Материалы Вторых лермонтовских чтений icon

Материалы Вторых лермонтовских чтений



Смотрите также:
Материалы шестых Лермонтовских чтений...
Ярассказать хотел о нем...
Г. Ф. Боровикова Материалы краеведческих чтений...
«Лермонтов и Рембрандт» явилась темой моей дипломной работы в Ярославском государственном...
Филологические записки: материалы герценовских чтений...
Программа проведения Вторых лоцманских чтений «Лоцманы России на службе Отечеству»...
Программа чтений 8 декабря Российская государственная библиотека 10. 00 11...
В. И. Ситникова Художник: И. И. Касилова Ответственный за выпуск: О. А...
Книга содержит материалы докладов и выступлений участников Лемпертовских чтений- VI...
-
«Ломоносовские чгения-2005»...
Программа кирилло-мефодиевских чтений порядок проведения чтений: Чтения проводятся 15 24 мая...



страницы: 1   2   3
вернуться в начало
скачать

Лермонтов и Кавказ: чеченцы в произведениях поэта




Д
27
умая о сегодняшних бурных днях Кавказа, невольно обращаешься к гению великого поэта М.Ю. Лермонтова, чтобы сверить раздумья свои , переживания со свидетельствами того, кто в минувшем веке и в стихах, и в прозе высказал неподкупную истину о завоевании Кавказа. Этот поэт , которого уважали даже враги на ратном поле, презирал патриотическую ложь и говорил всегда то, что думал. Каким рыцарством духа , справедливости и свободы мышления обладал Михаил Юрьевич! В своих произведениях молодой поэт обращается к народу -центральной теме эпохи, изучает психологию народных масс. Автор «Поля Бородина» живописует не борьбу за народ великого человека, подвижника-революционера, а борьбу самого народа за свое освобождение. В этом и суть Лермонтовского рассмотрения исторической и социально-политической темы. И тема Кавказа в его произведениях свидетельствует , как гений поэзии сочувственно относится к горским племенам, против которых поэту самому приходится выступать в карательных экспедициях.

Е
28
сли открыть том кавказского сборника , что издавался военно-историческим отделом Закавказской армии в Тифилисе, мы увидим сводки военных действий , приказы по армии, переписку Шамиля с генерал-майором Клюки Фон Клугенау, многие характеристики Кавказской войны. Вот одна из них – подполковника Эсадзе из генерального штаба: «Кавказская война была войной необыкновенно трудной, ибо нашей армии приходилось бороться и побеждать… сильного врага, каким являлись свободолюбивые народы, которые населяли недра Кавказских гор… и пламенно сражались за свои земли, за свои родные очаги…» Какое честное признание справедливости горского сопротивления! Далее в этом же 32 томе мы смотрим «Журнал военных действий отряда под начальством генерал-лейтенанта Галафеева на левом фланге кавказской линии с 6 по 17 июля 1840 года». Отряд выступил из крепости Грозненская и с ожесточенными перестрелками достиг крутого рубежа на реке Валерик. В отряде было немало заслуженных офицеров высоких рангов, к тому же в нем находился поручик Лермонтов. Вот несколько фраз из обстоятельной журнальной записи генерала Галафеева: «Впереди виднелся лес, двумя клиньями подходящий со всех сторон к дороге. Едва артиллерия начала сниматься с передков, как чеченцы со всех сторон открыли убийственный огонь…» Идет подробное описание боя, диспозиции отряда, принятых решениях. А дальше генерал Аполлон Васильевич упоминает имена многих офицеров, отличившихся в кровавой схватке, и среди тех, чьей «распорядительности и мужеству» отдается должное, он называет «Тенгинского пехотного полка поручика Лермонтова и 19-й артиллеристской бригады прапорщика фон Лоер-Лярского, с коим они переносили все мои приказания войскам в самом пылу сражения лесистом месте, заслуживает особого внимания, ибо каждый куст, каждое дерево грозили внезапной смертью». После перечисления всех, выказавших храбрость в бою на Валерике, Галафеев с высоты совестливой духовности оставляет такое горькое рыцарское признание: «должен отдать также справедливость чеченцам, они исполнили все, чтобы сделать наш успех сомнительным». И нам становится понятным, почему в старину поле боя именовалось полем чести. В нынешней кровожадной чеченской кампании кто из офицеров мог бы такое написать? Лермонтов в стихотворении «Я к вам пишу случайно, право…» запечатлел с гениальной художественной изобразительностью бой на Валерике, его поэтическое свидетельство по деталям очень совпадает с реляцией генерала Галафеева. Валерик – приток реки Сунжи. Название реки происходит от чеченского «валлариг» - мертвый. Отсюда у Лермонтова Валерик - река смерти. И так же, как его военачальник, Лермонтов с уважением и симпатией относится к чеченцам. Они для него не какие-то головорезы, а доблестные удальцы:

