные ландшафты Заволжья. Именно в этот период начинается интенсивное освоение степных районов, включающее широкомасштабные ирригационные, лесоустроительные и сельскохозяйственные проекты. Внимание орнитологов сосредоточено на изучении локальных природных комплексов или отдельных ландшафтов. Примером служит работа П.Н. Козловского [88], где автор на основе полевых исследований, проведенных в Дергачевском, Питерском, Александровогайском, Комсомольском (ныне Краснокутском) и Духовницком административных районах губернии, детально характеризует фауну птиц степных прудов. Им зарегистрировано гнездование в изучаемых биотопах 44 видов птиц, при этом установлено, что основу орнитонаселения прудов составляют черношейная поганка (Podiceps nigricollis), шилохвость (Anas acuta) и чирки. Несколько позже П.Н. Козловский [89] сосредоточивает свое внимание на проблемах изучения охотничье-промысловых птиц губернии. Результатом этих исследований следует считать работу, в которой автор анализирует состояние популяций птиц отрядов куриных, пастушковых, куликов, поганок, дроф и гусиных (всего 29 видов), являющихся в пределах Саратовской области объектами спортивной охоты.

В 1950–1951 гг. продолжаются исследования фауны птиц полезащитных лесных посадок степного Заволжья, начатых в 1940-х годах. Основное внимание орнитологов уделяется Волго-Уральскому междуречью в пределах Казахстана и Волгоградской области, однако по-прежнему в их маршруты включаются участки саратовского Заволжья, в частности Краснокутские лесополосы и Дьяковский лес. В ходе экскурсионных исследований, проведенных в пределах Дьяковского лесничества, Л.Г. Динесман [90] характеризует состав орнитофауны этого района на начало мая и конец июня 1950 г. Фаунистические списки включают 22 вида птиц различных таксономических групп. Еще ýже спектр видов, выявленных В.В. Груздевым в мае – сентябре 1951 г. в пределах Дьяковского леса. Однако автор указывает, что основная задача исследования заключалась не в выделении наиболее полного видового списка, а в детальном изучении численности и особенностей питания наиболее массовых птиц. В результате этих работ опубликованы сведения об экологии сороки (Pica pica), иволги (Oriolus oriolus), соловья (Luscinia luscinia), варакушки (L. svecica), лазоревки (Parus caeruleus), большой синицы (P. major), серой (Sylvia communis) и садовой (S. borin) славок, садовой овсянки – наиболее многочисленных птиц Дьяковского леса [91]. Несколько ранее этим орнитологом [92] были проведены аналогичные исследования орнитофауны Теллермановского лесхоза Балашовской области, включающей в те годы обширные территории среднего Прихоперья (ныне одноименный район Саратовской области). К этим работам близки в географическом и тематическом отношениях исследования С.Н. Варшавского [93], апробирующего методы относительного учета численности хищных птиц в условиях степного ландшафта.

Особый акцент орнитологическим исследованиям этого периода придают работы А.Н. Формозова [94] и С.В. Кирикова [95, 96], которые в качестве ключевого аспекта работ избрали изучение меж- и внутривековой динамики распространения отдельных видов птиц, в том числе и на территории Саратовской области. На конкретных примерах, в отношении каменки-плясуньи, золотистой щурки (Merops apiaster), желчной овсянки, малого жаворонка (Calandrella cinerea), рябчика, стрепета и некоторых других видов, были показаны темпы репродуктивной экспансии либо выявлены основные причины и характер дестабилизации популяций и сокращения ареала.

Наиболее поздней из работ талантливого исследователя, каковым, без сомнения, является П.Н. Козловский, считается обзорная сводка, характеризующая распределение птиц Саратовской области по местообитаниям [97], являющаяся последним завершающим этапом в комплексном изучении птиц области этим автором. К тому же времени приурочен выход обобщающей сводки по орнитофауне степной полосы европейской части СССР М.А. Воинственского [98], куда вошли материалы по распространению птиц и в пределах области. Несомненным достоинством этой работы, на наш взгляд, является проведенный автором анализ соотношения и роли представителей различных типов фауны птиц в формировании и функционировании основных орнитофаунистических коплексов степной зоны.

Очередной отправной точкой в орнитологических исследованиях нижневолжских орнитологов, как и ученых всей страны, стал выход в свет в 1951–1954 гг. шеститомного издания «Птицы Советского Союза», в подготовке отдельных разделов которого, например по жаворонковым птицам, принимали участие и саратовские ученые. На страницах этого объемного издания неоднократно приводились данные по фенологии, экологии и распространению отдельных видов птиц и в пределах севера Н. Поволжья. Например, после выхода в свет тома, включающего видовые очерки по дрофиным птицам, фаунистические списки региона пополнились новым видом – джеком (Chlamydotis undulata). Обобщение ранних литературных сведений позволило Е.П. Спангенбергу [99] высказать мнение о более широком распространении вида в конце XIX в., когда отдельные птицы наблюдались даже на широте г. Саратова. В последующий период к упомянутым материалам неоднократно обращались другие исследователи [100–102], что позволило использовать их в качестве своеобразных исторических реперов в анализе динамики распространения вида. Особенно актуальными на сегодняшний день являются приведенные составителями и авторами монографии «Птицы Советского Союза» материалы о распространении в тот период подвидовых группировок многих видов в Саратовской области. В целом это издание подводило итог более полувекового периода в отечественной орнитологии и определяло основные и приоритетные направления дальнейших исследований.

Именно с этого периода лидерство в орнитологических региональных исследованиях вновь переходит от факультета естествознания Саратовского педагогического института к кафедре зоологии Саратовского госуниверситета. В последующие три десятилетия развитие идей, направленных на всестороннее изучение фауны птиц области, было связано с именами Н.И. Лариной, Р.А. Девишева, Л.А. Лебедевой, А.Л. Подольского и других ученых. Первые работы этих исследователей в области орнитологии носят обучающий [103] или прикладной [104–108] характер. Однако позднее вырисовываются основные направления орнитологических исследований 1960–1980-х гг.: зоогеографическое районирование территории области [109–119], эколого-фаунистическое комплексное исследование фауны птиц саратовского Заволжья [120, 121] и разработка вопросов охраны охотничье-промысловых и редких видов птиц области [122–127].

Несколько слов необходимо сказать и о кратких орнитологических заметках, опубликованных в этот период и содержащих зачастую интересные в фаунистическом отношении, а иногда, напротив, сомнительные материалы. Так, В.А. Казаков [128], характеризуя орнитофауну юго-западных районов Саратовской области на основе полевых наблюдений 1955–1961 гг., утверждает, что в пойме р. Дон4 обитают 190 видов птиц, из которых 110 гнездящихся и 23 зимующих. Показательным является упоминание автора о размножении на изучаемой территории длиннохвостой синицы и других видов. Между тем, указание на зимовку в изучаемом районе оляпки (Cinclus cinclus) и горной трясогузки (Motacilla cinerea) позволяют усомниться в корректности названия сообщения, опубликованного в материалах 3-й Всесоюзной орнитологической конференции. Очевидно, работы были проведены в пределах Ростовской области и при публикации их результатов произошла досадная ошибка. Г.А. Корнеев [129] отмечает на пролете в лесополосах Энгельсского административного района некоторых насекомоядных птиц: серую славку, пеночку-весничку (Phylloscopus trochilus), обыкновенную горихвостку (Phoenicurus phoenicurus), зарянку (Erithacus rubecula) и певчего дрозда (Turdus philomelos). Автор указывает на высокое хозяйственное значение этих видов, основываясь на анализе их питания.

Вопросам распространения, биотопического размещения и особенностей размножения черного коршуна в степных условиях (на сопредельных с Саратовской областью территориях) посвящена работа С.Н. Варшавского [130]. В 1981 г. появляется сообщение Л.А. Лебедевой с соавторами [131] о гнездовании в пределах Саратовской области усатой синицы (Panurus biarmicus). В обширных фаунистических сводках Э.И. Гаврилова с соавторами [132], а также В.Л. Шевченко с соавторами [133], посвященных орнитофауне Волго-Уральского междуречья, находим указания на встречи в 1958–1959 гг. в окрестностях пос. Александров Гай некоторых воробьинообразных птиц (мухоловки-белошейки – Ficedula albicollis, белошапочной овсянки – Emberiza leucocephala и др.) и встречи редких хищных птиц вблизи границ области. Гнездованию серой цапли (Ardea cinerea) в пределах Дьяковского леса посвящена публикация Л.А. Лебедевой [134], в которой представлены данные о динамике образования и роста колонии начиная с 1956 г.

В середине 1960-х гг. в ходе широкомасштабных полевых исследований орнитофауны саратовского Заволжья Л.А. Лебедевой собран и проанализирован значительный материал по видовому составу, биотопическому распространению и численности птиц этой части области. Изучив данные литературы, полученные в пределах Левобережья в предыдущий период, Л.А. Лебедева [135] систематизировала их и значительно дополнила собственными оригинальными материалами. В итоге исследователем была подготовлена кандидатская диссертация «Птицы саратовского Заволжья (эколого-фаунистические особенности орнитофауны)» [136, 137], в которой автор представила видовые очерки для 211 видов птиц, относящихся к 21 отряду. Кроме того, в работе детально рассматриваются вопросы распространения птиц и их экологического размещения по изучаемой территории, приводятся данные по численности доминирующих видов и ее динамике в историческом аспекте. В наиболее полной степени итоги этого направления в развитии орнитологии Саратовской области были представлены несколькими годами позже [138–141], что определило в конечном итоге цельность и законченность исследования.

Однако и в последующем внимание исследователя было направлено на изучение птиц Заволжья, в результате появились новые данные о динамике птиц этого региона. Например, Л.А. Лебедевой и Н.Н. Андрусенко [142] проанализированы изменения в составе орнитофауны Левобережья Саратовской области, вызванные постройкой и пуском Саратовского канала, появлением новых водохранилищ и других искусственных водоемов. В результате, начиная с 1975 г., на территорию области широко проникает лебедь-шипун (Cygnus olor) и регулярно гнездится пеганка (Tadorna tadorna), выявляются ранее не известные пролетные пути вальдшнепа; пискулька (Anser erythropus) и синьга (Melanitta nigra) встречаются на пролете. В отношении лебедя-шипуна в данный период проводятся более детальные исследования, основанные на использовании опросных сведений, что позволяет определить темпы динамики численности этих птиц с конца 1970-х [143] до начала 1990-х [144] годов.

Проведенные в этот период обширные фаунистические исследования позволили определить характер динамики распространения и численности некоторых видов птиц, образующих «ядро» зональных (лесостепных, степных и полупустынных) орнитокомплексов [145, 146]. Исследователями были проанализированы основные лимитирующие факторы, определяющие границы распространения доминирующих и фоновых видов в Заволжье [147, 148], представлено теоретическое обоснование роли межвидовых отношений в процессе дивергенции близких видов птиц [149]. Некоторые сведения о распространении видов региональной фауны на юге Заволжья, например розового скворца, находим в материалах по орнитофауне Нижнего Дона, Сальских и Калмыцких степей [150].

Тематика последующих работ, проводимых сотрудниками и студентами кафедры зоологии позвоночных животных Саратовского госуниверситета в 1970–1990-х гг., носит разнонаправленный характер. Однако часть из них может быть сгруппирована тематически [151–158], так как посвящена изучению питания птиц различных таксономических групп, в том числе куриных, голубеобразных, ржанкообразных, пластинчатоклювых, голенастых, дневных хищных, совообразных, кукушкообразных, ракшеобразных и воробьинообразных. Материал для этих публикаций собирался главным образом в пределах средней и верхней зон Волгоградского и нижней зоны Саратовского водохранилищ в период работы комплексной экспедиции по изучению влияния подтопления на фауну прибрежных ценозов. В отношении птиц это влияние было проанализировано на примере Саратовского [159] и Волгоградского [160–165] водохранилищ.

Анализ структуры и динамики населения птиц Волгоградского водохранилища осуществлялся в верхней и средней его зонах в период с 1987 по 1997 гг. За это время было обследовано 38 местообитаний на 174 островах, а наибольший объем материала был собран в 18 км севернее областного центра на о. Котлубань. Количественные учеты проводились В.В. Пискуновым и А.В. Беляченко в пределах различных типов ветляников, осокорников, дубрав, заливных и остепненных лугов, а также в прибрежно-водных местообитаниях [166]. Авторами исследовалось видовое богатство (индекс Менхиника), равномерность распределения (выровненность по обилию), степень доминирования (индексы Бергера – Паркера и Симпсона) птиц; соотношение численности разных видов наглядно иллюстрировалось графиками зависимости ранг-обилие.

В ходе проведенных исследований было установлено, что в период после создания Волгоградского водохранилища (1959–1961 гг.) в пойме перестали встречаться 18 видов и 6 прекратили размножаться; впервые отмечено 11 новых видов, для 6 из которых установлено гнездование. В репродуктивный период здесь отмечено 146 видов, из которых на долю гнездящихся приходится 122. Значительного обеднения фауны за данный период не произошло, однако резко снизили обилие 27 видов птиц, их малочисленные популяции рассредоточены по пойме и подвержены дестабилизации [163]. Было показано, что снижение видового богатства и плотности населения птиц связано с уменьшением количества местообитаний и увеличением обводненности поймы. При этом наблюдается замена ксерофильных видов мезофильными и гигрофильными, а также возрастает участие в орнитокомплексах эвритопных птиц. Исходные сообщества с упрощенной структурой подвергаются в дальнейшем рекреационному воздействию, когда сначала заметно обедняется видовой состав и снижается численность птиц, а затем темпы сокращения числа видов замедляются и суммарная плотность населения резко возрастает [167]. Это обусловлено главным образом проникновением в пойменные ландшафты широко распространенных видов, а также синантропных птиц [168].

В ходе многолетних наблюдений было выяснено, что наиболее значимыми факторами, определяющими организацию сообществ птиц поймы водохранилища в гнездовой период, являются тип растительности и паводково-гидрологический режим. Разнообразие и структурная сложность сообществ птиц пойменных лесов, наиболее богатых в видовом и численном отношении, зависит главным образом от состава пород, густоты и жизненного состояния древесного и кустарникового ярусов. Эти параметры возрастают с увеличением горизонтальной и вертикальной неоднородности фитоценозов. Состав и структура орнитокомплексов луговых и прибрежно-водных местообитаний зависят от небольшого числа фитоценотических параметров, наиболее значимым из которых является степень развития кустарниковой растительности. Динамика высоты и продолжительности паводка оказывает наиболее сильное воздействие на сообщества птиц заливных лугов, ивняков и рогозовых зарослей. В них отмечается смена доминантов по сезонам, здесь в широких пределах изменяется обилие птиц (в 1.4–17.3 раза) и количество размножающихся видов (в 1.2–7.0 раз). В лесных местообитаниях, на остепненных лугах и в тростниковых зарослях орнитокомплексы обладают значительной толерантностью к воздействию динамики паводкового режима и при различных показателях его высоты и продолжительности сохраняют свои отличительные особенности [169].

Лесохозяйственные мероприятия, осуществляемые в пределах пойменной зоны водохранилища, включают рубки различного назначения, а также создание искусственных насаждений. Разрушение естественного лесного покрова приводит к снижению богатства фауны птиц, численности большинства представителей орнитокомплексов и упрощению структуры сообществ. Ядро комплексов птиц на вырубках образуют кустарниковые виды, доля которых превышает здесь 50%, в молодых посадках видовое разнообразие уступает таковому зрелых лесов в 2.5 раза, а плотность населения – в 1.7. Динамика орнитокомплексов искусственных лесных насаждений предполагает постепенное повышение количественных показателей, однако направленность подобных процессов зачастую не совпадает с изменениями в структуре и численности орнитонаселения естественных лесов [163].

Таким образом, в конце 1990-х гг. сложилась ситуация, когда лишь одна пятая часть всей территории поймы Волгоградского водохранилища по своим биоценотическим свойствам может обеспечить устойчивое существование сообществ птиц. Наиболее значимыми факторами, определяющими структуру сообществ птиц, стали нарушения или даже полное разрушение сложившихся пойменных ландшафтов в результате их подтопления, а также интенсивной рекреации. Результатом этих изменений является упрощение исходных сообществ птиц, которые становятся беднее видами и теряют свои характерные особенности. Сопоставление участков с различным уровнем нарушенности из-за высокого паводка показало, что сокращение площади поймы в 10 раз приводит к уменьшению числа видов в 1.2–3.8 раза. Особенно заметные изменения орнитофауны происходят на участках водохранилища, где площадь островов не превышает 0.8–1.2 км2 [169]. Например, в указанный период было отмечено нарушение структуры орнитокомплексов, а также снижение видового богатства и выровненности обилия видов на территориях туристических баз на островах Чардымский, Зеленый и Сазанка. Вместе с тем на участке речной долины протяженностью 150 км сохранились естественные пойменные ландшафты, включающие песчаные отмели, заливные и остепненные луга, ивняки, осокорники и дубравы. На пойменных островах обитают редкие виды региона: скопа, европейский тювик (Accipiter brevipes), обыкновенный осоед (Pernis apivorus), орел-карлик (Hieraaetus pennatus), мородунка (Xenus cinereus), кулик-сорока (Haematopus ostralegus), черноголовый хохотун (Larus ichthyaetus) и черноголовый чекан (Saxicola torquata) [170].

На основе сопоставления видового состава и количественных показателей плотности населения птиц пойменных местообитаний в средней зоне водохранилища в годы с различными показателями обводненности (1998–2000 гг.) выполнена работа И.Б. Шаповаловой [171]. Она базируется на данных маршрутных учетов, осуществленных в весенне-летний период в пределах о. Круглый, относящегося к группе островов, генетически связанных с левобережной центральной поймой в Ровенском административном районе. В качестве модельных были выбраны 1998 (средний по обводненности), 1999 (маловодный) и 2000 (многоводный) года. В пределах острова работы осуществлялись посредством маршрутных учетов, когда они закладывались вдоль береговой линии (по границе вода – суша и на мелководье), в тростниковых зарослях, испытывающих суточные колебания уровня воды с амплитудой 10–15 см, прибрежных ивняках, затапливаемых ежегодно в весенний период при подъеме воды на 1.0–1.2 м, ивовых лоховниках, заливаемых не ежегодно, но регулярно (при повышении уровня на 1.5–2.0), а также на участках мезо-, ксерофитных лугов, приуроченных к наиболее высоким частям острова и затапливаемых крайне редко (при высоте паводка до 4 м).

В ходе проведенных наблюдений было установлено, что гнездовая фауна острова включает 76 видов, еще 6 отмечались лишь несколько раз в период сезонных миграций или трофических перемещений [171]. В последующий период этот список был расширен до 79 видов [172]. Наиболее богатой в фаунистическом отношении оказалась экотонная зона «вода – суша», где регулярно размножалось 42 вида птиц; меньше всего видов (10) было отмечено на возвышенных открытых участках острова. В отношении суммарного обилия птиц все изученные местообитания образуют своеобразный ряд, в котором данный количественный показатель постепенно убывает от водных стаций к прибрежным ивнякам, затем – к тростниковым и рогозовым зарослям, пойменным лесам и открытым пространствам. Общее количество гнездящихся на острове видов значительно варьирует по годам в зависимости от обводненности. Так, наибольшие показатели богатства фауны наблюдались в условиях среднего уровня водохранилища, тогда как минимальные – в многоводный 2000 год. Основная причина указанного явления видится автору в выпадении больших площадей гнездопригодных стаций из-за подтопления в сезоны с высоким паводком. В ситуации низкого паводка (1999 г.) увеличиваются пространства лугов различных типов, что привлекает на гнездование лимнофилов и несколько сглаживает общую тенденцию снижения видового богатства [173].

Аналогичная тенденция была отмечена исследователем и в отношении межсезонной динамики плотности населения птиц экосистем островов (Береговой, Круглый, Серина, Хомутинский, Безымянный, вдоль ерика Шерчак и залива Семи Деревьев), расположенных в 5.5–8 км юго-западнее пос. Ровное. По годам плотность населения птиц в ранее выделенных местообитаниях варьировала следующим образом: в подтопленной зоне самое высокое обилие птиц было отмечено в 1998 г. (3837.7 особи/км2), среднее – в 1999 г. (2672.2), низкое – в 2000 г. (1302.1); в околоводном биотопе примерно одинаковая плотность была в 1998 и 1999 гг. (577.9 и 616.8 особи/км2 соответственно), она снизилась лишь в 2000 г.; на пойменных влажных лугах – высокая в 1998 г. (480.0), средняя – в 2000 г. (250.0) и наиболее низкая (100.0) – в 1999 г. На суходольных лугах за все время работ отмечалась приблизительно одинаковая низкая плотность – 50–70 особей/км2 [174].

На основе проведенных в пределах островных экосистем работ И.Б. Шаповалова предлагает использовать различные экологические группы птиц в качестве индикаторов обводненности водохранилища. Например, среди мезо- и стенотопных видов индикаторами низкого уровня воды оказались перевозчик (Actitis hypoleucos), малый зуек (Charadrius dubius), дроздовидная камышевка (Acrocephalus arundinaceus), тростниковая овсянка (Emberiza schoeniclus) и др. Процент их встречаемости в годы с подобным уровневым режимом значительно сокращается [173]. Напротив, плотность населения лебедя-шипуна, болотного луня (Circus aeruginosus), кряквы (Anas platyrhynchos), хохлатой чернети (Aythya fuligula), серой цапли, садовой камышевки (Acrocephalus dumetorum), серой славки и других птиц существенно возрастает в годы повышенной обводненности водохранилища. В качестве индикаторов среднего уровня паводка автор называет красноголовую чернеть (Aythya ferina), малую выпь (Ixobrychus minutus), черную крачку (Chlidonias niger), кулика-сороку, тростниковую (Acrocephalus scirpaceus) и индийскую (A. agricola) камышевок, усатую синицу, варакушку, обыкновенного соловья и белую трясогузку (Motacilla alba) [172].

Совокупность осуществленных в отношении поймы Волгоградского водохранилища орнитологических исследований позволяет говорить о высокой изученности населения птиц данной территории. Здесь на протяжении нескольких лет детально изучался не только видовой состав авифауны, но и основные динамические тренды, обусловленные главным образом высотой паводка и общим ходом весны. В результате проведенных работ была осуществлена характеристика отдельных типов биотопов с учетом стадии экогенеза и фитоценотического состава. В частности, получены обширные сведения о пространственно-временной структуре ветляников верхней зоны водохранилища [175], где в состав многочисленных птиц включены полевой воробей (Passer montanus), серая ворона (Corvus cornix) и зяблик (Fringilla coelebs), а в состав обычных – серая мухоловка (Muscicapa striata), обыкновенная иволга, обыкновенный ремез (Remiz pendulinus), болотная камышевка (Acrocephalus palustris), рябинник (Turdus pilaris), обыкновенный соловей и садовая славка. При этом минимальное разнообразие птиц наблюдается в ветляниках ежевичных, а наибольшее число видов и высокое обилие – в ветляниках крапивных. Выровненность видов птиц по обилию максимальна в ветляниках разнотравных [166].

Аналогичные исследования осуществлены применительно к другим биотопам. Например, наиболее характерными видами осокорников являются зяблик, полевой воробей, обыкновенный соловей, садовая славка, большая синица, серая мухоловка, обыкновенная иволга, малый и пестрый дятлы, а также кряква [166]. В дубравах доминирует полевой воробей, к многочисленным видам отнесены зяблик, обыкновенный соловей, большая синица, садовая славка, обыкновенный скворец (Sturnus vulgaris), обыкновенная овсянка и обыкновенная лазоревка. Здесь обычны малый и пестрый дятлы, кряква, черный коршун и обыкновенная кукушка [176]. Наименьшее видовое богатство характерно для осокорников ветловых, а минимальное обилие – для молодых ежевично-хвощевых. Максимальная плотность населения свойственна осокорникам вязовым, тогда как высокое видовое разнообразие отмечается в разнотравно-злаковых и вязово-кленовых осокорниках. В отношении дубрав примечательным является тот факт, что особенно разнообразные сообщества птиц формируются здесь на участках злаково-осоковых дубрав [166].

Сообщества птиц пойменных лугов отличаются относительно бедным видовым составом и простой структурой орнитокомплексов. На заливных лугах по плотности населения лидируют болотная камышевка и камышевка-барсучок (Acrocephalus schoenobaenus), на долю которых приходится более 60% суммарного обилия. В пределах остепненных лугов в сообществе преобладают обыкновенная овсянка, лесной конек (Anthus trivialis) и серая славка. Здесь регистрируется самое низкое число видов и минимальные показатели обилия, однако выровненность видов характеризуется как высокая. Население птиц прибрежно-водных местообитаний отличается высокой динамичностью в межгодовом аспекте, когда оно почти ежегодно изменяется по составу и структуре из-за различий в экологических условиях, главным образом высоты паводка. В ивняковых зарослях доминирует болотная камышевка, в тростниковых – дроздовидная. На участках рогозовых зарослей, примыкающих к заливным лугам, лидирует камышевка-барсучок [166].

Особое внимание в плане изучения адаптивных особенностей функционирования орнитокомплексов в условиях динамики уровенного режима и рекреационной нагрузки было уделено отдельным видам. В частности, пространственная структура поселений обыкновенного соловья в ландышевых дубравах поймы р. Волги исследовалась в годы с различным паводковым режимом [177]. В отношении данного вида для лесопарковой зоны г. Саратова установлено его обитание в двух типах биотопов – лесном и кустарниковом [178]. Наибольшие отличия между ними обусловлены параметрами вертикальной структуры фитоценозов и их видовым составом. В пределах каждого из выделенных типов местообитаний отличия между индивидуальными участками птиц связаны главным образом с неоднородностью горизонтальной структуры растительных сообществ [179]. Обыкновенный соловей заселяет в лесопарковой зоне «Кумысная поляна» участки с различным уровнем антропогенной нарушенности, проявляя высокую пластичность в выборе гнездовых стаций [180].

Изучению влияния Волгоградского водохранилища на распространение и особенности цапель (серой, большой белой – Egretta alba и рыжей – Ardea purpurea) посвящена детальная работа И.Б. Шаповаловой и Е.В. Завьялова [181]. Авторы подтвердили размножение рыжей цапли в пределах нижней зоны водохранилища и выявили некоторые специфические особенности размножения здесь этих птиц. Например, в качестве гнездового дерева серые и большие белые цапли на межостровных пространствах используют низкорослые ивы, которые частично подтоплены в течение всего репродуктивного периода. Выявлена высокая смертность молодых птиц вследствие попадания в воду и переохлаждения; гнездование всех изучаемых видов из-за высоких и продолжительных паводков здесь отмечается на 2–3 недели позже, чем в верхней зоне Волгоградского водохранилища.

В качестве самостоятельного направления в орнитологических исследованиях XX столетия можно выделить изучение миграций птиц в пределах Саратовской области [182, 183]. В результате, на основе анализа данных постоянных наблюдений, проведенных в различных географических точках области в период с 1900 по 1966 гг., составлены видовые списки и определена численность весенних и осенних мигрантов, выявлены основные пролетные пути и места их остановок. Особое место в этих исследованиях занимают работы, посвященные водоплавающим и околоводным птицам, основанные на многолетних наблюдениях на больших и малых реках большей части территории области [184]. В последующем это направление исследований было поддержано сотрудниками Саратовского областного Общества охотников и рыболовов, которые на основе регулярных исследований в четырех точках области в Дергачевском, Новоузенском, Александровогайском и Питерском районах, а также на волжском острове Комарова Грива в 25 км северо-восточнее г. Саратова составили довольно полную картину интенсивности осенних перемещений водоплавающих в изучаемом регионе [185–188].

Успешно начатые в XX в. исследования миграций птиц региона были продолжены на новом качественном уровне в новом тысячелетии. Анализ сезонных перелетов птиц различных таксономических групп был основан на данных полевых наблюдений, проведенных в пределах региона, а также на материалах Научно-информационного центра кольцевания птиц Института проблем экологии и эволюции им. А.Н. Северцова РАН (г. Москва) за период с 1932 г. до начала XXI столетия. В общей сложности за пятилетний период (1999–2003 гг.) было окольцовано около 3000 птиц, обработана информация более чем о 300 возвратах, полученных в предыдущее время. В результате проведенных исследований выявлены основные места зимнего пребывания птиц, обитающих в Саратовской области. Например, для серой утки (Anas strepera), кряквы, широконоски (Anas clypeata), красноголовой чернети, шилохвости, чирка-трескунка (Anas querquedula) и обыкновенного гоголя (Bucephala clangula) в большинстве случаев они приурочены к Средиземноморью. Для шилохвости и чирка-трескунка характерны также зимовки в Африке. Наиболее крупные европейские зимовки характерны для кряквы и чирка-свистунка. Лысуха (Fulica atra) относится к птицам, зимовки которых приурочены к обширным территориям, включающим Средиземное, Черное и Каспийское моря, а также континентальные водоемы Англии, Бельгии, Нидерландов, Дании, Германии и других западноевропейских стран. Для большинства изученных видов получены данные по натальной и гнездовой дисперсии. Так, чирок-свистунок (Anas crecca) в большей степени подвержен гнездовой дисперсии, красноголовая чернеть – натальной. Для хохлатой чернети и лысухи выявлены примеры натальной и гнездовой дисперсии. Для изученных птиц выделено три основных пути миграций. Первый – наиболее значимый – связывает Саратовскую область с северным Средиземноморьем и характерен для шилохвости, кряквы и чирков. Второй путь ведет к южному и западному Прикаспию и отмечен для чирков, пеганки и серой утки. Третий – Азиатский путь – проходит через изучаемый регион и следует к странам Персидского бассейна; он характерен для чирков [189]. В ходе работ некоторые оригинальные данные авторы заимствовали из публикаций по сопредельным территориям, в частности Волгоградской области [190].

В ходе работ было установлено, что основные места линьки саратовских водоплавающих приурочены к территории северного Прикаспия (Астраханский заповедник) и Северного Казахстана. Для некоторых видов (серой утки) характерна сезонная смена мест линьки. В весенний период Саратовскую область в большинстве пересекают транзитные мигранты. Пик их пролета и прилета птиц местных популяций приходится на последнюю декаду апреля. В осенний период выделяется два пика миграционной активности: первый связан с последней декадой августа и первой декадой сентября. Второй приурочен к концу сентября, первой декаде октября. Для всех видов выявлены возрастные и половые различия в сроках и характере миграций [189].

В последующий период были выявлены основные места предмиграционных скоплений и районы зимовки саратовских популяций красавки [191] и дрофы. Было установлено, например, что районы гнездования зимующих и летующих на территории Саратовской области черноголовых хохотунов приурочены к островам Северного Каспия, территории Калмыкии и Ставропольского края. Большинство куликов (чернозобик – Calidris alpina, круглоносый плавунчик – Phalaropus lobatus, грязовик – Limicola falcinellus) в период миграции придерживаются долины р. Волги и водоемов степного Заволжья, чайковые (сизая – Larus canus и озерная – L. ridibundus чайки) используют также долины правобережных и левобережных волжских притоков. Красавка, дрофа и чибис (Vanellus vannelus) летят через всю территорию Заволжья. Основную массу весенних и осенних мигрантов на территории Саратовской области составляют транзитные мигранты. Весенний пролет протекает в сжатые сроки, в то время как осенний растянут и имеет несколько пиков активности. Так, для куликов в осенний период выделяется два: первый связан с последней декадой июля и серединой августа, второй приурочен к началу сентября. Сроки миграции чайковых смещены на более позднее время, некоторые птицы задерживаются на территории области до декабря и даже зимуют.

Начиная с 1970-х гг. саратовскими орнитологами детально прорабатываются вопросы экологии колониального гнездования некоторых ржанкообразных птиц. В наиболее полной степени в публикациях того времени освещены аспекты совместного колониального размножения речной (Sterna hirundo) и малой (S. albifrons) крачек, малого зуйка и мородунки в верхней зоне Волгоградского водохранилища в 40 км выше г. Саратова [192], на Усовском острове в 60 км выше областного центра [193], в районе Шумейских островов [194, 195], а также современного состояния популяции озерной чайки в Н. Поволжье [196].

При анализе истории развития орнитологических исследований Саратовской области особое внимание следует уделить работам, посвященным изучению представителей семейства дрофиных, в частности дрофы и стрепета. Виды относятся к группе древних по происхождению, что определяет особую уязвимость птиц на современном этапе в условиях широкого преобразования среды их обитания. Так, заселение изучаемого региона предковыми формами дрофы происходило, вероятно, в миоцене. Плиоценовые и плейстоценовые похолодания определяли отступление границ ареала вида в южном направлении и его отсутствие на севере Н. Поволжья в такие периоды. С голоценом связаны окончательные процессы формирования зональной степной фауны региона, в составе которой дрофа занимала ведущее положение. Процесс активного сокращения площадей облесенных территорий в период усиления антропогенного влияния в раннем неолите приводит к расселению вида на север глубоко за пределы нижневолжского региона. Напротив, распашка целинных территорий и чрезмерный выпас скота в первой половине XX столетия определяют дестабилизацию популяций этих птиц и сокращение ареала [197].

Наиболее остро проблема сохранения саратовских популяций дрофиных стала ощутима в 1970-х гг., когда широкомасштабное освоение целинных земель обусловило резкое сокращение численности дрофиных. Актуальность работ по стабилизации популяций дрофы и стрепета впервые была определена Ю.А. Исаковым [198]: по оценкам автора, в 1971 г. в пределах Саратовской области гнездилось около 390 пар дроф, общая численность составляла 1187 особей. Впоследствии темпы сокращения численности этих птиц несколько приостановились [199], однако успех размножения оставался по-прежнему крайне низким. Тем не менее, популяция дрофы в Н. Поволжье оставалась одной из самых крупных в России: по мнению Ю.А. Исакова [200], здесь обитало в конце 1970-х – начале 1980-х гг. около 2140 птиц, средняя плотность населения дрофы составляла 4–5 особей/100 га. Именно в данный период были выявлены и проанализированы основные причины дестабилизации природных популяций дрофиных в Н. Поволжье [201–204], что явилось основой для дальнейших исследований в этой области орнитологии.

С середины 1980-х гг. в саратовском Заволжье начались исследования, направленные на разработку технологии искусственного разведения дрофиных, стали проводиться мероприятия по снижению воздействия сельскохозяйственной деятельности и оптимизации мест обитания этих птиц на охраняемых территориях. Объединение усилий специалистов ВНИИПрирода Госагропрома СССР, ЦНИЛ Главохоты РСФСР, Госохотинспекции Саратовской области и Саратовского госуниверситета позволило разработать стратегию сохранения дрофиных и в короткий срок реализовать на практике некоторые аспекты этой программы [205–221]. В результате проведенных исследований изучены некоторые аспекты экологии дрофиных применительно к условиям Саратовской области [222–226], разработаны и апробированы методы искусственного выращивания дроф [227–230], определены основные направления дальнейших исследований по стабилизации популяций этих птиц [231–234].

Накопленные сведения были обобщены в кандидатской диссертации А.В. Хрустова «Дрофа (Otis tarda L.) в Саратовской области (численность, биология, охрана)» (1989 г.). Суммарная численность дрофы в регионе оценивалась автором тогда в 3000 птиц с тенденцией некоторого роста [235]. Наиболее высокие количественные показатели были характерны в конце 1980-х гг. для Краснокутского, Дергачевского, Федоровского и некоторых других административных районов, самые низкие – для Аткарского, Татищевского, Саратовского и др. В ходе исследований были выявлены основные токовища дрофы на севере Н. Поволжья, которые были приурочены к участкам с плотным грунтом (целинным участкам неудобий, суходолам, межевым полосам, во второй половине периода токования – полям житняка, старым бахчам). К числу основных лимитирующих факторов в тот период относились механизированные сельскохозяйственные работы на полях, применение пестицидов, фактор беспокойства, пресс хищничества со стороны грачей, браконьерство [236].

Работы последующего десятилетия в данной области посвящены мониторингу природных популяций дрофиных, определению современной численности и динамики их распространения. Например, по данным осенних учетов, проведенных силами регионального отделения Союза охраны птиц России в 1994 г., в пределах Федоровского административного района зарегистрировано в осенний период 1030 особей дрофы [237]. Учеты были осуществлены 10–16 октября 1994 г. на общей площади 4200 км2, а общая длина учетного хода составила 2000 км. В этот период учетчиками отмечались стаи дроф, состоящие из 110–120 особей [238]. А.В. Хрустов с соавторами [239] приводят данные учетов этих птиц в пределах области в 1996 г.: в 12 правобережных районах отмечено 247, а в 9 заволжских – 1920 особей; общая численность саратовской популяции оценивалась в 4000 птиц. Несколько позже этот показатель несколько повышается и составляет 4100615 особей [240]. Известно также, что в осенний период 1998 г. на площади 12 тыс. км2 в саратовском Заволжье было учтено 1900 дроф. На основе этих учетов предполагалось, что общая численность птиц, обитающих на территории со сторонами 88 × 100 км, составляет около 8 тыс. особей [241].

Данная тематика остается актуальной и на современном этапе. Постоянные и долговременные наблюдения за саратовскими популяциями дрофы и стрепета дают обширные материалы, позволяющие достоверно оценивать динамику распространения и численности этих птиц в регионе в репродуктивный [242–247], предгнездовой [248, 249], постгнездовой [250–252] и предмиграционный [253] периоды. Особое внимание уделялось исследователями вопросам разведения дроф в неволе [254], анализу экологических аспектов, влияющих на репродуктивный потенциал птиц [255], перспективам сохранения вида в условиях предполагаемого нефтегазового промысла на севере Н. Поволжья [256–258].

Учитывая особую значимость последнего тематического направления, проанализируем результаты осуществленных работ несколько подробнее. Например, одно из исследований было выполнено на основе изучения современного состояния поселений дрофы в пределах саратовского Заволжья, где осуществлялись геолого-разведочные изыскания и шла подготовка к последующей добыче углеводородного сырья. Работы были реализованы в сентябре – октябре 1998 и 2001 гг. в пределах Федоровского административного района Саратовской области. Для получения количественных показателей во всех типах биотопов в районе строительства и предполагаемой последующей эксплуатации поисково-буровой скважины были заложены постоянные, нестрого фиксированные маршруты. Учеты проводились в пределах трех зон (прямого, переходного и возможного антропогенных воздействий), которые последовательно примыкали друг к другу в виде параллельных полос. Размер расчетной зоны прямого антропогенного воздействия составил 5 км от геометрического центра пром-площадки; ее размеры определялись границей зоны влияния 0.05 ПДК для группы суммации 6006. Зоны переходного и возможного антропогенных воздействий примыкали к предыдущей и плавно переходили одна в другую, они были одинаковы по ширине и конфигурации. В соответствии с методологией проведения мониторинга весь исследовательский процесс был разделен на два этапа – инвентаризационный (1998 г.), при котором получены материалы «нулевого мониторинга», и мониторинговый (2000–2001 гг.). Общая площадь обследованных в тот период местообитаний составила 1420 км2 [259].

В ходе работ было установлено, что в пределах исследуемой территории распределение дроф носит агрегированный характер и лишь на отдельных участках его можно считать равномерным. Межгодовая амплитуда колебаний численности птиц на разноудаленных от поисково-испытательной буровой скважины участках (в радиусе 5, 10 и 15 км) достоверно отличалась (при p0.05). Так, в 1998 г., т.е. до строительства объекта, обилие птиц плавно снижалось по мере удаления от геометрического центра проектируемой испытательной скважины. Аналогичная тенденция в динамике населения птиц была отмечена в период строительства скважины (2000 г.). Напротив, в 2001 г. наименьшее обилие дроф было отмечено вблизи поисковой скважины; по мере удаления плотность населения увеличивалась с 0.04 (I зона) до 0.09 (II зона) и 0.26 особи/км2 (III зона). В качестве одной из причин изменения пространственной структуры популяции дрофы авторы предлагают рассматривать сокращение площади гнездопригодных стаций (из-за выведения некоторых полей из сельскохозяйственного оборота) и усиление фактора беспокойства [259]. Таким образом, полученные в ходе данного исследования результаты могут служить одним из средств наземного контроля, включенного в разделы фонового и регионального мониторинга состояния природной среды в районах расположения нефтехимических комплексов.

Обширные работы посвящены ооморфологической характеристике и сезонной изменчивости величины кладки вида [260–262], анализу степени воздействия лисицы (Vulpes vulpes) на популяцию дрофы в саратовском Заволжье [263], изучению питания этих птиц в различные сезоны года [264, 265], методическим вопросам оценки численности дрофиных [266, 267]. Одновременно детально изучается растительный покров потенциальных мест гнездования птиц, что позволяет приблизиться к пониманию комплекса факторов, обеспечивающих возможность высокого успеха размножения вида [268].

На основе полученных обширных данных по современному состоянию популяций дрофиных региона в последующий период разрабатываются природоохранные мероприятия, направленные на стабилизацию их поселений и снижение антропогенного пресса [269]. Максимально оптимизируется система сбора яиц из гибнущих в ходе сельскохозяйственных работ кладок, отрабатывается алгоритм искусственной инкубации яиц в питомниках [270], уточняется технология выращивания птенцов и мониторинга их роста [271]. Например, на современном этапе изучался процесс искусственной инкубации яиц дрофы, собранных из гибнущих при сельскохозяйственных работах кладок в период с 30.04 по 05.06.2001 г. на территории Краснокутского и Федоровского административных районов. Всего в данном полевом сезоне было собрано 49 яиц, относящихся к 29 кладкам. Выводимость птенцов в инкубаторе на базе Биологической станции ИПЭЭ им. А.Н. Северцова РАН составила 85%. Неоплодотворенных яиц оказалось 9.4%, погибло эмбрионов в период развития 6.6% [272].

Накопленные обширные сведения в отношении изучаемых представителей журавлеобразных (красавки, дрофы и стрепета) позволяют анализировать на современном этапе их биологию в сравнительном аспекте [261, 273, 274]. Например, была выполнена работа, основанная на анализе проб экскрементов, собранных в 1997–2000 гг. в непосредственной близости от гнезд и в местах скоплений птиц на территории саратовского Заволжья, а также содержимого желудков изучаемых видов. Всего было обработано 182 пробы экскрементов, в том числе 65 –красавки, 46 – дрофы, 69 – стрепета, а также 2 желудка дроф, разбившихся о провода ЛЭП. В результате было установлено, что на территории саратовского Заволжья в весенний период в пищевом рационе журавлеобразных соотношение потребляемых кормовых компонентов сходно. Пищевые потребности птицы удовлетворяют наиболее доступными видами кормов: семенами и вегетативными частями высших растений, а также обильными в это время насекомыми [275].

В последние годы XX столетия в данном направлении обширные полевые исследования и эксперименты были осуществлены в рамках совместного российско-германского проекта «Сохранение дрофы в Саратовской области» и российско-украинского межрегионального соглашения «Сохранение Восточно-Европейской популяции дрофы». На основе этих работ разработана долгосрочная программа «Сохранение и восстановление популяций дрофы в России» с учетом положений Федеральной программы по сохранению биоразнообразия в России. Главными направлениями стратегии являются: законодательная охрана этих птиц, развитие сети особо охраняемых природных территорий и инвентаризация земель, представляющих интерес для организации охраны их местообитаний [276]. Кроме того, стратегия предусматривает сбор яиц из гибнущих при сельскохозяйственных работах кладок с целью их инкубации, выращивание молодняка и выпуск его в природу, исследование миграций дроф с определением основных «коридоров», используемых птицами в периоды весенних и осенних миграций. Не менее значимым является формирование общественного сознания в направлении обязательности и повсеместности сохранения этих птиц [277].

Использование современных технологий, в частности спутниковой телеметрии [278], позволило выйти на принципиально новый уровень в изучении перемещений этих птиц в пространстве. Например, на основе анализа данных полевых наблюдений, проведенных в пределах севера Н. Поволжья в 1985–2002 гг., а также материалов спутникового слежения Научно-информационного центра кольцевания птиц Института проблем экологии и эволюции им. А.Н. Северцова РАН (г. Москва)

были изучены особенности сезонных миграций дрофы с территории Саратовской области;

выявлены основные места зимнего пребывания этих птиц, приуроченные к южным частям Украины (Запорожская, Крымская и Херсонская области), которые на протяжении многих лет остаются постоянными;

выделено два основных миграционных пути протяженностью 1050–1150 км, связывающих саратовский регион с местами зимовок дрофы, они используются птицами в осенний и весенний периоды соответственно;

определена фенология отлета и миграции дроф, скорость перелета к местам зимовки и обратно, а также среднее время в пути;

высказано предположение о доминировании в составе передовых миграционных групп молодых особей [279].

Приоритетность в разработке тематики по изучению различных сторон биологии и охране дрофы в нашей стране, принадлежащая саратовским исследователям, наглядно подтверждается на примере серийного издания «Дрофиные птицы России и сопредельных стран». Учрежденный по инициативе Саратовского филиала ИПЭЭ им. А.Н. Северцова РАН в 2000 г. сборник аккумулирует передовые и оригинальные разработки в данной области. За прошедшие несколько лет со дня его основания на страницах сборника были представлены обширные материалы по распространению и численности вида в различных районах России и сопредельных государств. Это позволяет обобщать накопленные к настоящему времени данные и формировать цельную и достаточно объективную картину современного состояния популяции дрофы в целом для всей европейской части России и зарубежья [280].

В настоящее время на международном уровне вид относится к числу глобально угрожаемых [281–283]. В целях сохранения дрофа занесена в Приложение I Директивы Совета Европы, в Приложение II Бернской конвенции, в Приложение I Боннской конвенции, в Приложение II СИТЕС, в Красный Список Международного союза охраны природы и природных ресурсов в качестве «угрожаемого вида» [284–286], Красную книгу России [287], а также аналогичные документы многих стран, где она обитает [288, 289]. В настоящее время гнездовой ареал вида в пределах европейской части России охватывает территорию Волгоградской, Воронежской, Оренбургской, Ростовской, Саратовской областей, Краснодарского и Ставропольского краев, а также Республики Башкортостан и Калмыкии. Фактически отсутствует дрофа в Астраханской, Белгородской, Курской, Ульяновской областях и в Дагестане. В настоящее время размножение вида на этих территориях только предполагается. В пределах Брянской, Липецкой, Пензенской и Рязанской областей эти птицы полностью исчезли [280].

Хронология динамики численности дрофы может быть восстановлена весьма приблизительно. Для Европейской части России в конце 1980-х – середине 1990-х гг. она определялась в 8000–11000 особей [290]. Более скромные оценки [291] указывают на обитание на выделенной территории в начале 90-х гг. прошлого века примерно 5000 птиц. Для территории Саратовской области численность вида в тот период определялась в 6000 [237], 7300 [246], 8000 [241] и даже 10000 [289] особей. Мы придерживаемся более скромных оценок и считаем, что в регионе в конце 1990-х гг. обитало около 5000 особей [292], а в начале XXI столетия – 5500 дроф [280]. Высокая численность птиц характерна для Волгоградской области, где насчитывается около 700 особей. Это значение существенно превышает аналогичные показатели, полученные для сопредельных территорий. Например, в Ростовской области размер гнездовой популяции оценивается в 162 пары, в Воронежской области в репродуктивный период обитает от 170 до 210 дроф. В Краснодарском и Ставропольском краях и Республике Калмыкии общая численность этих птиц не превышает, очевидно, нескольких десятков особей. Весьма условно можно допустить, что в гнездовой период в пределах Ульяновской, Самарской и Тамбовской областей обитает 150–250 дроф [280].

Таким образом, согласно обобщенным сведениям, ареал дрофы в пределах европейской части России не столь широк, как указывалось ранее, а распространение вида на данной территории носит мозаичный характер. Существует несколько сохранившихся гнездовых группировок, приуроченных в своем распространении к низменному Заволжью, обширным территориям Подонья, а также водораздельным равнинным пространствам Предкавказья. Причем ее численность в большинстве из локальных группировок колеблется от нескольких десятков до нескольких сотен птиц, и лишь в саратовском и волгоградском Заволжье современная численность дрофы составляет около 5000 особей. Общую численность дроф в европейской части страны мы склонны оценивать в 7500 особей [280].

Чрезвычайная значимость подобных работ уже ни у кого на современном этапе не вызывает сомнения. Однако в научной литературе иногда появляются заметки представителей общественных организаций [293], имеющие популистский характер и указывающие на необоснованность сбора яиц из гибнущих кладок в процессе искусственного разведения дрофы. Данный подход к проблеме носит лишь декларативный характер, так как публикации подобного толка лишены конструктивных предложений и не подкрепляются конкретными сведениями или фактами.

Особое положение в данном ряду занимает работа А.Н. Антончикова [294], претендующая на статус методического пособия. Не вдаваясь в частные аспекты очередного труда Саратовской региональной общественной организации «Союз охраны птиц России», можно определить его тематическую доминанту на основе анализа заключительного его раздела. В начальной части заключения автор призывает «…признать отсутствие положительного эффекта всех программ по спасению дрофы, предпринятых на территории области» в предыдущие годы. Однако несколькими абзацами ниже уверяет читателей (сельскохозяйственных производителей, учителей, специалистов природоохранных и охотничьих организаций): «…наши совместные действия не только обеспечат сохранение дрофы в Саратовской области, но и позволят добиться заметных успехов в восстановлении ареала и численности вида в других регионах» уже в ближайшие годы [294, с. 30]. Вполне очевидно, что автор игнорирует огромный научный и практический опыт, который накоплен государственными организациями различного профиля в отношении стратегии и тактики сохранения дрофы в регионе. Напротив, собственные наработки в данной области А.Н. Антончиков оценивает весьма высоко, указывая, что «если вам удастся использовать хотя бы несколько советов из этого пособия, вы поможете сохранить дрофу на территории нашей Родины!» Укажем лишь, что спектр «полезных советов» включает, помимо прочего, отбор опытных механизаторов, настроенных на сохранение кладок при обработке полей, осуществление механизированных работ вблизи грачевников в ночное время, слежение за пастушьими собаками и пресечение попыток преследования ими редких животных и др. Как видно из приведенных примеров, новизна и оригинальность в предлагаемых подходах полностью отсутствуют. Они в большинстве своем несут популистскую направленность и сколько-нибудь значимо не обогащают практику природоохранных мероприятий, применяемых в отношении модельного вида. Оптимистичным и перспективным в данном отношении следует, очевидно, считать заявление А.Н. Антончикова [294] о том, что возглавляемая им «организация разрабатывает и более активные способы спасения кладок…», однако в пособии их суть не раскрывается.

Наиболее плодотворным период 1980-х гг. в истории развития орнитологии края оказался в плане изучения экологии отдельных видов и надвидовых группировок. Г.Б. Бахтадзе и Б.А. Казаков [295, 296] провели детальный анализ изменчивости желтых трясогузок (комплекс «motacilla flava») на юге Европейской части России и, в частности, на территории саратовского Заволжья. Авторами установлено, что поселения сероголовой трясогузки (M. flava), распространенной в степном Левобережье (пойма р. Б. Чалыкла), характеризуются преобладанием особей со светло-серой окраской темени и кроющих уха, белой окраской подбородка и горла, высокими значениями частот встречаемости птиц, обладающих яркими оттенками оперения. На основе полученных результатов исследованные популяции отнесены к отдельному подвиду – M. f. beema Syk. Желтолобая трясогузка (M. lutea) из Саратовской губернии, по мнению Г.Б. Бахтадзе [297], в отличие от предыдущего вида обладает меньшей изменчивостью окраски оперения.

Наблюдая за 53 парами обыкновенного зимородка (Alcedo atthis), А.Л. Подольский [298] изучал формы репродуктивного поведения этих птиц. Автором исследования выявлено наличие полицикличности, моно-, би- и полигамии, что, по его мнению, повышает эффективность размножения. Особенности гнездовой экологии орла-карлика детально проанализированы Ю.В. Антончиковой [299] на основе полевых наблюдений, проведенных в 1989–1990 гг. в пределах Дьяковского леса в Краснокутском районе. Работа включала изучение гнездовой специализации птиц, их пищевого спектра и суточной активности. В отношении последнего вида находим отрывочные материалы по соотношению цветовых морф в работе Т.С. Ларичева [300].

С.Н. Варшавский [301] посвятил отдельное исследование раскрытию причин возникновения и значения биоценотических связей каменки-плясуньи с тушканчиками в различных зонально-географических условиях обширных территорий юга России, в том числе и Н. Поволжья. В отношении возможной роли степного сурка (Marmota bobak) в генезисе распространения данного вида в регионе свое мнение представляют В.Г. Табачишин с соавторами [302], а также С.Н. Семихатова с соавторами [303]. По мнению авторов, норы степного сурка, как своеобразный биотоп со стабильными экологическими параметрами, нередко используются каменкой-плясуньей в качестве места размножения. Формирование более или менее долговременных биотических связей подобного рода является актуальным предметом изучения, позволяющим проследить некоторые процессы генезиса фауны в относительно продолжительные промежутки времени.

В пределах Н. Поволжья С.Н. Варшавским [304] прослежены темпы и динамика расселения кольчатой горлицы (Streptopelia decaocto), впервые отмеченной в г. Саратове в 1975 г. и ставшей обычной частично оседлой птицей на всей территории области в результате интенсивного расширения ареала. Дополнительные данные о расселении этого вида в Саратовской области находим и в работе А.Л. Подольского [305], который определил пункты локализации первичных поселений голубя в 1970-х годах.

Особое место в орнитологических исследованиях второй половины XX в. занимают работы по изучению населения врановых птиц Саратовской области и в особенности г. Саратова. Наиболее проработаны в этом отношении вопросы концентрации врановых в зимний период в пределах населенных пунктов [306–312]. Отдельные публикации посвящены изучению современного состояния популяций грача в пределах г. Саратова [313–316], распространению, численности и особенностям звуковой сигнализации сорок синантропных популяций в Н. Поволжье [317–319]. В рамках обозначенной тематики изучается влияние антропогенных факторов на особенности раннего онтогенеза сороки [320], а также экология ворона (Corvus corax) в Саратовской области [321].

Характеристика населения врановых птиц искусственных лесных насаждений юга саратовского Заволжья достаточно детально представлена В. Земляным с соавторами [322]. Примеры нетипичного гнездования врановых в условиях изучаемого региона обсуждаются в кратком сообщении Е.В. Завьялова с соавторами [323]. В нем сообщается о многочисленных случаях, когда птицы используют для гнездования опоры ЛЭП и другие железобетонные и металлические конструкции. Данное замечание в большей степени относится к вóрону, грачу и серой вороне. Кроме того, в 1990-е гг. предпринимались попытки рассматривать резкое увеличение численности врановых, главным образом серой вороны, грача и сороки, как показатель неблагополучного экологического состояния селитебных ландшафтов Н. Поволжья и г. Саратова в частности [324–327]. В пределах областного центра в конце прошлого столетия предполагалась зимовка 50 тыс. особей врановых птиц, причины стремительного освоения ими урбанизированной среды многоплановы [328].

Значительной информативностью характеризуются результаты морфологического анализа яиц сороки и серой вороны, когда в пределах сопредельного Мучкапского района Тамбовской области с 1996 по 2002 гг. изучалась величина кладки, длина, диаметр и удлиненность яиц, их фоновая окраска, густота и распределение рисунка [329]. На основе анализа 56 кладок сороки и 33 кладок серой вороны было установлено, что линейные размеры яиц для последнего вида более изменчивы. Форма яиц является мало варьирующим признаком внутри вида и в пределах одной кладки. Густое распределение рисунка на скорлупе яиц преобладает у обоих изучаемых птиц, в большинстве случаев локализация рисунка наблюдается на тупом конце яйца и минимальна – на остром.

К этим работам близки в тематическом отношении исследования населения птиц крупных населенных пунктов, главным образом областного центра. Например, на 1978 г. в экологических границах г. Саратова А.Л. Подольским было установлено пребывание 132 видов птиц, из которых для 65 было доказано гнездование. Позднее этот список пополнили четыре пролетные вида [330]. В дальнейшем автором зарегистрировано в черте г. Саратова 149 видов птиц, 111 из которых имеют достаточно тесные экологические связи с урбанизированными территориями [331]. Вопросам репродуктивной адаптации некоторых видов в условиях повышенного антропогенного пресса посвящены публикации А.Л. Подольского [332, 333], а также А.Л. Подольского и В.Л. Харина [334], в которых рассматриваются примеры нетипичного гнездования птиц и причины их обусловливающие. Несколькими годами позже выходит работа по оценке эффективности различных методов абсолютного учета птиц, выполненная на примере изучения орнитокомплексов водораздельного широколиственного леса в окрестностях г. Саратова [335].

Более детальный характер имеют исследования городской авифауны, проведенные сотрудниками и студентами кафедры морфологии и экологии животных Саратовского госуниверситета в 1993–1999 гг. [336–342]. Эти исследования позволили охарактеризовать эколого-фаунистическую структуру населения птиц г. Саратова и определить основные ее особенности. Например, в черте города орнитологами зарегистрировано 185 видов птиц, относящихся к 17 отрядам; для 96 видов достоверно отмечено гнездование, 41 вид (22.2%) – пролетные, 13 (7.0%) – зимующие, 3 (1.6%) – залетные и 32 (17.3%) – летующие птицы [343–347].

Для всех городских местообитаний выделены общие сезонные аспекты общности населения птиц, установлено, что на урбанизированных ландшафтах в течение всего года по плотности населения доминируют синантропные виды – домовый и полевой воробьи, сизый голубь (Columba livia) [348–353], а зимой – большая синица, грач, серая ворона, галка (Corvus monedula) и сорока [354, 355]. Для каждого выделенного сезонного аспекта дана детальная характеристика орнитонаселения, включая видовой состав, обилие, суммарную биомассу птиц и количество трансформируемой ими энергии по каждому из городских местообитаний. В качестве примера можно указать на исследования, посвященные гнездовому аспекту [356, 357]. Детально проанализирована орнитофауна находящихся в пределах городской черты агроценозов [358], парков и скверов [342], саратовского аэропорта [359–361]. На этой основе осуществлена ландшафтно-экологическая характеристика состава птиц города [362], а также выявлена динамика орнитокомлексов [363].

Для создания целостного представления о населении птиц г. Саратова особое внимание исследователи обратили на пространственные изменения структуры орнитокомплексов. Для этих целей ими была использована программа автоматической классификации, при этом сезонные варианты населения птиц различных местообитаний разделяли по коэффициентам сходства на заданное число классов с расчетом среднего сходства между ними. Подобная статистическая обработка в отношении г. Саратова выполнена с использованием программ банка данных лаборатории зоологического мониторинга Института систематики и экологии животных СО РАН Главного производственного вычислительного центра СО РАН (г. Новосибирск). При выявлении структуры населения птиц областного центра самым информативным оказалось разбиение на 11 классов, отражающих наиболее общий характер пространственно-временной изменчивости с наименьшими потерями информации [364].

В итоге было установлено, что пространственно-временная структура населения птиц исследуемой территории в общем виде представляется как совокупность двух групп классов облесенных и открытых местообитаний. В первой из них четко выделяются орнитокомплексы лесопарков и пойменных местообитаний, где значительны сезонные различия сообществ. Наоборот, временная изменчивость сообществ птиц застроенной части (районы старой, новой и индивидуальной застройки), городских парков и бульваров незначительна по сравнению с таковой незастроенных территорий и образует единый класс. В группе открытых местообитаний, включающей три подгруппы сообществ птиц, прослеживаются отличия, связанные с теплообеспеченностью, интенсивностью агротехнических мероприятий и степенью остепненности. В соответствии с этим классы формируются по близким сезонам в различных сочетаниях: предгнездовой с гнездовым, гнездовой с постгнездовым и даже миграционным, а также прослеживается вычленение зимнего периода из предвесеннего [365].

Исследователи отмечают, что основные тренды населения птиц связаны прежде всего с продуктивностью, застроенностью и облесенностью, возрастом застройки, рельефом, распашкой, обводненностью и сезонной теплообеспеченностью. Интегральное влияние этих факторов в виде сложных природно-антропогенных режимов объясняет 72.3% пространственно-временной неоднородности орнитокомплексов в течение года [366]. Например, в 1999 г. применительно к г. Саратову была осуществлена оценка силы и общности связи факторов среды с неоднородностью населения птиц в процентах учтенной дисперсии матрицы коэффициентов сходства [365]. В итоге было установлено, что в течение года, как и отдельно по периодам, основные территориальные изменения населения птиц урбанизированных ландшафтов областного центра связаны с продуктивностью (56.9%), облесенностью (55.2%), застроенностью и возрастом застройки (20.9%). Значительно меньшее влияние оказывает рельеф и обводненность, но их значимость существенно возрастает в летнее время (4.7 и 3.0% против 14.4 и 5.6%).

Важным звеном системы мониторинга экологических условий урбанизированных территорий является изучение динамики сообществ птиц, приуроченных в своем обитании к лесопарковой зоне больших и малых населенных пунктов. В условиях г. Саратова это замечание справедливо в отношении лесопарка «Кумысная поляна», который на значительном протяжении примыкает к застроенной части областного центра. Населяющие его птицы являются сравнительно доступными объектами, анализ населения которых позволяет своевременно отслеживать возможную негативную трансформацию обширных территорий. Именно с этой целью в течение 1999 г. в западной части парка проводились исследования сезонной динамики орнитонаселения [367]. В ходе этих работ за период наблюдений здесь было отмечено 80 видов птиц, из которых 66 гнездятся в пределах лесопарка. Наиболее разнообразным сообщество является в предгнездовой и гнездовой периоды: индекс Менхиника колеблется в пределах от 1.5 до 1.6, а индекс Симпсона – от 10.4 до 12.0, выровненность находится в пределах 0.4–0.7. Минимальные значения индексов разнообразия характерны для периода осенней миграции и зимнего времени (0.6, 2.0 и 0.1 соответственно). Таким образом, сообщества птиц лесопарка «Кумысная поляна» в зимний период характеризуются низким видовым разнообразием и высокой выровненностью, тогда как в летнее время общее число видов и суммарное обилие птиц значительно увеличиваются. Одновременно с указанными процессами отмечается падение выровненности сообществ. В целом же, пространственно-временная динамика орнитонаселения данной территории характеризуется как стабильная [367].

В рамках представленных выше работ осуществлен сравнительный анализ уровня синантропизации на примере видов рода Passer [368], определена структура населения дневных хищных птиц города [369], обосновано использование показателей биологического разнообразия авифауны в мониторинге состояния окружающей среды урбанизированных территорий [370]. Конечные результаты этих работ представлены в диссертационном исследовании В.Г. Табачишина «Эколого-фаунистическая структура населения птиц г. Саратова» и монографических публикациях, посвященных комплексному анализу фауны птиц урбанизированных ландшафтов областного центра [371–373].

Таким образом, только в начале XXI в. можно было подвести своеобразный итог осуществленным почти за десятилетний период исследованиям. Было установлено, что по типу биотопической приуроченности гнездящиеся птицы в г. Саратове образуют хорошо выраженные экологические группировки: кампофильную, лимнофильную, эпилитную и дендрофильную. Несмотря на значительные территории открытых ландшафтов (остепненных лугов с разнотравно-типчаково-тысячелистниковыми ассоциациями), степей и их антропогенных модификаций, кампофильная группировка весьма бедна (11 видов). Она представлена типичными видами зонального типа, полупустынными и мезофильными луговыми птицами (Alauda arvensis, Galerida cristata, Motacilla flava, Mlutea и Сoturnix coturnix), проникающими в городскую черту по интразональным ландшафтам. Агроценозы заселяются как степными, полупустынными, так и мезофильными видами [374].

Дендрофильная группировка характеризуется значительным видовым богатством (55 видов). Фауну лесных биогеоценозов, находящихся под сильным влиянием степного окружения, составляют птицы широколиственных и лесостепных формаций. Лимнофильная группировка (20 видов гнездовой орнитофауны) приурочена к околоводным местообитаниям. Ее основу составляют представители журавлеобразных (Fulica atra, Gallinula chloropus, Porzana porzana) и околоводных воробьинообразных (Locustella luscinioides, Acrocephalus schoenobaenus, A.palustris, A.scirpaceus и A.arundinaceus). Незначительным видовым разнообразием характеризуется группировка эпилитов – 16.5% гнездовой фауны. Обладая высокой экологической пластичностью, многие из них смогли адаптироваться к гнездованию в дуплах и гнездах врановых птиц, строениях и сооружениях человека. Иногда их популяции здесь даже намного крупнее, чем в первичных местообитаниях. Высокая численность некоторых видов (Columba livia, Corvus monedula, Apus apus) объясняется, очевидно, постоянным ростом площади города, что обеспечивает непрерывное расширение пригодного для жизни пространства при малом количестве конкурентов и хищников [373].

Из гнездящихся птиц более половины (62 вида) относятся к европейскому типу, чуть ниже доля транспалеарктов (28). Участие в орнитофауне средиземноморских, монгольских и сибирских видов невелико (4.9, 4.8 и 2.9% соответственно). Гнездование птиц в пределах жилой застройки установлено для 36 видов (34.9% всех гнездящихся на исследуемой территории) с преобладанием европейского и транспалеарктического типов. Такие виды, как сизый голубь, черный стриж (Apus apus), деревенская ласточка (Hirundo rustica), воронок (Delichon urbica), домовый воробей, обитают преимущественно в гнездовой период в кварталах новой, старой многоэтажной и индивидуальной застройки, городских парках [374]. В зеленой зоне, на открытых пространствах и водоемах отмечено гнездование 95 видов птиц (92.2% всей гнездовой фауны) со значительным преобладанием европейского типа (60.0%). Значительно меньше в орнитофауне выделенных местообитаний доля транспалеарктов (26.3%). Таким образом, в фаунистическом составе гнездящихся птиц г. Саратова при продвижении от застроенной части города к местообитаниям с меньшими показателями антропогенного пресса (лесным массивам, открытым пространствам) участие широкораспространенных видов сокращается, а доля видов европейского типа увеличивается.

Для 184 видов птиц (95.3%), различных систематических групп на исследуемой территории отмечены осенние и весенние миграции [338]. Из них 40 видов зарегистрировано исключительно во время пролета. Во время осенних миграций отмечено 27 видов (Anser anser, A.albifrons, Aythya marila и др.), кроме того, 7.3% видов (Cygnus cygnus, Mergus merganser, Eudromias morinellus, Philomachus pugnax, Numenius arquata и др.) встречаются в черте г. Саратова преимущественно в весенний период. Среди пролетных птиц преобладают виды арктического и транспалеарктического типов фауны (13 и 12 видов соответственно). Значительно уступают им сибирский (8 видов), европейский и монгольский (4 и 2 вида) типы, представленные в основном лимнофильными и дендрофильными видами.

В зимний период на исследуемой территории выявлен 51 вид, что составляет 26.4% от общего числа зарегистрированных птиц. Для 14 видов отмечено пребывание на исследуемой территории только в зимнее время (Buteo lagopus, Picus canus, Regulus regulus, Parus ater, Acanthis flammea, Ahornemanni и др.). Из общего числа зарегистрированных видов 27 (52.9%) встречены в пределах городской многоэтажной застройки, 48 видов (94.1%) – в лесных ценозах, на интразональных участках открытых пространств и водоемов. На 39.2% зимняя орнитофауна представлена европейским типом фауны (20 видов), 25.5% составляют транспалеаркты; значительно ниже доля сибирского типа фауны (17.6%). Еще меньше число видов, зимующих в черте города, относящихся к арктическому, монгольскому и китайскому типам фауны [373].

По характеру пребывания 35 видов (18.1%) отмечены в г. Саратове в гнездовой период, но размножение их не зарегистрировано, поэтому они отнесены к группе летующих. Среди летующих птиц 62.8% составляют виды европейского типа фауны и транспалеаркты (8 и 14 видов соответственно), по 2 вида относятся к голарктическому и средиземноморскому типам. Доля монгольских, тибетских, сибирских видов птиц невелика (8.5%). В группу залетных видов включены птицы, встречи которых на исследуемой территории определяются как единичные (Gavia arctica), и птицы, залеты которых имеют регулярный характер (Eremophila alpestris, Plectrophenax nivalis, Calcarius lapponicus) [338].

Таким образом, за весь период исследований с 1993 г. до начала XXI столетия в пределах г. Саратова было зарегистрировано 194 вида птиц, относящихся к 17 отрядам. Из них для 103 видов достоверно отмечено гнездование, 40 – пролетные, 14 – зимующие, 2 – залетные и 35 – летующие. Проведенный анализ фаунистического состава населения птиц позволил выявить пребывание в пределах городской черты широкого спектра видов птиц, относящихся к различным экологическим и таксономическим группам. По степени связанности с изучаемой территорией здесь доминируют гнездящиеся птицы, по типу биотопической приуроченности – эпилитные и дендрофильные группировки. По своему происхождению большинство видов, отмеченных в г. Саратове, относятся к европейскому и транспалеарктическому типам фауны [374].

Полученные обширные сведения в отношении орнитофауны урбанизированных ландшафтов нижневолжского региона позволили спланировать и осуществить несколько работ сравнительного характера. Так, детально анализируются различия в зимнем населении птиц городов Винницы (Украина) и Саратова [375]. Таким образом, анализ совокупности опубликованных сведений по авифауне г. Саратова позволяет сделать объективный вывод о глубокой проработанности данной тематики. Однако существуют примеры и другого рода, когда развитие некоторых аспектов «городской» орнитологии в отношении областного центра выполнено крайне неудачно. К числу исследований, изобилующих ошибками и погрешностями как методического, так и информационного плана, следует отнести работу М.В. Перепелкиной и Н.В. Морозенко [376], подробный анализ недостатков которой проведен в специальных публикациях5.

Помимо исследований, связанных с определением видового состава птиц г. Саратова и динамики орнитокомплексов, исследовались трофические адаптации некоторых ночных и дневных хищных птиц (Asio otus, Falco tinnunculus) в условиях антропогенного пресса на урбанизированных территориях [377–380]. В этом отношении следует упомянуть работы, раскрывающие особенности пищевой специализации дятлов в пойменных экосистемах р. Хопер [381] и в целом на севере Н. Поволжья [382]. В тематическом плане к указанным работам близки исследования сезонной динамики пищевого спектра обыкновенной пустельги в условиях саратовского Заволжья [383], возможного влияния ушастой совы (Asio otus) на популяции основных ее пищевых объектов [384].

Проводя анализ тематики орнитологических исследований последнего десятилетия ХХ столетия, приходим к выводу, что в значительной степени разработан аспект, связанный с изучением состояния популяций редких и исчезающих видов птиц и осуществлением мероприятий по их стабилизации. В наибольшей степени в условиях Саратовской области негативному воздействию антропогенных и абиотических факторов подвергаются хищные птицы. Изучению редких видов этой таксономической группы посвящены исследования В.Н. Мосейкина [385] и других исследователей [386], в ходе которых авторы получили оригинальные материалы по экологии скопы, орлана-долгохвоста, орлана-белохвоста, курганника (Buteo rufinus), орла-карлика, степного орла, могильника (Aquila heliaca), змееяда (Circaetus gallicus) и балобана. В.П. Белик [387], характеризуя современное состояние и прогноз численности хищных птиц степной части бассейнов рек Волги и Дона, указывает на встречи в гнездовой период взрослых птиц и находки жилых гнезд и выводков змееяда в верховьях р. Иловли в Красноармейском административном районе. В 1984 г. исследователь в этом районе зарегистрировал размножение могильника: пара загнездилась на одиночных деревьях в степи. Кроме того, в работе находим указание на существование в долине р. Хопра в пределах области жилого гнезда орлана-белохвоста. Несколько позднее В.П. Белик [388] публикует обширные материалы, полученные в ходе выполнения программы Союза охраны птиц России по инвентаризации гнездовий орла-могильника в Европейской части России на средства гранта Vogelbescherming Nederland, в которых содержатся данные и по Саратовской области. Большинство разрозненных сведений региональных исследователей по данному виду удалось впоследствии объединить на страницах специального серийного издания Союза охраны птиц России «Королевский орел». На основе данных полевых исследований В.П. Белика [389], В.Н. Мосейкина [390], Е.В. Завьялова и В.Г. Табачишина [391], В.М. Галушина с соавторами [392], В.Ф. Чернобая и С.А. Букреева [393] удалось создать целостную картину современного состояния могильника на севере Н. Поволжья в конце XX столетия.

Этой же тематике посвящены исследования, проведенные в начале 1990-х гг. на правом берегу р. Волги в Красноармейском районе Саратовской и Камышинском районе Волгоградской областей [394, 395]. Было оценено состояние и численность хищных птиц на приволжских венцах в пределах средней зоны Волгоградского водохранилища. Более поздние работы (май – июль 1995–1998 гг.), проведенные между селами Нижняя Банновка и Белогорское, позволили определить, что плотность населения хищников в этом районе остается стабильной на протяжении десятилетия [396]. В пределах Дьяковского заказника осуществляют свои наблюдения в 1990–1995 гг. Е.И. Саранцева и А.А. Саранцев [397]. Объектом их исследования является кобчик, в отношении которого авторами получены оригинальные материалы по размножению и питанию взрослых птиц, росту птенцов и их диете.

В ходе проведенных в данном тематическом направлении работ высказывается предположение, что при относительно сопоставимых количественных показателях от сезона к сезону могут значительно изменяться биологические параметры и некоторые аспекты экологии хищников. Причиной тому служит межгодовая динамика абиотических факторов, а также преобладание климатических трендов различного масштаба [398]. Наглядные примеры, иллюстрирующие данное мнение, находим в работах по анализу современного состояния и внутривековой динамики популяций орла-белохвоста [399] и степного орла [400] в саратовском регионе. Некоторые аспекты обозначенной проблемы раскрываются в обобщающей работе Е.И. Саранцевой с соавторами [401], которая посвящена оценке обилия и особенностей экологии хищных птиц поймы р. Медведицы.

Первичные данные об изменчивости основных ооморфологических показателей некоторых ястребиных птиц севера Н. Поволжья были получены в ходе полевых исследований 1994–2002 годов. Работы были приурочены ко времени размножения птиц, т.е. охватывали период со второй половины апреля по третью декаду июня каждого года. В результате проанализированы линейные размеры яиц и проведена их статистическая обработка для двух видов – степного орла и курганника [402]. В отношении последнего вида были также осуществлены исследования по изучению его распространения и экологии в регионе [403]. В ходе полевых наблюдений 1996–2001 гг. общая площадь обследованных авторами местообитаний была равна около 35 тыс. км2, что составляет около 65% от всей площади саратовского Левобережья. В итоге было установлено, что ареал хищника на севере Н. Поволжья на начало XXI столетия охватывал юго-восточные и центральные участки Левобережья Саратовской области: северная граница распространения вида в Заволжье проходила по широте р. Б. Иргиз. Численность гнездовой популяции курганника оставалась низкой, но стабильной и оценивалась в 75–90 пар [404].

Данные о состоянии популяций водоплавающих и околоводных птиц края, в том числе редких представителей этих экологических групп, отражены в работах Л.А. Лебедевой с соавторами [405] и В.В. Пискунова [406, 407]. В наиболее полной степени в публикациях представлены данные о встречах и распространении в пределах долины р. Волги ржанкообразных, о влиянии динамики уровнего режима водоемов и рекреации на структуру сообществ гнездящихся птиц [408–412].

Наиболее полный фаунистический обзор этой экологической группы птиц Саратовской области приведен в сводке Е.В. Завьялова с соавторами [413], где на основе обобщения данных литературы, начиная с середины XVIII столетия, и собственных полевых наблюдений, проведенных в 1980–1990-х гг., авторы проанализировали современное состояние и определили темпы внутривековой динамики 54 видов водоплавающих и околоводных птиц, принадлежащих к отрядам гагарообразных, поганкообразных, веслоногих, аистообразных, фламингообразных и гусеобразных. В их число входят 23 гнездящихся, 18 пролетных и 13 залетных видов. Анализируемая работа открыла обширную серию научных статей, посвященных отдельным экологическим и таксономическим группам птиц Саратовской области и опубликованных на страницах Украинского орнитологического журнала. В последующий период в данном научном издании появляются обзорные сводки по курообразным [414] и хищным [415] птицам региона. В отношении последнего отряда было установлено, что на территории Саратовской области к 1998 г. зарегистрировано пребывание 32 видов, принадлежащих к трем семействам (скопиных, ястребиных и соколиных). Из них 24 гнездящихся, 3 пролетных и 5 залетных видов. Наиболее многочисленными в регионе являются черный коршун, луговой лунь (Circus pygargus), перепелятник (Accipiter nisus), обыкновенный канюк, чеглок (Falco subbuteo), обыкновенная пустельга и кобчик; единичные встречи зарегистрированы для орлана-долгохвоста, черного грифа (Aegypius monachus), белоголового сипа (Gyps fulvus), кречета (Falco rusticolus) и некоторых других видов. В Красную книгу Саратовской области включены 14 видов дневных хищных птиц данных семейств.

Серия обзорных статей по основным таксонам птиц региона публиковалась в Украинском орнитологическом журнале в течение нескольких лет. В частности, в 2001 г. появляется сводка по журавлиным и пастушковым птицам [416]. В ней указывается на обитание в Саратовской области 11 видов, принадлежащих к семействам Gruidae и Rallidae; из них 9 гнездящихся и 2 залетных вида. Наиболее распространенными и многочисленными в регионе являются погоныш (Porzana porzana), коростель (Crex crex), лысуха и камышница (Gallinula chloropus); единичные встречи зарегистрированы для стерха (Grus leucogeranus) и султанки (Porphyrio porphyrio). В Красную книгу Саратовской области включены четыре вида – серый журавль (Grus grus), красавка, пастушок (Rallus aquaticus) и погоныш-крошка (Porzana pusilla). В следующем году публикуются обширные материалы по голубеобразным, козодоеобразным, стрижеобразным, ракшеобразным и удодообразным птицам Саратовской области [417]. В регионе отмечено 14 видов птиц, принадлежащих к данным отрядам. Из них 12 гнездящихся и 2 залетных вида. Наиболее многочисленными на изучаемой территории являются сизый голубь, черный стриж, золотистая щурка; единичные встречи зарегистрированы для саджи (Syrrhaptes syrrhaptes) и глухой кукушки (Cuculus saturatus).

Накопление данных о биологии и распространении редких видов птиц, встречающихся в пределах Саратовской губернии, способствовало инициированию работ по подготовке и изданию региональной Красной книги [418]. Подготовительный этап этой программы включал публикацию и широкое обсуждение перечня и видовых очерков по рекомендуемым к включению в Красную книгу птицам [419–424]. В отношении некоторых из них (красавки, дрофы, стрепета и др.) были обобщены результаты учетов и приведены показатели суммарной численности [425, 426]. Кроме того, были проанализированы основные причины сокращения плотности населения и распространения широкого спектра видов, что позволило разработать рекомендации по их действенной охране и спрогнозировать процессы динамики популяций редких и исчезающих птиц губернии [427–431].

С выходом региональной Красной книги [418] исследования редких и исчезающих видов птиц не потеряли актуальности. Теперь усилия орнитологов были сконцентрированы на анализе популяций локально распространенных малоизученных видов, современное состояние поселений которых достоверно не известно. Среди них оказались представители нескольких отрядов, в том числе голубеобразных, дятлообразных, соколообразных и воробьинообразных [432–435]. Отдельные публикации, например, были посвящены экологии белобровика (Turdus iliacus) в Саратовской области [436], определению характера встреч овсянки-ремеза (Emberiza rustica) [437], новым данным о распространении редких видов птиц в долине Волгоградского водохранилища [438]. В пределах данной тематики выполнено несколько работ [439, 440], направленных на изучение содержания хлорорганических пестицидов и полихлорбефинилов в яйцах некоторых хищных птиц (соколообразных и сов) и дроф из Европейской части России, в том числе и Саратовской области, а также разработку действенных мероприятий по восстановлению популяции балобана в изучаемом регионе.

Проведенные исследования послужили надежной основой не только для подготовки природоохранных актов регионального уровня, но и позволили придать тот или иной статус охраны видам птиц различных таксономических групп в республиканских постановлениях. Так, на основе теоретического обоснования [441, 442], подтвержденного количественными данными, в Красную книгу Российской Федерации внесен европейский средний дятел [287]. В издании, о котором идет речь, находим конкретные указания на обитание, а также некоторые количественные значения по птицам региона. К таковым, например, можно отнести материалы по красавке [443], дрофе [444], стрепету [445] и другим видам. Полученные в ходе подготовки к изданию региональной Красной книги материалы широко используются в экологическом образовании населения; совместно с Всероссийским обществом охраны природы был налажен регулярный выпуск плакатов и буклетов к ним, где рассказывается о биологии редких видов [446].

По прошествии десятилетнего периода (до 2006 г.) предстоит переиздать Красную книгу региона. С этой целью уже в первые годы XXI в. были развернуты работы по подготовке списков охраняемых видов, рекомендуемых к включению во второе издание книги. С этого периода началось публичное обсуждение представленного орнитологической фаунистической комиссией перечня таксонов и популяций, целью которого являлось расширение спектра охраняемых птиц, а также исключение из прежнего документа видов, популяции которых стабилизировались и не требуют дополнительной охраны [447]. В этой связи показательны работы, посвященные отдельным гнездящимся представителям региональной авифауны, например серому журавлю [448]. Выявление исследователями районов размножения птиц явилось основанием для рекомендации журавля к внесению в список краснокнижных животных в качестве гнездящегося вида [449]. Кроме того, было установлено, что осенний пролет серого журавля в регионе хорошо выражен и продолжителен по срокам: первые мигрирующие особи отмечаются на территории области в начале августа. Наиболее поздние встречи этих птиц зарегистрированы в первой декаде октября; пик осеннего пролета приходится на середину сентября [450].

Работы по подготовке второго издания региональной Красной книги предполагают выявление основных факторов, угрожающих существованию редких видов птиц в Саратовской области, а также разработку действенных мероприятий по их охране. В обозначенном направлении предстоит еще много сделать, однако уже сегодня известны приоритетные негативные явления, в максимальной степени лимитирующие численность и распространение широкого спектра видов. К их числу следует отнести изменение (вплоть до полной деградации) местообитаний (дупель – Gallinago media, стрепет, степной, белокрылый и черный жаворонки, орлан-белохвост, филин – Bubo bubo), оскудение кормовой базы (курганник, степной орел, большой подорлик – Aquila clanga, балобан, филин), браконьерство и отлов с коммерческой целью (балобан, орлан-белохвост, филин, орел-карлик), пресс хищничества со стороны других птиц и млекопитающих (дрофа, степная тиркушка – Glareola nordmanni, большой кроншнеп, большой веретенник – Limosa limosa), усиление фактора беспокойства (дрофа, стрепет, черный аист). К числу особых факторов дестабилизации популяций редких видов следует отнести малое количество особо охраняемых природных территорий (ООПТ) в изучаемом регионе, несоблюдение режима их охраны, отсутствие долгосрочной программы по охране биоразнообразия области [451].

В особый раздел современных орнитологических исследований целесообразно выделить работы, которые в тематическом отношении объединены идеей охраны и изучения птиц в пределах особо охраняемых территорий [452]. В их число следует включить исследования по выявлению ключевых орнитологических территорий (КОТР) различного ранга [453–455], орнитофауны Алмазовского заказника в среднем течении р. Хопра [456], орнитокомплексов Национального парка «Хвалынский» [457], современного состояния экосистем, проблем и перспектив развития Дьяковского заказника в Краснокутском районе [458].

Территория упомянутого заказника и Приерусланская степь в целом остаются объектом пристального внимания орнитологов в течение уже векового периода. Здесь выделена КОТР международного ранга «Приерусланские пески», около половины площади которой (10400 га или 52%) перекрывается за счет территории существующего с 1964 г. указанного заказника (16000 га). В середине 1970-х гг. планировалось повысить его статус до федерального, а в 1993 г. по инициативе Комитета по охране окружающей среды и природных ресурсов Саратовской области была подготовлена программа создания здесь заповедника. К сожалению, ни одна из указанных задач не была реализована [459]. В то же время на основе накопленных за это время данных исследователи приблизились к пониманию динамики природных комплексов подзоны сухих степей внутривекового масштаба [460, 461] и обоснованию целесообразности придания Дьяковскому лесу статуса национального парка [462].

В Саратовской области уже существует один национальный парк – «Хвалынский» (25500 га или 6.8% всех охраняемых территорий). Именно здесь созданы условия для реальной охраны редких и исчезающих птиц севера Н. Поволжья. Кроме того, на 01.01.1998 г. было известно 22 заказника местного значения общей площадью 304.4 тыс. га, включая территорию степного заказника «Саратовский», находящегося в ведении Управления по охране, контролю и регулированию использования охотничьих животных Саратовской области. На долю этих ООПТ приходится почти 90% от всех охраняемых территорий региона. Общая площадь 118 памятников природы невелика (13900 га) и составляет 3.7% от всех ООПТ. Среди наиболее значимых в деле охраны птиц заказников следует назвать несколько: «Черные воды» в Воскресенском районе (3600 га), «Дьяковский» в Краснокутском (16000 га), «Черкасский» в Вольском (23000 га), «Алмазовский» в Балашовском (4500 га) и «Нижнебанновский» в Красноармейском районе (35050 га). Современный механизм управления данными территориями крайне неэффективен: из 374.2 тыс. га заповедных территорий области на долю охотничьих заказников приходится около 90%, государственный статус которых в качестве ООПТ юридически не оформлен, а заказной режим является формальным и не соответствует требованиям природоохранного законодательства. Особо следует отметить, что территория Саратовской области приурочена преимущественно к степной зоне, а доля ООПТ в таких ландшафтах составляет лишь около 10% от их общего количества [451].

В ходе обширных работ по выделению КОТР различного ранга во второй половине 1990-х гг. в пределах области и на сопредельных с ней территориях были собраны оригинальные, а в некоторых случаях уникальные данные о распространении редких видов птиц региона. На границе Саратовской, Тамбовской и Воронежской областей был выделен Вороно-Хоперский ключевой участок площадью 22000 га. В ландшафтном отношении – это низина, ограниченная реками Вороной и Хопром и находящаяся на границе двух природных регионов – Окско-Донской равнины и Приволжской возвышенности. Здесь имеется много залежей, не обрабатывающихся около 10 лет, что определяет обитание между населенными пунктами Романовка, Махровка и Шапкино локальной группировки дрофы. Здесь также гнездится большой подорлик, змееяд и коростель (Crex crex), в период весеннего пролета останавливаются серый (Anser anser) и белолобый (A. albifrons) гуси, гуменник (A. fabalis), а также краснозобая казарка (Rufibrenta ruficollis) [463].

Другим примером КОТР международного ранга является участок в пойме р. Хопра вблизи оз. Ильмень. Само озеро представляет собой водоем искусственного происхождения, расположенный в пойме реки, врезающийся в левобережную надпойменную террасу. Располагается оно в непосредственной близости от границ изучаемого региона в пределах Воронежской области. Водоем связан руслом небольшой реки непосредственно с р. Хопром и окружен заливными лугами и пойменными лесами. Наибольший интерес в плане распространения редких видов представляет собой гнездование на озере и сопредельных территориях площадью 4000 га в различные сезоны 1990-х гг. серощекой поганки (Podiceps grisegena), кваквы (Nycticorax nycticorax), рыжей цапли, большой белой цапли, змееяда, серого журавля, дупеля, степной тиркушки, сизой чайки, индийской камышевки и усатой синицы. Кроме того, здесь регулярно отмечается на пролете краснозобая казарка и летует до 10 неполовозрелых особей орлана-белохвоста [464]. В нескольких десятках километров от указанной территории, но уже в пределах Саратовской области, в пойме р. Хопра расположен Алмазовский заказник. Здесь дубовые и ольховые леса чередуются с обширными заливными лугами и заболоченными участками. Труднодоступность пойменных местообитаний и низкий фактор беспокойства определяют относительно высокую плотность размножения коростеля, перевозчика, кулика-сороки. В 1996 г. здесь предполагалось размножение змееяда, большого подорлика и серого журавля. Обилие копытных привлекает на территорию заказника в зимнее время до 10–15 орланов-белохвостов [465].

Один из крупнейших лесных массивов Пензенской области, расположенный на ее южной окраине, граничит с территорией Саратовской области. Так как лес служит местом гнездования нескольких редких видов дневных хищных птиц, он отнесен к КОТР международного значения. Здесь преобладает лесостепь и пойменные леса, на долю смешанных и хвойных лесных массивов приходится 19.5 и 13.0% соответственно. В пределах территории «Бековское лесничество Сердобского лесхоза» на площади около 8 тыс. га в 1990-х гг. гнездятся большой подорлик, орел-карлик и змееяд, регулярно здесь отмечается орлан-белохвост [466]. Обширные лесные массивы известны и из пределов севера саратовского Правобережья. Например, лесная растительность Черкасского заказника представлена на площади около 60 тыс. га дубравами, в которых в виде примеси встречаются береза, осина и липа. На долю хвойных пород здесь приходится около 5% территории. Отдельные лесные участки разграничены ковыльными степями и разнотравно-злаковыми лугами, что определяет высокую мозаичность ландшафтов. В данных условиях высокой численности достигают обыкновенный канюк, обыкновенная пустельга, луговой лунь, обыкновенный осоед и чеглок. Здесь гнездится могильник и дрофа, известны встречи беркута и глухаря (Tetrao urogallus), в зимний период концентрируются тетерева и орланы-белохвосты [467].

Широкому кругу орнитологов хорошо известна территория на юге саратовского Заволжья, которая в ландшафтно-географическом отношении именуется Салтовской песчаной местностью. Она включает песчаную гряду, протянувшуюся вдоль р. Еруслан за пределы изучаемого региона. Гряда представлена крупнобугристыми, развеваемыми, холмистыми и мелкобугристыми песками, которые в пределах Старополтавского района Волгоградской области граничат с Квасниковским лиманом. Считается, что он является одним из самых северных в системе заволжских лиманов, его окружают песчаные степи с разреженным фрагментарным травянистым покровом и куртинами кустарников. Здесь гнездятся и летуют редкие виды птиц региона (орлан-белохвост, пеганка, белоглазая чернеть – Aythya nyroca, савка – Oxyura leucocephala, ходулочник, степная тиркушка), что определило целесообразность выделения указанной территории площадью 300 га в качестве КОТР международного значения «Новоквасниковский лиман» [468]. Песчаные степи и многолетние залежи в пределах Саратовской области примыкают к Дьяковскому лесу – самому южному лесному массиву естественного происхождения в Европейской части России. На данной территории на относительно небольшом пространстве (20 тыс. га) сочетаются лесные, луговые и степные растительные сообщества, что определяет сложную структуру орнитокомплексов. Редкие птицы региона представлены здесь на гнездовании европейским тювиком, орлом-карликом, орланом-белохвостом, огарем (Tadorna ferruginea), стрепетом, дрофой и авдоткой (Burhinus oedicnemus). Кроме того, здесь регулярно размножаются ходулочник, поручейник, большой кроншнеп и большой веретенник. Среди наиболее характерных птиц лиманов следует назвать крякву, чирка-трескунка, черношейную поганку и чибиса, а в числе многочисленных здесь хищных птиц – обыкновенную пустельгу, кобчика, черного коршуна и лугового луня [459].

В долине р. Еруслан в его нижнем течении на основе особой орнитологической значимости выделяется участок в Старополтавском административном районе Волгоградской области, который входит в систему Еруслано-Торгуно-Кубинских разливов средней зоны Волгоградского водохранилища. Берега водоема характеризуются сильной изрезанностью, образуют многочисленные заливы, заросшие водной и прибрежно-водной растительностью, переходящей в песчаные и солончаковые степи. На площади 49600 га здесь выделена КОТР международного значения «Нижнеерусланская», границы которой до настоящего времени проведены достаточно условно. Указанная территория находится на незначительном расстоянии от пределов Саратовской области, что определяет целесообразность использования полученных здесь данных в зоогеографических и иных построениях, выполняемых применительно к северу Н. Поволжья. Наиболее значимыми в данном отношении являются материалы о размножении в устье р. Еруслана хохотуньи (Larus cachinnans), большого кроншнепа, большого веретенника, ходулочника, красавки и серого гуся [469].

Примером межрегионального подхода в решении проблемы охраны птиц в Поволжье является выделение КОТР международного ранга, которая приурочена к пограничным районам двух областей. Лесостепь «Гюльчачак» – участок в междуречье верхнего течения рек Терешки и Избалык в Ульяновской (77700 га) и Саратовской (22800 га) областях. Данная местность относительно резко понижается к югу, здесь имеются останцы верхнего плато в виде холмов (Золотая гора, гора Пиче-Пандра) и водораздельных возвышенностей. Поверхность нижнего плато на всем пространстве распахана. Леса сохранились лишь по неудобьям, по склонам холмов и балок, а также по водоразделам. Они представлены преимущественно вторичными нагорными дубравами. Незначительные площади занимают ковыльные и каменистые степи по нераспаханным склонам, где сохраняется богатая степная флора. Среди гнездящихся видов птиц здесь зарегистрированы огарь, дрофа, филин, могильник и орел-карлик, в летний период встречаются змееяд и курганник. На отдельных участках ключевой территории с высокой плотностью гнездится сплюшка (Otus scops) [470]. В непосредственной близости от указанной территории располагается Национальный парк «Хвалынский», крупные лесные массивы которого образованы преимущественно дубравами и сосновыми борами. Рельеф территории холмистый, вершины самых высоких гор покрыты древесной растительностью, а на пологих склонах и осыпях формируются степные травянистые ассоциации. В пределах парка обитает одна из крупнейших в регионе популяция степного сурка, что способствует стабильному гнездованию могильника. С высокой численностью его массивы заселяют обыкновенный канюк, обыкновенная пустельга, луговой лунь, орел-карлик и обыкновенный осоед. Ежегодное размножение здесь, помимо названных видов, орлана-белохвоста и филина послужило основанием для придания данной территории статуса ключевой территории международного ранга [471].

В Саратовской области в конце 1990-х гг. была выделена 21 КОТР международного значения, некоторые из них частично расположены на территории сопредельных областей, о чем говорилось выше. Кроме того, к этому времени уже был сформирован список дополнительных потенциально ключевых территорий, полные сведения о которых предстояло собрать. К их числу отнесены окрестности с. Полтавка Самойловского района (около 2 тыс. га), пойма р. Медведицы у с. Урицкое в Лысогорском районе (24 тыс. га), пойма р. Хопра в Ртищевском районе (около 30 тыс. га), Михайловский заказник на территории Воскресенского района (18 тыс. га), Тепловское лесничество в Вольском районе (40 тыс. га), Балка Яблоня в пределах Ершовского района (4.8 тыс. га), Перелюбский заказник (37.5 тыс. га). При этом девять существующих в тот период в области ООПТ совпадали, полностью или частично, с выделенными КОТР, однако 12 территорий не охранялись вообще. В дальнейшем планировалось выявление других территорий международного значения. В этом отношении предполагалось сосредоточить усилия на обследовании северных районов региона, где существуют наиболее благоприятные условия для гнездования могильника, большого подорлика, балобана, дупеля и коростеля. Указывалось на перспективы выделения КОТР в заволжских степных районах, в которых сосредоточена основная часть российской популяции дрофы, а также приурочены поселения степной тиркушки и стрепета. Особое внимание предлагалось уделить поиску мест размножения савки, белоглазой чернети, степного луня, степной пустельги и кречетки (Chettusia gregaria). Важным направлением данных работ является также выявление миграционных коридоров и инвентаризация территорий, на которых образуются скопления пролетных птиц. Таким образом, в ходе даже предварительных расчетов было высказано предположение о возможности выделения в регионе еще не менее 10–15 КОТР международного значения [451].

С волжской долиной на севере Н. Поволжья в настоящее время территориально связано лишь три КОТР международного значения. Первая из них приурочена к спускающимся к реке сильно эродированным восточным склонам Приволжской возвышенности, которые характеризуются относительно низким антропогенным воздействием. Лесная растительность здесь представлена нагорными и байрачными дубравами с вкраплениями березы (Betula pendula), осины (Populus tremula), клена (Acer platanoides) и липы (Tilia cordata). Между лесными массивами сохранились участки типчаково-ковыльных степей и разнотравно-злаковых лугов. Сочетание различных типов биотопов создает оптимальные условия для обитания в пределах КОТР «Утес Степана Разина» многих хищных птиц (обыкновенного осоеда, обыкновенного канюка, обыкновенной пустельги, лугового луня, орла-карлика), численность которых здесь относительно высока. Кроме того, в течение всего года здесь встречаются орлан-белохвост и филин, а в гнездовое время – европейский тювик, змееяд и могильник [472].

Вторая ключевая территория приурочена к верхней зоне Волгоградского водохранилища и характеризуется наличием естественных пойменных ландшафтов, сохранившихся после зарегулирования волжского стока. Они включают ивняки, осокорники, дубравы, заливные и остепненные луга, песчаные отмели. На сопредельных с указанной КОТР участках предполагалось выделение двух дополнительных ключевых территорий – «Красноярские пойменные луга», а также «Устье р. Терешки», однако специальные исследования 1998 г. свидетельствовали о целесообразности объединения их с предыдущей [454]. Здесь на площади 85000 га зарегистрирована одна из самых высоких плотностей гнездования орлана-белохвоста в долине реки, через ключевую территорию пролегает важнейший миграционный путь хищных птиц. Среди пролетных видов наиболее обычны обыкновенный канюк, черный коршун и перепелятник: весной 1996 г. здесь пролетело приблизительно 2400 этих птиц, осенью того же года – около 6300. С КОТР «Северная зона Волгоградского водохранилища» в осенний период также связана концентрация водоплавающих птиц, преимущественно кряквы, хохлатой чернети, морской чернети (Aythya marila), обыкновенного гоголя. Суммарное количество этих видов обычно составляет здесь в указанный период не менее 20000 особей [473].

Третья из волжских КОТР международного ранга приурочена к пойменному участку Волгоградского водохранилища в средней его зоне. Она лежит на стыке Волгоградской и Саратовской областей и занимает площадь около 10.8 тыс. га. Черебаевская пойма включает мелководья, зарастающие рогозом, тростником и ивняками, а также несколько крупных песчаных островов. В орнитологическом отношении данная территория особо значима, так как здесь с высокой численностью размножается большая белая цапля, известны примеры регулярного гнездования серощекой поганки, лебедя-шипуна, орлана-белохвоста, пастушка, кулика-сороки и мородунки. В летний и осенний период здесь в массе концентрируются водоплавающие и околоводные птицы, наиболее значимы из которых скопления черноголового хохотуна (200–300 особей), кряквы (8–14 тыс. особей), хохлатой и морской чернетей, обыкновенного гоголя и шилохвости. Во время миграций иногда отмечается пискулька [474].

Наиболее богатой в фаунистическом отношении является юго-восточная часть саратовского Заволжья. Именно поэтому с данной территорией связана большая часть орнитологически значимых участков региона, которым присвоен международный статус. Относительно небольшая по площади КОТР «Полынно-злаковые степи у с. Канавка» (6.4 тыс. га, 50°18' с.ш., 48°40' в д.) включает целинные участки, где по понижениям рельефа располагаются пересыхающие в летний период лиманы с луговой растительностью. Они соседствуют с локальными массивами многолетних залежей, интенсивно используемых под пастбища. Вместе с тем на столь незначительной по размерам территории отмечается регулярное гнездование редких видов степных птиц: красавки, степного орла, курганника, большого кроншнепа, черного и белокрылого жаворонков. Одновременно наполненные в весеннее время лиманы являются местом остановки многочисленных мигрирующих крякв, белолобых гусей, шилохвостей и чирков-трескунков [475]. Перечисленные виды водоплавающих птиц, а также пискулька и другие гусеобразные концентрируются также весной на распаханных полях из-под кукурузы, проса, ячменя, а также на посевах озимых культур. Из-за севооборота благоприятные кормовые условия складываются каждый год на разных участках агроландшафтов, что определяет межсезонную динамику приуроченности скоплений водоплавающих. На выделенных участках в некоторые годы концентрируется до 300 особей дрофы. В целях привлечения внимания к охране указанных видов в пределах орнитологически значимых участков в юго-восточном Заволжье, выделена КОТР международного значения «Агроценозы южной и восточной частей Новоузенского района» площадью 226 тыс. га [476].

На незначительном расстоянии от указанных выше значимых в орнитологическом отношении территорий юго-востока Заволжья располагается КОТР «Алгайский» площадью 13 тыс. га. Это типичный пример комплексных степей, когда чередование микропонижений и возвышений определяет формирование сложных растительных ассоциаций: типчаково-пырейных, белополынно-ромашниковых, чернополынных. На обширных пространствах выделенной территории из-за низкого плодородия пахотные земли выведены из сельхозоборота и превратились в залежи или пастбища. Данное обстоятельство способствует некоторому долговременному росту численности стрепета. Стабильные поселения малого суслика (Spermophilus pygmaeus), приуроченные к выгонам и пустошам, определяют богатство кормовой базы для степного орла, численность которого здесь одна из самых высоких в области. До 1994 г. в пределах КОТР обитала кречетка, а относительно недавно (1996 г.) на указанной территории было зарегистрировано гнездование каспийского зуйка (Charadrius asiaticus). Из других редких видов, размножающихся на востоке Александровогайского административного района, необходимо назвать степного луня, филина и черного жаворонка [477].

Настоящей природной жемчужиной юго-востока саратовского Левобережья и всей изучаемой территории является самый крупный в Саратовской области массив лиманных лугов вблизи с. Варфоломеевка Александровогайского района. Он имеет площадь около 2.8 тыс. га и привлекает на гнездование широкий спектр редких на севере Н. Поволжья видов. Для КОТР международного ранга «Варфоломеевские лиманы» характерна самая высокая в области плотность населения степной тиркушки, здесь гнездятся еще 4 вида охраняемых в области куликов: ходулочник, большой веретенник, поручейник (Tringa stagnatilis) и большой кроншнеп. В период миграций данную территорию регулярно посещают пискулька, белоглазая чернеть, савка и орлан-белохвост. Здесь в весенний и летний период концентрируются в количестве нескольких тысяч другие водоплавающие и околоводные птицы. Наиболее многочисленными из них являются турухтаны, фифи (T. glareola), белокрылые крачки (Chlidonias leucopterus), чирки-трескунки, красноголовые чернети [478].

К числу значимых в орнитологическом отношении территорий восточного саратовского Заволжья целесообразно отнести участок в долине р. Жестянки. На площади около 8000 га (51°00' с.ш., 48°00' в д.) располагаются сельскохозяйственные земли и залежи, между которыми в виде отдельных вкраплений сохранились ковыльно-типчаковые степи. Выведение из севооборота в середине 1990-х гг. значительных площадей способствовало увеличению здесь численности дрофы и стрепета, а также восстановлению первичной структуры зональных степных орнитокомплексов с участием степного и лугового луней, черного жаворонка [479]. На стыке Саратовской области и Казахстана на крайнем востоке Заволжья широко распространены типчаково-ковыльные и полынно-ромашниковые степи, относительно слабо нарушенные антропогенным влиянием. Здесь открытые пространства сочетаются с березово-осиновыми колками, что создает разнообразие кормовых и гнездовых стаций. Благоприятные экологические условия определяют богатство фауны птиц, что послужило основанием для выделения в данном районе КОТР международного ранга «Синие горы». На площади около 15 тыс. га весьма многочисленны полевой (Alauda arvensis), белокрылый и степной жаворонки, с высокой плотностью гнездятся стрепет, перепел (Coturnix coturnix) и обыкновенная пустельга, известны примеры размножения могильника, кобчика, степного и лугового луней, степного орла, курганника и филина [480].

Мозаичность условий среды – отличительная особенность долин малых заволжских рек. Типичным примером разнообразия биотопов в условиях относительно небольших по площади территорий является ключевой участок в долине р. Сафаровки (приток р. Б. Узень), где поля и залежные земли на возвышенностях граничат с типчаково-белополынными и типчаково-ромашниковыми степями в комплексе с чернополынниками по понижениям, а луговая растительность преобладает вдоль реки. Здесь ежегодно формируются богатые сообщества гнездящихся птиц, среди которых наибольший интерес представляет большая белая цапля, шилохвость, серая утка, чирок-свистунок, большой кроншнеп, поручейник, большой веретенник, степная тиркушка, дрофа, стрепет и др. С данной ключевой территорией связано одно из самых крупных в регионе поселений кобчиков. В период пролета на площади около 2.5 тыс. га останавливается до 200–300 больших улитов (Tringa nebularia), 200–500 свиязей (Anas penelope), 500–1000 хохлатых чернетей и несколько тысяч турухтанов [481].

Зачастую наиболее благоприятные экологические условия, способствующие размножению редких птиц региона, создаются на территориях, где хозяйственная деятельность человека совсем отсутствует или существенно ограничена. Подобным критериям отвечают преимущественно участки в пределах военных полигонов и других закрытых объектов. В качестве примера позитивного влияния режимных охраняемых объектов на состояние окружающих природных комплексов можно привести военный полигон, расположенный в окрестностях пос. Шиханы - 2 в Вольском административном районе. Здесь сосредоточена одна из наиболее стабильных гнездовых группировок тетерева, регулярно размножается стрепет, многочисленны серая куропатка и перепел. Аналогичный пример известен в отношении КОТР международного ранга «Степь в окрестностях с. Зеленый Дол», где на незначительном расстоянии от г. Энгельса на площади военного полигона (9600 га) сохранился обширный участок целинной типчаково-ковыльной степи. Сопредельные с КОТР участки распаханы, а ее окраины используются в качестве пастбищ. Однако здесь регулярно размножается с высокой плотностью населения стрепет, известны гнезда степного орла, орла-карлика и дрофы, встречаются одиночные особи балобана. Относительно высоких показателей на данной территории достигает численность полевого жаворонка, перепела, серой куропатки, болотного и лугового луней, обыкновенной пустельги и кобчика. В период миграций на небольшом временном водоеме на севере участка останавливаются большой улит, щеголь (Tringa erythropus) и мородунка [482].

В территориальном отношении на основе приуроченности к центральному Заволжью несколько ключевых орнитологических участков можно выделить в отдельную группу. В ее составе – КОТР международного значения «Окрестности с. Еруслан», которая характеризуется 90%-ной распаханностью и является типичной для левобережных агроландшафтов. Особую значимость участок площадью 35.2 тыс. га приобретает в период осенних миграций дрофы и красавки, которые в небольшом числе здесь гнездятся. Кроме того, на пруду в окрестностях с. Лебедевка Краснокутского административного района известны поселения белокрылой, черной, речной и малой крачек. В постгнездовой период на соседнем водоеме вблизи с. Карпенка концентрируется до 130 лебедей-шипунов, а также летуют в небольшом количестве черноголовые хохотуны [483]. На незначительном расстоянии от предыдущей КОТР в пределах центрального Заволжья выделен еще один ключевой участок, приуроченный к окрестностям с. Вознесенка (51°31' с.ш., 47°25' в.д.). Основанием для закрепления за ним международного статуса послужило появление здесь на гнездовании дрофы [484], в чем исследователи усматривают тенденцию к вторичному расширению ареала вида. В Ровенском административном районе аналогичная концентрация дрофиных приурочена к 8220 га агроценозов в сочетании с многолетними залежами на месте песчаных степей [485].

В долине р. Медведицы в пределах изучаемого региона в 1990-х гг. выделена лишь одна ключевая территория, орнитологическая значимость которой крайне высока. Она приурочена к пойменным ландшафтам с лесной растительностью, представленной дубравами и заболоченными ольшаниками. Здесь же мозаично разбросаны значительные по площади остепненные и заливные сенокосные луга. На территории КОТР международного ранга «Сокино» общей площадью около 30330 га поддерживаются благоприятные условия для гнездования обыкновенного канюка, черного коршуна, обыкновенного осоеда, лугового и болотного луней, перепелятника, чеглока, обыкновенной пустельги, орла-карлика, змееяда, большого подорлика и серого журавля. Здесь встречаются в летний период скопа и орлан-белохвост [486].

Особо охраняемые природные территории являются своеобразным экспериментальным полигоном, где отрабатывается внедрение природоохранных мероприятий, разработанных на основе глубокого анализа особенностей распространения и биологии отдельных видов. Научно-практические исследования такой тематической направленности выполняются в саратовском регионе для журавля-красавки [487], дрофы [488], стрепета и некоторых других видов. На их основе на базе существующего федерального заказника степной «Саратовский» и на сопредельных участках в 1990-х гг. продолжились работы по сбору яиц из гибнущих при сельскохозяйственных работах кладок с целью их дальнейшего искусственного инкубирования и выращивания молодняка в неволе. Сохранение и накопление маточного поголовья, а также выпуск выращенных в условиях питомников птиц в природу должны стать на данном этапе надежным подспорьем в деле сохранения этих редких птиц в регионе и в целом в России.

Вместе с тем современная ситуация в отношении единственного заказника федерального уровня степной «Саратовский» складывается не столь оптимистично, чтобы в полном объеме реализовать поставленные перед ним задачи. В настоящее время достаточно сложно представить официальные данные об его статусе, определить размеры и расположение границ ООПТ. Так, в 1998 г. на областном уровне было принято решение об изменении границ заказника, однако оно не прошло согласование на федеральном уровне. В итоге несколько позже другим постановлением было узаконено существование двух заказников – федерального (в границах 1983 г.) и регионального, территория которого примыкает к предыдущему. Таким образом, вследствие «воссоздания» заказника на неперспективных в плане сохранения редких птиц землях, крайне значимые участки для саратовских популяций дрофы, красавки, степного орла и других видов были выведены из состава охраняемых [451].

В конце 1990-х гг. территория в окрестностях с. Борисоглебовки Федоровского административного района площадью 35 тыс. га была включена в состав КОТР международного значения. Большая часть территории распахана, для нее характерны ленточные и колковые леса, пресноводные водоемы искусственного происхождения, мелкие реки и ручьи. Она выделена в границах федерального заказника, созданного в 1980-х гг. с целью изучения и охраны обитающих здесь дроф. Помимо данного вида в пределах ключевого участка регулярно размножаются степной орел, красавка, серый гусь, европейский тювик, степной лунь, стрепет, степная тиркушка. В период миграций здесь регистрируются группы серого журавля (из 25–30 особей), лебедя-шипуна (до 130 птиц), отдельные особи орлана-белохвоста. Около двух десятилетий назад в заказнике размножалась кречетка [489].

В этот же период проводится ревизия таксономического статуса птиц, обитающих в Саратовской области, на основе анализа коллекционных сборов Зоологического музея Саратовского госуниверситета и эталонных материалов крупнейших музеев России и Украины, где хранятся сборы с изучаемой территории [490–492]. В наиболее наглядной и научной форме эти исследования проведены на примере представителей семейств славковых и мухоловковых [493–497], воробьиных [498], вьюрковых [499], синициевых [500]. Эти же таксономические группы птиц явились объектом исследования морфо-демографических показателей мигрантов долины р. Волги и ее правобережных притоков [501–503]. Отдельные публикации посвящены анализу таксономического статуса нижневолжских популяций береговой ласточки [504, 505], болотной и тростниковой камышевок [506], среднего дятла [442].

Не менее детальный характер имеют исследования, проведенные на основе анализа коллекционных фондов Зоологического музея Саратовского госуниверситета в 2000 г. и посвященные таксономическому статусу сороки в регионе [507]. Они позволили выдвинуть предположение о наличии в пределах Саратовской области широкой зоны интерградации номинативной и западно-азиатской форм вида. В соответствии с высказанным мнением, в западной части Правобережья, очевидно, размножаются птицы номинативного подвида, тогда как в центральном, восточном и южном Заволжье сороки несут промежуточные признаки обеих форм. Отсутствие единого мнения среди ученых в отношении выделения подвидов у серой славки побудило Е.П. Фертикову [508] осуществить анализ изменчивости сезонных явлений годового цикла гнездящихся на севере Н. Поволжья птиц. Изменчивость параметров данных явлений (сроков начала, продолжительности и особенностей) в полной мере отражает различия между географическими популяциями. Пластичность годового цикла обеспечивает адаптацию вида к обитанию на территориях в разной степени удаленных от мест зимовки, которые в значительной степени различаются по своим климатическим, фотопериодическим и биотипическим условиям.

Несмотря на широкий спектр и многоплановость указанных выше исследований, комплексное изучение таксономического статуса птиц севера Н. Поволжья до начала XXI столетия не проводилось. Данные литературы, содержащие замечания по систематике некоторых видов нижневолжского региона, имеют в целом разрозненный характер. Они относятся главным образом к первой половине XX в. Кроме того, крупные научные коллекции Саратовского педагогического института (сборы П.Н. Козловского, Н.П. Яльцева, П.С. Козлова, Е.И. Орлова и др.), Саратовского сельскохозяйственного института (сборы И.И. Барабаш, А.А. Мегалова, Б.К. Фенюка, В.К. Воскресенского, А.В. Вавилова, Г.А. Кайзера, Д.А. Ковалева и др.) и Саратовского госуниверситета (сборы Л.А. Лебедевой, Б.Ф. Карпенкова, Б.М. Губина, Н.В. Кривченко, К.А. Сонина, А.В. Отварухиной, Л.С. Шминке и др.) к 1995 г. были по разным причинам практически полностью утрачены, а оставшиеся фондовые материалы должным образом не изучались и не систематизировались. Все эти обстоятельства определили целесообразность осуществления обобщающего таксономического исследования, которое было реализовано на рубеже столетий. В ходе данных работ было проанализировано более 12 тыс. экз. научно-коллекционных шкурок и чучел птиц, хранящихся в фондах Зоологического института РАН (ЗИН), Зоологического музея Национального научно-природоведческого музея Национальной академии наук Украины (ЗМ ННПМ НАНУ), Зоологических музеев Московского (ЗМ МГУ), Ростовского (ЗМ РГУ) и Саратовского (ЗМ СГУ) государственных университетов, Пензенского государственного педагогического университета (ЗМ ПГПУ), отделов природы Вольского краеведческого музея (ОП ВКМ) и Саратовского Областного краеведческого музея (ОП ОКМ), зоологических фондов Саратовского государственного аграрного университета (ЗФ СГАУ, в прошлом Саратовского сельскохозяйственного института) и других музеев страны и сопредельных государств [509]. В результате столь обширных работ был достоверно определен подвидовой статус большинства представителей региональной орнитофауны, выявлены этапы дальнейших исследований, направленных на уточнение таксономического статуса некоторых видов. Полученные данные были сведены в таблицы, а наиболее дискуссионные вопросы рассмотрены в пределах видовых очерков. Некоторые из них посвящены тетеревятнику (Accipiter gentilis), обыкновенному канюку, кулику-сороке, индийской, тростниковой и дроздовидной камышевкам, тростниковой овсянке и др.

Весьма емкий и содержательный, а в нескольких аспектах дискуссионный характер носит работа В.Н. Мосейкина [510] о новых орнитологических находках в регионе. Представленные в ней материалы собраны автором во время полевых исследований, проведенных на территории Саратовской области в период с 1979 по 1999 гг. Работа проводилась при поддержке областного Управления охотничьего хозяйства и предусматривала организацию систематических экспедиционных обследований территорий севера Н. Поволжья с целью изучения состава и структуры орнитофауны. Продолжительность таких экспедиционных выездов варьировала по годам, но в целом они составляли не менее 60 дней в году. За столь значительный период работ у исследователя накопилось много фактов о встречах птиц, которые ранее никем не регистрировались на территории Саратовской области, либо о новых, ранее неизвестных фактах их гнездования. Как правило, приведенные в публикации материалы о фактах встреч тех или иных птиц или находок их гнезд основаны на наблюдениях самого автора. В отдельных, особо оговоренных случаях, он использовал сведения охотоведов и егерей, достоверность сообщений которых у автора не вызывала сомнений. В работе представлены данные о находках преимущественно редких видов, в частности кудрявого пеликана, колпицы, черного (Ciconia nigra) и белого (C. ciconia) аистов, красноносого (Netta rufina) и белоглазого нырков, лутка (Mergus albellus), савки, малого подорлика (Aquila pomarina), стервятника (Neophron percnopterus), глухаря, серого журавля, каспийского зуйка, шилоклювки (Recurvirostra avosetta) и некоторых других птиц [510].

Как было отмечено выше, в результате осуществленных в пределах северного Прикаспия исследований фаунистические списки региона были пополнены за счет регистрации на столь незначительном по площади участке целого спектра видов, в целом не свойственных северу Н. Поволжья. Высокая специфичность и разнообразие экологических условий севера Прикаспийской низменности определяют богатство фауны птиц этой территории, к изучению формирования и динамики которой издавна было привлечено внимание нескольких поколений орнитологов. Обобщая сведения нескольких литературных источников, можно констатировать, что уже к середине прошлого века здесь в пойме р. Б. Узень были отмечены встречи розового пеликана (Pelecanus roseus), кваквы, малой белой цапли (Egretta garzetta), обыкновенного фламинго, савки и других видов [182]. На основе регистрации летных молодых птиц вблизи пос. Александров Гай, И.Б. Волчанецкий [51] говорит о гнездовании здесь каменного воробья, в окрестностях этого же населенного пункта позже отмечается белошапочная овсянка [132]. Приблизительно в это же время (1960-е гг.) на агроценозах и в степи найдены черноголовая овсянка и саджа [511]. В 1977 г. А.Л. Подольским зарегистрирован одиночный орлан-долгохвост на обрыве р. Б. Узень у южной границы Александровогайского административного района [423] и т.д.

В последующий период число новых для фауны области птиц, регистрируемых в пределах Межузенского ландшафтного района, не только не сужается, а, напротив, расширяется. Например, в 1989 г. появилось указание В.Н. Мосейкина [419] на вероятное пребывание тонкоклювого кроншнепа (Numenius tenuirostris) на участке между населенными пунктами Александров Гай и Казталовка на границе с Казахстаном. Существуют также указания на встречи пискульки в весенний период 1994 и 1997 гг. в 15 км от г. Новоузенска [434] и на лиманах у с. Варфоломеевки [453]. В последнем местообитании В.В. Пискуновым с соавторами [478] в мае 1997 г. зарегистрированы также каравайка и египетская цапля (Bubulcus ibis), что не могло не найти своего отражения при выделении ключевой орнитологической территории «Варфоломеевские лиманы».

Не менее «плодотворными» в плане орнитологических сенсаций и фаунистических открытий оказались последние несколько лет. В частности, на основе наблюдений, проведенных в мае 2000 г. в окрестностях с. Нива и в долине р. М. Узень у хут. Дрямский, список птиц Саратовской области пополнился соответственно еще двумя видами – черноголовой (Larus melanocephalus) и реликтовой (L. relictus) чайками [512]. Осенью 1997 г. А.С. Усовым [186] и егерями Областного общества охотников и рыболовов на лиманах севернее с. Варфоломеевки было учтено 215 гуменников, что составило около 1.5% от общего числа встреч всех зарегистрированных здесь пролетных околоводных и водоплавающих птиц.

Список открытий подобного рода, приуроченных к столь небольшой территории, можно было бы продолжить. Между тем стоит обратить внимание на достоверность приведенных наблюдений различных авторов. В результате даже поверхностный анализ представленных выше фаунистических сведений позволяет усомниться в их научной значимости. Например, вернемся хотя бы к материалам последних лет. Так, на многочисленных примерах наглядно было показано [413], что гуменник относится к редким мигрантам Саратовской области, встречи которого единичны. Это обусловлено отсутствием здесь хоть сколько-нибудь значимых миграционных путей вида: гуси, регистрируемые весной и осенью в регионе, являются, очевидно, крайними отклоняющимися составляющими центрально-европейской трассы, значительно уступающей по интенсивности прибалтийской. Вышеуказанный путь пролегает в Волго-Камском бассейне, а ближайшие территории, где достаточно хорошо выражен пролет гусей, связаны с бассейнами рек Вятки и Камы. Именно поэтому говорить о наличии на севере Прикаспийской низменности хорошо выраженного пролета вида нет веских оснований, если, конечно, не полагаться на наблюдения местных охотников [186].

Не имеет документального подтверждения также регистрация в пределах Александровогайского административного района реликтовых чаек. В отношении вида, находящегося под угрозой исчезновения, необходимо быть особенно осторожным в высказываниях. Поэтому регистрация одновременно 14 чаек является достаточно важным с научной точки зрения фактом и должна быть обязательно подкреплена фотографиями или хотя бы детальным описанием ситуации обнаружения и признаков, на основе которых проведена идентификация птиц.

Анализируя с этих позиций другие приведенные выше сведения, мы в большинстве случаев вынуждены признать, что поспешность и безосновательность, с которыми некоторые авторы подходят к констатации фактов обнаружения новых или редких для фауны региона видов, затрудняют или делают невозможным дальнейшее использование этих данных. К сожалению, в отношении севера Прикаспийской низменности нельзя назвать практически ни одного примера корректного, документально зафиксированного случая обнаружения нового вида региональной фауны или подтверждения размножения очень редких птиц. Умышленное, на наш взгляд, расширение видового спектра для отдельных территорий, к которым относится и юго-восток саратовского Заволжья, с целью придания им какого-либо природоохранного или иного статуса является недопустимым.

Оставив на совести отдельных авторов ряд неточностей и необъективность в представлении фаунистической информации, вернемся к анализу тех данных, которые получены в пределах севера Н. Поволжья в последние годы и не вызывают сомнения. В действительности, чтобы подчеркнуть богатство орнитокомплексов Прикаспийской низменности, мы должны обратить внимание не на случайные или эпизодические встречи отдельных птиц, которые не дают представления об истинной значимости изучаемой территории, а на гнездовую фауну и важные с природоохранной точки зрения виды из числа регулярных мигрантов и летующих птиц. Например, в Саратовской и Волгоградской областях ежегодно останавливаются не менее 2–2.5 тыс. краснозобых казарок, что определяет очевидную значимость севера Прикаспийской низменности в миграционной системе вида. С территории Александровогайского административного района практически ежегодно поступают сообщения о регистрации весной малых лебедей (Cygnus bewickii). Особый интерес в плане перестройки фауны птиц севера Прикаспийской низменности представляют процессы долговременной инвазии в Н. Поволжье некоторых воробьинообразных. В результате этого явления в последние 10–15 лет произошло перемещение границ репродуктивного ареала и формирование здесь стабильных поселений розового скворца, желчной овсянки, индийской и тонкоклювой камышевок (Lusciniola melanopogon), усатой синицы и других видов [513].

Анализируя приведенные сведения, можно высказать несколько замечаний общего характера. Прежде всего нельзя не признать, что биологическое разнообразие в пределах севера Прикаспийской низменности значительно выше по сравнению с обширными пространствами типичных и сухих степей саратовского Заволжья. Это обусловлено как спецификой растительных ассоциаций, так и наличием здесь обширных обводненных участков в виде искусственно и естественно затопляемых лиманов, водохранилищ, многочисленных каналов и мелких непроточных водоемов балочного типа. Вместе с тем показатели видового богатства изучаемой территории вполне очевидно завышаются за счет внесения в фаунистические списки редких залетных и пролетных видов без достаточного на то основания. Это определяет целесообразность проведения ревизии как орнитофауны юго-восточного саратовского Заволжья, так и всей области. Повышение достоверности и значимости приводимых различными исследователями данных возможно лишь на основе коллегиального обсуждения результатов полевых наблюдений, а также использования четких критериев и приемов при расширении спектра видов фауны региона, которые зачастую не требуют непосредственного изъятия птиц из природы или применения других методов, не допустимых с точки зрения биоэтики.

Отличительной особенностью орнитологических исследований конца XX – начала XXI вв. является преобладание работ, посвященных изучению экологии и распространения в Саратовской области отдельных видов птиц. Это позволило достаточно объективно оценить региональные аспекты фенологии, этологии, демографии и морфологии широкого спектра видов, относящихся к различным таксономическим группам. В частности, в литературе представлены отдельные материалы по хохотунье [514], белоспинному дятлу [515], рябиннику [516], большому баклану (Phalacrocorax carbo) [517], усатой синице [518], желчной овсянке [519], чижу (Spinus spinus) [520], коростелю [521], рыжей цапле [522], красавке [523], розовому скворцу [524], индийской камышевке [525] и другим видам. Наибольший интерес орнитологов в этот период вызывает изучение биологии редких в пределах региона и в целом по России дневных хищных птиц. Известны, например, обобщающие или оригинальные работы по беркуту [526], тетеревятнику [527, 528] и балобану [529–532].

В отношении последнего вида в 1983–2000 гг. были проведены обширные исследования биотопической приуроченности и численности на территории юга саратовского Заволжья (Краснокутский, Новоузенский, Питерский, Ровенский, Федоровский и Энгельсский районы) и севера волгоградского Левобережья (Старополтавский и Палласовский районы). В 1998–2000 гг. было достоверно подтверждено гнездование сокола только в пределах Энгельсского административного района на территории совхоза «Бурный» и в Новоузенском районе в окрестностях пос. Букреев [533]. В целом же на юге саратовского Заволжья и севере волгоградского Левобережья в пределах Низкой Сыртовой равнины в конце XX столетия гнездилось, очевидно, не более 10–15 пар этих хищников [534]. В дальнейшем численность гнездовой популяции еще более сократилась; высказываются предположения о полном исчезновении балобана из гнездовой фауны Саратовской области.

Анализируя тематическую направленность современных орнитологических исследований, нельзя не упомянуть о существовании оригинальных по своей методологии и значимых по новизне результатов исследований, целью которых являлось рассмотрение вопросов функционирования нескольких вариантов экотонных систем, в том числе «вода/суша» в условиях различного по природе и интенсивности антропогенного пресса. В этой связи были рассмотрены проблемы аридизации речных пойм, биоразнообразия долины р. Волги и малых рек [535], динамики численности и биотопической приуроченности птиц экотонов рек Хопра [536] и Чардыма [537], заволжских водоемов различных типов [538], а также современного обилия и внутривековой динамики околоводных и водоплавающих птиц региона [539, 540]. По мнению исследователей, на данных территориях параметры природной среды отличаются повышенным динамизмом, а природные и полуприродные лабильные системы, присутствующие здесь, адаптированы к широкому диапазону флуктуаций. Таким образом, одной из важнейших характеристик переходных экосистем оказывается повышенная флуктуативность, неустойчивость параметров абиотической среды. Орнитофауна таких территорий характеризуется обычно большими значениями обилия и видовым богатством птиц.

Экотонные экосистемы могут быть приурочены к сильно измененным человеческой деятельностью территориям. В то же время они зачастую формируются в пределах природных ландшафтов, например на границах крупных экосистем: речных пойм, прудов, озер, опушек и др. Под воздействием человека, одновременно с ростом структурного разнообразия ландшафтов закономерно возрастает количество зон соприкосновения и взаимоперехода новых трансформированных полуприродных, агро- и урбоэкосистем. В этой связи многие авторы отмечают, что переходные зоны зачастую служат местом формирования и сохранения биологического разнообразия, рефугиумами для многих видов птиц. Они выполняют роль своеобразных мембран, обеспечивающих поддержание богатого видового состава на подобных территориях. Вместе с тем экотоны являются руслами геохимических и энергетических потоков и каналами расселения организмов, т.е. несут своеобразную экологическую угрозу. Указанные процессы крайне активны в пределах изучаемого региона и могут вызывать здесь быстрые трансформации природных систем. В данном отношении наибольший интерес представляют собой работы [541], направленные на исследование водно-наземных экотонов. Они выполнены, например, применительно к переходным участкам рек Волги, Медведицы, М. Узеня и др. Одновременно на экотонных участках собирались и обрабатывались материалы, раскрывающие сущность формирования орнитокомплексов водно-болотных угодий области [542], выявлялись особенности размножения отдельных околоводных видов птиц, например речной крачки [543] и гнездящихся куликов региона [544–548].

В отношении последней группы птиц следует выделить несколько публикаций специального характера. Так, контролю добычи вальдшнепа в изучаемом регионе и других областях России посвящена обширная работа Ю.Ю. Блохина и С.Ю. Фокина [549]. Авторами обобщаются сведения о результативности и объемах охоты на кулика в период весенней тяги. С целью выявления амплитуды внутривековой динамики численности и направленности изменений пространственного распределения чибиса на севере Н. Поволжья в период с 1985 по 1987 гг. и с 1993 по 1999 гг. были проведены специальные полевые исследования. Учеты были приурочены ко времени размножения куликов, т.е. охватывали период с третьей декады апреля по первую декаду июня. В отношении чибиса в условиях Саратовской области наиболее полные и объективные результаты при определении суммарной численности размножающихся птиц дало картирование с расчетом плотности населения гнездящихся пар путем маршрутов через обследуемую территорию. Общая протяженность маршрутов по учету численности кулика за десять лет исследований составила 1402 км, а обследованная в результате площадь гнездопригодных местообитаний в пределах 18 (из 25 по области) ландшафтных районов – около 701 км2. В результате проведенных работ удалось определить среднеландшафтные показатели обилия и суммарной относительной численности кулика в регионе [550]. Кроме того, получены сведения по срокам, пролетным путям и интенсивности транзитной миграции этих птиц [551].

В период с 1991 по 1995 гг. было осуществлено специальное исследование современного распространения и экологии 7 гнездящихся куликов севера Н. Поволжья: шилоклювки, кулика-сороки, травника (Tringa totanus), перевозчика, бекаса (Gallinago gallinago), дупеля и вальдшнепа. Анализ внутривековой динамики распространения и численности был основан на изучении данных литературы за период с середины XIX в. В ходе проведенных работ было установлено, что современное распространение шило-клювки в Саратовской области связано с незначительными по площади гнездопригодными участками южного Заволжья. Отдельные размножающиеся птицы зарегистрированы в пределах Салтовской песчаной интразональной местности. Кулик-сорока – малочисленный вид, распространение которого связано с долинами рек Волги, Терешки, Медведицы, М. Узеня, Б. и М. Иргизов, Еруслана. В динамике численности вида выявлено несколько депрессий, которые приходятся на начало прошлого столетия, его середину и 1990-е годы. Установлено, что численность кулика-сороки на протяжении последнего десятилетия стабильна. Основные поселения травника приурочены в Саратовской области к ее заволжской части. Для перевозчика наиболее благоприятными в гнездовом отношении являются пойменные биотопы Правобережья области, где прибрежная зона включает участки открытых песков. Поэтому наиболее стабильные поселения этих птиц приурочены к рекам бассейна Дона – Медведице и Хопру, а также правобережным притокам р. Волги. В Заволжье распространение гнездовых поселений этих куликов носит широкий, но мозаичный характер, а численность перевозчиков в таких поселениях значительно ниже, чем в правобережных. Размножение дупеля достоверно было подтверждено в тот период лишь для двух точек области: поймы р. Медведицы и поймы р. Волги севернее г. Саратова. Поселения бекаса на севере Н. Поволжья в 1990-х гг. были относительно стабильными, а основным лимитирующим фактором, определяющим южную границу распространения этого вида, являлась высокая аридность лесостепных и степных районов. Вальдшнеп широко распространен на гнездовании в северных и западных районах Правобережья. По широте г. Саратова проходит южная граница распространения вида на изучаемой территории. По долинам рек бассейна р. Дона может проникать на гнездовании южнее, достигая пределов Волгоградской области. Антропогенная трансформация угодий приводит к сокращению численности этого кулика [552].

Особое место в орнитологических исследованиях 1990-х гг. занимают работы прикладного характера. Например, некоторые из них были направлены на выявление этолого-физиологических аспектов воздействия особо опасных токсикантов на птиц, изучение особенностей современного состояния природных зооценозов, включая орнитокомплексы, районов размещения объектов по хранению отравляющих веществ. Такие работы были проведены в Саратовской области на базе научно-исследовательских лабораторий и полигона «Шиханы - 2», а также в Краснопартизанском районе в центральном Заволжье [553–560]. На более поздних этапах разработки данной проблематики исследователи решают вопросы прогнозирования естественной динамики биоценозов, минимизации возможного ущерба, связанного с функционированием военных объектов. В ходе обсуждения теоретических подходов и практических рекомендаций по созданию и внедрению системы биологического мониторинга на объектах по уничтожению химического оружия учеными приводятся оригинальные данные по распространению в окрестностях пос. Горный редких птиц региона, среди которых дрофа, стрепет, красавка, ходулочник, огарь и степная тиркушка [561].

Достоверную и значимую информацию о видовом и численном составе зимнего населения птиц в различных физико-географических районах Саратовской области, полученную методом маршрутных учетов в рамках программы «Parus» Всесоюзного, а позднее Всероссийского орнитологического общества и ИЭМЭЖ, содержат сборники результатов зимних учетов [562–568]. Территориальная приуроченность и площадь исследованной территории несколько варьировали по годам: в зимний сезон 1987–1988 гг. учеты проведены Г.В. Блохиным в лиственных лесах Лысогорского района (окрестности с. Широкий Карамыш), в 1988–1989 гг. – этим же исследователем на ранее выделенном ключевом участке и Т.А. Каракулько в сосновых лесах и лиственных перелесках Базарно-Карабулакского района, в 1991–1992 гг. – Е.В. Завьяловым и М.Л. Опариным в сосновых, смешанных и пойменных лиственных лесах Аркадакского района, в 1992–1993 гг. – Е.В. Завьяловым и Л.Г. Завьяловой на ранее выделенных ключевых участках в пойме р. Хопра и на застроенных территориях г. Саратова, в 1993–1994 гг. – Е.В. Завьяловым, Л.Г. Завьяловой и В.Г. Табачишиным в различных местообитаниях г. Саратова, в 1994–1995 гг. – А.Л. Подольским, М.В. Ермохиным, С.С. Колесневой, А.В. Беляченко и учащимися саратовских школ в лиственных лесах Татищевского района, а также В.Г. Табачишиным и Е.В. Завьяловым на ранее выделенных ключевых участках в пределах областного центра.

Дискуссионный характер носит публикация С.Н. Варшавского с соавторами [511], вышедшая уже после смерти этого выдающегося ученого и подготовленная к изданию его соратниками. Значимость исследования определяется большой продолжительностью полевых работ, начатых в 1961 г. сотрудниками лаборатории зоологии РосНИПЧИ «Микроб» и явившихся основой для подготовки сводки по орнитофауне Саратовской области. Значительная продолжительность и тщательность работ могла бы являться отрадным фактом, если бы не полное отсутствие научных публикаций, относящихся к этому периоду и характеризующих ход и развитие данных исследований. Кроме того, анализируемая сводка не может в полной мере отражать результаты столь обширного исследования еще и потому, что представленные в ней данные крайне скудны, а их достоверность не подтверждена коллекционными или иными материалами.

Отрицательные стороны этой работы уже достаточно и подробно обсуждались в печати6, поэтому считаем целесообразным остановиться лишь на анализе позитивных ее сторон. Если следовать хронологии проведенных работ, то их развитие приурочено к нескольким этапам: в 1966 г. обследованы участки Саратовского, Балаковского, Пугачевского, Марксовского, Ершовского, Краснокутского и Ровенского районов (протяженность маршрутов более 1000 км), в 1968 г. – Краснокутского, Новоузенского, Александровогайского и Питерского районов, в 1979 г. – Саратовского, Энгельсского и Марксовского районов. Работы 1980-х гг. связаны с пойменными ландшафтами верхней зоны Волгоградского водохранилища и долины р. Б. Иргиз. Здесь же, в районе пос. Сулак, в 1985 г. организован орнитологический стационар, который позволил проводить исследования два раза в год. В Правобережье области наблюдениями охвачены значительно меньшие территории: в 1981–1989 гг. обследованы участки Красноармейского, Саратовского, Вольского и Балаковского районов, в 1970 г. – Новобурасского и в 1990 г. – Лысогорского и Балашовского районов. В итоге исследователями зарегистрировано пребывание в пределах Саратовской области 288 видов птиц, из которых на долю гнездящихся приходится 208. Для каждой из этих птиц авторами определяется характер пребывания на исследуемой территории, отмечаются сроки весеннего прилета (пролета) и осеннего отлета, для некоторых редких видов указываются места и даты встреч.

Считаем вполне оправданным выделение в отдельный раздел публикаций справочно-библиографического и краеведческого характера, которые содержат обширные материалы о животном мире региона и, в частности, о птицах. К ним относятся не только ежегодные информационные бюллетени государственных природоохранных организаций [569–572] и энциклопедические обзоры, но и более частные издания, посвященные современному состоянию и истории отдельных районов Саратовской области. Наиболее значимы в этом отношении публикации, содержащие сведения о природных условиях и животном мире Вольского [573], Краснопартизанского [574, 575] и Хвалынского [576] административных районов. Конечно же, историко-краеведческие издания с научной точки зрения не лишены серьезных недостатков. Вполне очевидно, что указания на гнездование в хвалынских лесах сапсана (Falco peregrinus), пеганки и стрепета [577] не обогащают региональную орнитологическую науку новыми сведениями, а фальсифицируют ее. Между тем в некоторых подобных публикациях краеведческой и туристической направленности содержатся подчас вполне достоверные первичные сведения о встречах на данных территориях редких и исчезающих видов птиц, что может быть использовано в качестве дополнительного материала при характеристике распространения птиц в регионе.

Коллектив кафедры морфологии и экологии животных Саратовского госуниверситета принял непосредственное участие в подготовке «Энциклопедии Саратовского края (в очерках, фактах, событиях, лицах)», которая вышла в 2002 г. в Приволжском книжном издательстве. На ее страницах в доступной и наглядной форме представлены обширные биологические сведения, характеризующие богатство животного мира саратовского региона. Специальный раздел посвящен птицам, где приводятся материалы о распространении и образе жизни 330 видов птиц, относящихся к 19 отрядам [578]. Отдельные сведения о численности, экологии, фенологии пролета и другим аспектам жизни птиц помещены в разделах по фауне лесов [579], степей и полупустынь [580], городов и других населенных пунктов [581].

Учебный и прикладной характер имеют публикации Г.В. Бондаренко [582] и других сотрудников Саратовского педагогического института, находящиеся в определенной идейной связи между собой [583]. В них представлены методические разработки по проведению орнитологических экскурсий со школьниками, рассматриваемые на примере различных местообитаний птиц г. Саратова. Методология обработки первичных полевых материалов по птицам и другим животным представлена в методическом пособии «Основы таксидермии» [584]. Кроме того, обширные орнитологические данные, связанные с современным распространением, численностью, особенностями экологии и онтогенеза дрофы в Саратовской области, собраны в электронной книге «Дрофа», используемой в учебном процессе на биологическом факультете Саратовского госуниверситета и других вузов города [585]. В 1990-х гг. факультет уже имеет богатый опыт применения аналогичных электронных средств обучения в образовательной программе по экологии на примере CD-ROM и видеоприложений [586, 587]. В целях экологического образования студентов и школьников может использоваться и работа по фауне лесов региона [588], включающая очерки по дендрофильным птицам.

В конце XX столетия, а также в начале текущего века становятся доступными широкому кругу специалистов в области орнитологии, сотрудникам природоохранных организаций региона, а также студентам и школьникам несколько изданий учебного и учебно-методического характера. К их числу прежде всего целесообразно отнести труд широкого круга авторов [589], в котором на большом числе примеров иллюстрируется возможность применения информационных технологий при характеристике социально-экономического развития тех или иных территорий. В частности, приводится детальный анализ состояния хозяйства и окружающей природной среды Перелюбского административного района. Подобный анализ содержит детальную информацию об орнитофауне выделенной территории и конкретные сведения об отдельных видах птиц, здесь обитающих. Позднее из печати выходит учебное пособие по регионоведению, в котором одним из основных освещаемых вопросов является характеристика фауны Саратовской области, в частности населения птиц [590]. Актуальность обсуждаемых в нем проблем позволяет рекомендовать издание не только студентам, но и широкому кругу специалистов – научным работникам, преподавателям вузов, работникам органов государственного и муниципального управления.

Начиная с 1996 г. в издательстве Саратовского государственного университета начинает выпускаться серия учебно-методических пособий «Фауна птиц Саратовской области». Первая из книг была посвящена методическим вопросам изучения представителей воробьинообразных птиц, в частности видов, относящихся к семействам славковых и мухоловковых. В работе собраны сведения по численности, распространению и различным аспектам экологии птиц данной группы, обитающих на севере Н. Поволжья [591]. Следующий выпуск указанной серии был посвящен фауне стрижеобразных, ракшеобразных, удодообразных и дятлообразных птиц [592]. Он включает оригинальные определительные таблицы для дифференциации представителей данных отрядов, детальное описание их внешности и видоспецифических особенностей морфологии, видовые очерки с детальным обзором биологии птиц применительно к условиям Саратовской области.

Приблизительно в это же время публикуется учебное пособие «Метод картографирования в экологических исследованиях птиц», подготовленное В.В. Пискуновым [593]. На его страницах приводятся рекомендации для проведения количественных учетов птиц, которые позволяют получать наиболее точные данные о плотности популяций различных видов. В пособии рассматриваются примеры применения результатов учетов для характеристики сообществ птиц изучаемого региона, в частности орнитофауны пойменных экосистем Волгоградского водохранилища. Здесь анализируются проблемы выявления закономерностей распределения птиц, прогнозирования состава и численности гнездящихся видов, а также изучения многолетней динамики их обилия. Наличие в работе конкретных количественных данных, полученных применительно к территории Саратовской области, а также приложения, включающего перечень видов региональной орнитофауны, позволяет говорить не только о теоретической, но и высокой практической значимости пособия.

Обобщающий характер имеет учебное пособие, посвященное орнитофауне Саратовской области [594]. Оно выходит в 2002 г. и открывает серию из четырех книг, которые призваны помочь специалистам в области естествознания, студентам, аспирантам, натуралистам, педагогам и сотрудникам государственных учреждений по охране окружающей среды познать животный мир региона. Высокая значимость издания подтверждается рекомендацией Отделения по биологии Учебно-методического объединения по классическому университетскому образованию использовать его в качестве учебного пособия для студентов высших учебных заведений, обучающихся по биологическим специальностям. В работе представлен общий анализ населения птиц региона, дана характеристика каждого отряда и семейства, представители которого встречаются в Саратовской области. Материалы по наиболее обычным, а также редким и исчезающим видам, которые занесены в региональную Красную книгу и нуждаются в повсеместной охране, собраны в видовых очерках. Особое внимание уделено формированию представления о внешнем виде животных. Текстовые описания птиц дополнены их изображениями, что позволяет легко узнавать их в природе.

В конце XX столетия в результате накопления обширного материала по орнитофауне региона сложились объективные предпосылки для обобщения полученных за столетний период данных и подготовки обзорных публикаций, включающих эколого-фаунистическую характеристику населения птиц Саратовской области. Попытки такого анализа в последние годы уходящего столетия, конечно же, были предприняты, однако глубина и корректность его проработки не всегда были сопоставимы и даже при поверхностном ознакомлении вызывают массу замечаний. В частности, И.Б. Кочетова [595] приводит список птиц региона, включающий 297 видов, 23 из которых относятся к группе случайных залетных. Характер пребывания в области других птиц в работе не указывается, а ссылки на источник информации в отношении обнаружения редких видов отсутствуют. В публикации не акцентировано внимание на результатах собственных исследований автора, что при отсутствии целостного обзора данных литературы не позволяет отнести исследование к разряду оригинальных.

Орнитологические работы, выполненные в первые годы нового столетия, явились логическим продолжением тех исследований, которые были начаты в конце XX в. Среди приоритетных направлений деятельности региональной научной школы можно в этот период выделить несколько наиболее значимых. Во-первых, это работы по изучению особенностей формирования и структуры орнитонаселения пойм малых рек Саратовской области. Они выполнены на основе анализа видового разнообразия и плотности населения птиц в долинах рек Медведицы (Правобережье), Еруслана, Б. Иргиза (Заволжье). Полученные результаты представлены в нескольких публикациях в сравнительном аспекте [596–598], что позволяет выявить как общие, так и специфические особенности формирования пойменных орнитокомплексов в различных физико-географических условиях. В ходе проводимых работ получены, кроме того, обширные материалы по фенологии миграции и гнездования птиц в долине малых рек, например в долине правобережных волжских притоков в ранневесеннее время [599], а также в пределах предгнездового аспекта [600].

Во-вторых, продолжаются исследования по выявлению структуры орнитокомплексов сухих степей, а также динамики орнитонаселения в ходе восстановления растительности на залежных и пастбищных участках. В этом направлении, в частности, работают сотрудники Саратовского филиала Института проблем экологии и эволюции им. А.Н. Северцова, результаты многолетних наблюдений которых были обобщены в начале XXI столетия. Эти работы выполнены на примере Приерусланской степи, где с 1996 г. на постоянных участках проводились орнитологические наблюдения [601]. Отмечая высокую значимость проведенных исследований, позволивших выявить основные тренды в изменении облика сухих степей Заволжья в вековом масштабе, нельзя не высказать некоторого сожаления относительно отсутствия в работе конкретных данных об уникальных случаях гнездования в пределах таловского участка Приерусланской степи редких птиц региона. Так, не подтверждено достоверными материалами размножение здесь просянки (Emberiza calandra), черноголового чекана, белокрылого жаворонка [602], а также желтоголовой трясогузки (Motacilla lutea), коростеля, степного луня, авдотки и др. Это ни в коей мере не снижает значимости проведенных работ и может рассматриваться лишь как досадное упущение авторов.

Более того, принимая во внимание первичные сведения, полученные сотрудниками института, в дальнейшем на основе более тщательных и обширных исследований было подтверждено пребывание просянки в регионе. В итоге осуществленных в первые годы XXI столетия работ были представлены достоверные данные о динамике пребывания вида на севере Н. Поволжья, выявлена цикличность в перемещении репродуктивной границы ареала вида на восток, составляющая 35–45 лет [603]. В частности, установлено, что расширение распространения наблюдается в периоды с относительно высокими показателями увлажнения в пределах лесостепных и степных ландшафтов, когда активизируются процессы мезофилизации растительности. На основе полученных сведений прогнозировалась долговременная стабилизация гнездовой популяции просянки в Н. Поволжье к 2030 г. и в последующий период [604].

Основной вывод, который сформировался на основе выполненных коллективом института работ, заключается в том, что в настоящее время происходит расселение и увеличение численности мезофильных видов позвоночных животных, а также параллельное сокращение численности и сдвиг к югу северных границ ареалов ксерофильных видов. По мнению М.Л. Опарина и О.С. Опариной [605], ведущую роль в этом играют климатические факторы, которые опосредованно через изменение параметров биотопов влияют на процессы расселения птиц. Примером подобной динамики распространения степных видов является перемещение границ ареала серого (Calandrella rufescens) и малого жаворонков в Н. Поволжье на протяжении последнего столетия [606].

Палеонтологические материалы по птицам Н. Поволжья крайне скудны и для воссоздания истории формирования орнитофауны региона и ареала отдельных видов недостаточны. В этой ситуации познание генезиса фауны можно осуществить лишь на основе косвенных сведений, в том числе палеозоологических материалов по млекопитающим и палеоботанических данных. Однако даже на этой основе любые построения оказываются более или менее гипотетичными. Такой характер, например, имеет исследование, посвященное построению вероятной модели взаимоотношений степного сурка и обыкновенной каменки в прошлые геологические эпохи и настоящее время [303, 607].

Фауна птиц севера Н. Поволжья включает широкий спектр видов, чье распространение в регионе значительно изменилось в исторически обозримый промежуток времени, т.е. за последние несколько столетий. Для большинства видов с динамичной структурой распространения эти изменения могут рассматриваться как расширение или сокращение ареала, вызванное активизацией цикла его перемещения, либо процессов вымирания. Существуют виды, для которых следствием сокращения распространения в пределах степного зонального комплекса является образование дизъюнктивного ареала. Кроме того, известны примеры, когда долговременное изменение численности вида носит последовательный цикличный характер, основанный на изменении репродуктивных показателей животных. Например, прогрессирующее современное расселение индийской камышевки рассматривается как результат каких-либо адаптационных сдвигов, приводящих к повышению выживаемости и конкурентоспособности, т.е. как естественная стадия в жизни любого вида [608].

Изучению причин и течения долговременных динамических процессов в распространении позвоночных животных региона посвящен цикл публикаций. Для решения обозначенной проблемы на первом этапе авторам представлялось целесообразным рассмотреть общие вопросы генезиса фауны севера Н. Поволжья, что позволило выявить исторические корни основных типов динамики распространения животных. Реконструкция фауногенетических процессов имеет серьезное биологическое значение в контексте зоогеографических и палеоэкологических построений. Особенно любопытны такие исследования для сравнительно небольшой территории Саратовской области, поскольку позволяют отслеживать частные стороны фауногенеза, знание которых весьма полезно при рассмотрении более общих проблем. Обсуждаются проблемы динамики распространения птиц севера Н. Поволжья под воздействием естественных факторов среды и в ходе эволюционно обусловленных исторических процессов. В ходе проведенных в данном отношении исследований были проанализированы вопросы происхождения и формирования современной фауны севера Н. Поволжья. В этой связи была дана краткая характеристика развития климата, ландшафтов и растительности, а также приведены обобщенные палеонтологические данные по ископаемым животным региона и прилегающих территорий в третичное время в пределах палеогена [609] и неогена [610], а также в четвертичный период в отношении плейстоцена [611] и голоцена [612]. В итоге были выявлены основные пути формирования орнитофауны региона в прошлом, которые привели к становлению облика зональных комплексов до начала воздействия деятельности человека на природные комплексы. С этого периода на распространение птиц начинает оказывать воздействие антропогенный фактор, который играет значительно бóльшую роль в генезисе фауны, чем все природные факторы среды вместе взятые.

На этой основе в ходе второго этапа работ было выделено несколько групп видов с различным типом динамики ареала. В качестве основных причин изменения распространения птиц приводятся циклические колебания определенных абиотических факторов, под непосредственным влиянием которых происходила их эволюция, изменение уровня обводненности Каспия и других водоемов, доминирующие климатические тренды различного масштаба, динамика обилия жертв или поставщиков убежищ птиц и др. [613, 614].

В нескольких сообщениях в рамках обозначенной тематики обсуждаются проблемы динамики распространения птиц севера Н. Поволжья под воздействием антропогенных факторов. Выделено несколько групп основных причин дестабилизации популяций животных. В качестве таковых приводятся прямая и косвенная элиминация, а также лимитирующие антропогенные факторы. Детально анализируются вопросы пестицидного загрязнения природных комплексов в ходе широкого применения инсектицидов, гербицидов, родентицидов и других групп токсичных препаратов. Выявлены масштабы поражения орнитокомплексов вследствие применения на изучаемой территории пестицидов, а также последствия интоксикации организма птиц и миграции ядов по пищевым цепям. Показана ведущая роль динамики трофической базы в процессах распространения некоторых птиц региона [615].

Одним из частных примеров преобразования природной среды под действием человека является вырубка лесов. Обозначенный процесс, а также чрезмерный выпас скота на склонах Приволжской возвышенности привели во многих местах к интенсивной эрозии и образованию оврагов. В свою очередь, данные явления определили перераспределение экологических ниш между пластичными и стенотопными видами, стимулировали расселение на обширных территориях птиц-норников, способствовали повышению биологического разнообразия дендрофильных и лимнофильных видов птиц на локальных участках облесенных оврагов. Указанные явления в пределах изучаемой территории носят масштабный характер, что обусловливает особую актуальность изучения подобных процессов. Этой тематике, например, посвящено исследование И.А. Федоровой, когда в качестве модельных объектов автором были выбраны два оврага в пределах Саратовского административного района. Один из них располагается на территории обширных лесных массивов в окрестностях с. Буркин буерак, а второй – вблизи Будановой горы у с. Багаевка. На основе наблюдений, осуществленных здесь в гнездовой период 2003 г., было установлено, что овраги в пределах Приволжской возвышенности являются своеобразными резерватами разнообразия орнитофауны. Видовая структура формирующихся здесь сообществ птиц определяется типом ландшафтов. Среди гнездящихся птиц здесь отмечены редкие для Саратовской области виды, в том числе филин, огарь, желна и др. [616].

Столкновение птиц с проводами и поражение их электротоком на ЛЭП носит глобальный характер и с начала 1970-х гг. является одной из актуальных проблем сохранения биологического разнообразия. Не является исключением и территория Саратовской области, где широко распространены трехфазные воздушные линии электропередачи ВЛ 6–10 кВ на железобетонных опорах со штыревыми изоляторами. Именно эти инженерные сооружения вследствие нескольких отличительных особенностей являются самыми опасными для птиц [617]. Проведенные в 2000 г. на территории Александровогайского района полевые исследования показали, что основная доля погибших здесь от поражения электрическим током птиц приходится на врановых. Так, на обследованном 30-километровом участке электросетей было обнаружено 293 погибших грача, 34 галки, 15 сорок и 15 серых ворон. Значительный уровень технической элиминации свойствен также дневным хищным птицам. Наибольшая смертность характерна, например, для обыкновенной пустельги (20 особей/30 км маршрута), что обусловлено обычным характером гнездования сокола на опорах ЛЭП. Кроме того, на столь незначительном по протяженности участке было обнаружено 8 погибших кобчиков, 7 черных коршунов, 6 степных орлов и 1 курганник. Здесь же регулярно поражаются током вяхирь (Columba palumbus) и обыкновенная каменка (Oenanthe oenanthe) [618]. Столь же обычны и широко распространены примеры гибели птиц при столкновении с электрическими проводами. Так, на территории саратовского Заволжья только в 2002–2003 гг. было зарегистрировано 13 случаев гибели дрофы, из которых 6 приходилось на долю столкновения птиц с проволочными магистралями [619].

Некоторые аспекты проблемы расселения птиц в степном саратовском Заволжье рассмотрены в работе С.Н. Семихатовой и Н.Ю. Захаровой [620]. Авторами исследовалась орнитофауна полезащитных лесных полос различного назначения на территории Краснокутского административного района в пределах Еруслано-Узенского ландшафтного района. В 1998–1999 гг. исследователи изучали на выделенной территории зависимость состава орнитокомплексов от типа насаждений, биотопическую приуроченность отдельных видов, распределение гнездящихся птиц по ярусам. В итоге было установлено, что орнитофауна лесных полос представлена 60 видами, относящимися к 8 отрядам. Наибольшую долю (61.7%) в составе орнитокомплексов по числу видов занимают воробьинообразные, к группе гнездящихся здесь относятся 38 видов. Основу гнездовой фауны составляют опушечные и кустарниковые формы. Заселение искусственных лесных насаждений осуществляется преимущественно за счет широко распространенных видов, экологически связанных с населенными пунктами, открытыми стациями и приречными зарослями кустарников.

Отдельные орнитологические сведения, относящиеся к территории Саратовской области и сопредельных административных районов других областей Среднего и Н. Поволжья, Подонья и Центрального Черноземья, содержатся в фаунистических обзорах, выполненных на основе сравнительного анализа видового богатства и относительной численности птиц в историческом аспекте применительно к той или иной физико-географической зоне. Так, анализу состояния фауны неворобьиных птиц юга лесостепной зоны правобережного Поволжья в XX в. посвящена обширная статья В.В. Фролова с соавторами [621]. В ней, в частности, содержатся сведения о распространении в изучаемом регионе (в сопредельных районах в Пензенской области) огаря, степной тиркушки, курганника, орлана-белохвоста и беркута. Роль антропогенно трансформированных территорий в размещении околоводных птиц в лесостепной зоне правобережного Поволжья раскрывается на примере околоводных местообитаний, когда адаптация к условиям искусственных водоемов способствовала проникновению в Пензенскую область на гнездовании в 1980–2000 гг. лебедя-шипуна, огаря, красноголового нырка, хохлатой чернети, обыкновенного гоголя, скопы, ходулочника, мородунки, малой, озерной, серебристой (Larus argentatus) и сизой чаек [622]. Примечательным, на наш взгляд, является и тот факт, что на указанной территории в состав гнездовой фауны в последние несколько десятилетий были включены средний дятел, большая белая цапля, белый аист, орел-карлик, кваква, европейский тювик и погоныш-крошка. Это наглядно отражает общую тенденцию в динамике распространения указанных видов в Поволжье [623]. Аналогичные тренды изменения количественных показателей известны применительно к территории сопредельных районов Пензенской области для степного луня и ходулочника [624].

Фаунистический анализ состава птиц Среднего Поволжья, в том числе Пензенской, Ульяновской и Самарской областей, представлен в работе Е.В. Лысенкова с соавторами [625]. Некоторые данные о статусе редких видов неворобьиных птиц (серого журавля, светлых луней и др.) данной территории содержатся в работах В.В. Фролова и С.А. Коркиной [626, 627], а также С.А. Коркиной и Д.В. Салагина [628]. Более детальные материалы о размножении огаря в Неверкинском и Малосердобинском районах Пензенской области находим в обширном видовом очерке [629]. Катастрофическое снижение численности восточноевропейской популяции клинтуха (Columba oenas) иллюстрируется В.П. Беликом [630] на примере обширных исследований, осуществленных в 1996 г. на территории сопредельных Сердобского и Бековского административных районов Пензенской области. Из Колышлейского административного района той же области получены оригинальные оологические сведения (величина кладки, размер яиц, степень вариации и изменчивость величины кладок и размеров яиц по годам) по желтолобой трясогузке [631].

Популяционные тренды применительно к гнездящимся птицам северных районов Волгоградской области позволяют выявить анализ коллективной работы В.П. Белика с соавторами [632]. Здесь представлены независимые оценки В.Н. Мосейкина и В.Ф. Чернобая, которые во многом сходятся: авторами отмечено прогрессирующее расширение ареала и увеличение численности большого баклана, ходулочника, светлокрылой крачки, седого дятла, черного стрижа, золотистой щурки и других видов. Вместе с тем исследователи указывают на перемещение границ ареала в восточном направлении для степной тиркушки и каменки-плясуньи, на повсеместное сокращение численности в нижневолжском регионе серой утки, белоглазого нырка, черной и малой крачек, европейского тювика, обыкновенной горлицы (Streptopelia turtur), береговой ласточки, обыкновенного жулана (Lanius collurio), ястребиной славки (Sylvia nisoria), черного жаворонка и обыкновенного скворца [632]. Обширные сведения о состоянии популяций дрофы и стрепета в пределах сопредельного Старополтавского административного района Волгоградской области находим в обзорной работе В.Ф. Чернобая [633]. Значение Приэльтонья для охраны птиц рассматривается в статье С.А. Букреева и В.Ф. Чернобая [634]. Материалы по распространению змееяда в сопредельных волгоградских административных районах содержатся в публикации В.П. Белика с соавторами [635].

В период с 1996 по 1999 гг. в рамках проектов Союза охраны птиц России «Поиски мест гнездования тонкоклювого кроншнепа» и «Выявление ключевых орнитологических территорий, важных для сохранения редких и мигрирующих видов птиц» В.В. Морозовым и С.В. Корневым [636] была выполнена обширная серия полевых работ, приуроченных главным образом к территории Оренбургской области. Полученные исследователями данные по распространению редких видов птиц зачастую относятся к сопредельным территориям, а иногда собраны непосредственно в пределах саратовского Заволжья. В данном отношении особую научную значимость для развития региональных фаунистических знаний имеют материалы по дербнику (Falco columbarius), черноголовому хохотуну, филину, соловьиной широкохвостке (Cettia cetti), белошапочной и желчной овсянкам. В рамках аналогичного проекта «Коростель» в мае 1996 г. проводил свои наблюдения А.П. Межнев [637], который приводит интересные данные о регистрации степного луня, красавки, авдотки и большого кроншнепа.

В отношении состояния популяций редких и охраняемых видов куликов в пределах сопредельных северных административных районов Волгоградской области, а также некоторых южных участков изучаемого региона находим обширные сведения в обзорной работе В.П. Белика [638]. На основе анализа литературы, неопубликованных сведений региональных исследователей и собственных данных автором предпринята попытка оценки распространения и численности 10 видов указанной таксономической группы на обширных пространствах юга России. Исследователем было установлено, что наиболее угрожающая ситуация сложилась в отношении кречетки, которая практически исчезла в регионе. В критическом состоянии находится также степная популяция большого кроншнепа. Без специальной законодательной охраны южнорусские популяции кулика-сороки, большого веретенника и степной тиркушки в будущем, вероятно, будут обречены на сокращение вплоть до исчезновения. Только состояние популяций авдотки, ходулочника и шилоклювки характеризуется как стабильное, и судьба этих куликов пока не вызывает опасений [638].

В отношении сопредельных административных районов Ульяновской области данные об орнитофауне пограничных с Саратовской областью участков находим как в обобщающих статьях и сводках [639–643], так и более частных публикациях, посвященных обнаружению отдельных видов птиц. Работы подобной направленности известны, например, для индийской и тростниковой камышевок, расширяющих свое распространение [644], филина, гнездование которого отмечалось в непосредственной близости от границ изучаемого региона [645], а также огаря [646]. Материалы по распространению последнего вида в пограничных районах Самарской области содержатся в видовом очерке, составленном Г.П. Лебедевой с соавторами [647]. Обобщая сведения о распространении розового скворца в Предкавказье и на Дону, В.П. Белик [648] приводит данные о регистрации этих птиц и в некоторых административных районах изучаемой территории. Обширные сведения о распространении редких и малоизученных птиц среднего течения р. Вороны в пределах сопредельных административных районов (Уваровского, Мучкапского, Инжавинского и Уметского) Тамбовской области находим в работах С.А. Евдокишина [649], Г.П. Воробьева [650] и А.Н. Гудиной [651]. Особого внимания, по нашему мнению, заслуживают данные о размножении в непосредственной близости от северо-западных границ Саратовской области большой белой цапли, белого аиста, лебедя-шипуна, серого журавля, дрофы, большого веретенника, горихвостки-чернушки (Phoenicurus ochruros), а также встречи белой совы (Nyctea scandiaca), розового скворца, кедровки (Nucifraga caryocatactes), садовой камышевки и оляпки.

Орнитологические исследования, выполненные в пределах изучаемого региона, особенно в последние десятилетия, были бы невозможны без коллекционных сборов и зоологических коллекций – важнейших источников информации. Они являются документальным подтверждением корректности выполненных фаунистических работ, а также служат основой для проведения исследований по систематике той или иной таксономической группы птиц. Особенно их значение возрастает в настоящее время в связи с развитием работ по составлению Государственного кадастра животного мира России.

В этой связи целесообразно отметить, что Зоологический музей Саратовского государственного университета сравнительно молодой, хотя и был основан в 1909 г. Музей успешно развивался, однако периоды войн, пожар 1992 г., да и последний период экономического спада 1990-х гг. негативно отразились на его состоянии. Некоторые коллекции погибли без должного ухода. Начало формирования орнитологической научной коллекции связано с именем доцента И.Б. Волчанецкого, который возглавил единую кафедру зоологии в 1931 г. Повторное возрождение фондовых коллекций птиц началось в послевоенные годы и максимального развития они достигли к концу 1960-х гг. Однако большая часть этих сборов безвозвратно погибла во время пожара летом 1992 г., когда огнем было уничтожено более тысячи научно-коллекционных шкурок птиц. Восстановление коллекции началось лишь спустя несколько лет. С этого периода с целью пополнения орнитологических фондов ежегодно проводятся экспедиционные исследования, в результате которых была обследована обширная территория юго-запада России и сопредельных территорий (Н. Поволжья, Среднего Подонья, Предкарпатья, Подолья, Калмыкии, Предкавказья, Западного Казахстана, Алтая, Западной Сибири, Северного Прикаспия).

В настоящее время орнитологическая коллекция зоологического музея насчитывает более 3 тыс. экз. птиц, относящихся к 180 видам. Наиболее полно в коллекции представлены воробьинообразные птицы, занимающие в ней около 70%. Часть видов (Passer montanus, Luscinia svecica и др.) представлена в орнитологических фондах сериями из 30–60 и даже 100 экземпляров. Сравнительно богаты сборы ржанкообразных, дневных хищников, ракшеобразных и дятлообразных, которые составляют около 700 экземпляров [652]. Накопление традиционных фаунистических сборов позволило, например, документально подтвердить гнездование в долине р. Волги индийской камышевки на начальных этапах ее расселения, выявить начало и проследить хронологию проникновения в левобережье Саратовской области большого баклана, широкохвостой камышевки, тонкоклювой камышевки [653], подтвердить гнездование лутка на крайнем юго-востоке саратовского Заволжья [654]. Анализ коллекционных сборов неоднократно использовался различными исследователями с целью изучения периодичности инвазий кедровки в пределах региона [655], подтверждения зимовки на севере Волгоградской области, а также в волжской долине среднего дятла и т.д.

В настоящее время основными приоритетными направлениями дальнейших работ по формированию научной орнитологической коллекции зоологического музея Саратовского государственного университета являются: исследование районов, сборы с территории которых недостаточны или совсем отсутствуют; создание каталога оологических материалов и гнезд птиц, хранящихся в фондах музея; активизация работы по расширению географии сборов за счет обмена фондами с другими зоологическими музеями страны и зарубежья [656].

В начале XXI столетия продолжились работы по подготовке второго издания Красной книги Саратовской области, выход в свет которой запланирован на начало 2006 г. В этой связи внимание орнитологов было сосредоточено на накопленных за прошедшее десятилетие сведениях, что позволило пересмотреть представление в отношении природоохранного статуса ряда видов. Такие данные, например, были представлены в отношении серощекой поганки [657]. Было показано, что в современных условиях началось расширение распространения поганки на север, которое достигло максимальных темпов в период с 1980 по 1985 гг. и продолжается в настоящее время. Приведенные сведения позволили спрогнозировать дальнейший рост гнездовой популяции этих птиц на севере Н. Поволжья в ближайшее десятилетие, а количественные данные – высказать предложение о выведении вида из списков региональной Красной книги.

Изучение сообществ птиц в долинах рек Медведицы, Б. Иргиза и Еруслана осуществлялось в 1998–2002 гг. в верхнем, среднем и нижнем течении названных водоемов [658]. Целью данной работы являлось комплексное изучение видовой структуры и пространственной организации населения птиц различных экологических зон долин малых рек и их сравнительная характеристика. Для реализации данной цели выявлялось видовое разнообразие и проводилась количественная оценка орнитокомплексов на различных участках долины, осуществлялась их сравнительная характеристика. Одновременно выявлялось влияние на состав фауны птиц степени развитости долины, истории ее формирования, антропогенного воздействия и др. В результате проведенных исследователем работ было установлено, что в пойменных экосистемах малых рек Право- и Левобережья региона обитает 201 вид птиц, из которых 159 – гнездящихся. Сообщества птиц лесных фитоценозов Правобережья и Заволжья сходны между собой в видовом отношении. Наиболее бедны в фаунистическом плане притеррасные водоемы и степные участки поймы р. Медведицы, а на степных участках с разной степенью антропогенной трансформации долины р. Еруслан отмечено лишь 10–17 видов с суммарным обилием 9.2–15.6 особи/га. Максимальное число видов регистрируется в пойменных осокорниках и дубравах всех изученных водоемов.

Наиболее значимым фактором, определяющим основные черты сообществ птиц, является площадь речной долины. Именно поэтому авифауна р. Медведицы характеризуется наибольшей выровненностью видов по обилию, максимальным общим видовым разнообразием и наименьшей степенью доминирования. Пойменные участки, испытывающие воздействие урбанизации, лишь на 69.7% населены видами, свойственными для поймы в целом. В верховьях малых рек близость жилой застройки способствует повышению видового разнообразия гнездовой фауны долины, в средней и нижней частях – напротив, на видовом богатстве сказывается отрицательно [659].

На современном этапе орнитологических исследований зачастую приходится разрабатывать вопросы формирования, функционирования и устойчивости экосистем на урбанизированных и сельскохозяйственных территориях. Решение обширного спектра проблем, лежащих в данной области, требует анализа большого объема как количественных, так и факторологических данных. Подобные теоретические и практические направления в настоящее время наиболее успешно реализуются на основе использования ГИС-технологий. В качестве примера таких изысканий можно привести работы по изучению биологии и пространственного распределения редких и исчезающих видов животных региона [660, 661], а также использование ГИС-технологий в анализе видового разнообразия и численности птиц в условиях больших и малых населенных пунктов [662, 663]. Например, с использованием указанных технологий с 15 сентября по 15 октября 1998–2001 гг. изучалось население дрофы и красавки и его изменения во времени и пространстве в левобережной части Саратовской области. С этой целью проводились учеты птиц в пределах квадратов 2020 км (108 полных и 25 редуцированных), построенных на основе системы UTM (5050 км), используемой для составления Атласа гнездящихся птиц Европы [664]. Общая площадь обследованных местообитаний составила около 46 тыс. км2. В ходе учетов было зарегистрировано 2647 дроф и 1762 красавки. Использование ГИС-технологий позволило экстраполировать полученные первичные сведения на всю гнездовую область данных видов в пределах саратовского Заволжья. В итоге общая численность дрофы в предмиграционный период была оценена в 4500, а красавки – 3000 особей [661]. Результаты данных исследований со всей очевидностью свидетельствуют в пользу того, что современные информационные технологии позволяют использовать быстродействие ЭВМ для анализа больших массивов данных территориально привязанной информации, что значительно ускоряет возможность построения карт методами автоматизированного картографирования и математико-статистической обработки.

В качестве иллюстрации столь эффективного использования ГИС-технологий в орнитологических исследованиях обратим внимание на комплекс работ, выполненных в отношении орнитофауны областного центра. Так, в ходе комплексного изучения пространственно-типологической и сезонной организации населения птиц урбанизированных ландшафтов




оставить комментарий
страница4/27
Дата11.09.2011
Размер6.29 Mb.
ТипКнига, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

страницы: 1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   27
средне
  1
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Загрузка...
Документы

Рейтинг@Mail.ru
наверх