Нам был обещан бой жестокий,

Из гор Ичкерии далекой

Уже в Чечню на братный зов

Толпы стекались удальцов…

И вот окончился кровавый бой, стоивший немалого числа жизней с обеих сторон. Русские вроде бы победили, но вместо торжества - печальные раздумья:

И с грустью тайной и сердечной

Я думал: жалкий человек,

Чего он хочет!.. небо ясно,

Под небом места хватит всем,

Но беспрестанно и напрасно

Один враждует он – зачем?

А дальше по ходу сюжета , как вы помните, поэт спрашивает своего старого чеченского кунака Галуба:

А много горцы потеряли?

-Как знать? – зачем вы не считали!

«Да! будет, кто-то тут сказал.-

Им в память этот день кровавый!»

Чеченец посмотрел лукаво

И головою покачал…

Мысль поэта предельно ясна: этот бой не только «в память» чеченцам, но и самим русским. Никто не уступал в доблести, где шел обмен головы на голову. И если в Бородинском бое везде и всюду у Лермонтова чувствуется человек: «Да. Были люди в наше время», то в «Валерике» человек превратился в зверя. Он потерял и свое человеческое достоинство и свою национальность.

Такое отношение в своих произведениях к горцам вряд ли могло быть у человека, который не относился бы с симпатией к этому краю.

Приветствую тебя, Кавказ седой,

Твоим горам я путник не чужой…

И
29
ли

Тебе, Кавказ, - суровый царь земли –

Я снова посвящаю стих небрежный:

Как сына ты его благослови

И осени вершиной белоснежной!

От ранних лет кипит в моей крови

Твой жар и бурь твоих порыв мятежный…

Сам М.Ю. Лермонтов был человеком могучего мятежного духа, постоянно ищущим себя. И на Кавказе поэт себя находит. Во многих его произведениях, посвященных этой теме, мы улавливаем его душевное настроение через его героев. Здесь поподробнее хочу остановиться на поэме «Мцыри», помните: «Однажды русский генерал из гор к Тифлису проезжал, ребенка пленного он вез»?

Много лет спустя грозненский искусствовед Н.Ш. Шабаньянц нашел документальное подтверждение тому, что прототипом Мцыри послужил уроженец Дады-Юрта. В архивах сохранился документ о передаче А.П. Ермоловым своему двоюродному брату , тоже генералу, служившему в Грузии, чеченского мальчика на воспитание. Было это в 1822 году, когда будущему талантливому живописцу исполнилось 6 лет. Назвали мальчика Петром, а фамилию дали по имени казака Захара Недоносова, у которого он находился на попечении.

Дальнейшая судьба Петра Захаровича Захарова (1816-1852) была сколь тяжелой, столь и удивительной. Его наставник, Петр Николаевич Ермолов, с первых же дней пребывания мальчика в Тифлисе, обнаружил в нем неутолимую страсть к рисованию. И он предпринимает энергичные усилия, чтобы определить воспитанника в Петербургскую академию художеств. Но это было не просто: туда не принимали крепостных и жителей национальных окраин. В конце концов Захарова зачислили «неклассным учеником». В 27 лет ему присваивается звание академика живописи.

Интересна история написания Петром Захаровым портрета М.Ю. Лермонтова. Художник изобразил поэта в шинели, накинутой на плечи. Современники считали образ поэта, созданный Захаровым, самым правдивым, наиболее точно передающим черты и характер Лермонтова. Михаил Юрьевич написал «Мцыри» после знакомства с живописцем – очевидно, рассказ художника о своем детстве произвел на поэта сильное впечатление.

В
30
о время учебы в Академии «художник из чеченцев», как он подписывал полотна, написал портреты многих своих великих современников. Как один из самых талантливых и преуспевающих в учении питомцев Академии художеств, Петр Захаров рассчитывал, что его пошлют за границу для дальнейшего совершенствования мастерства – такова была сложившаяся в то время традиция. Именно в то время там находился Карл Брюллов. Но какова ирония судьбы! В тот самый момент, когда юноша работал в мастерской, копируя портрет самодержца «всея Руси» - Николая 1, царь самолично вычеркнул фамилию Захарова из списков отъезжающих на учебу в Италию.

Это был удар для больного , с детства страдающего чахоткой художника: надежд на то, что удастся поправить здоровье, не оставалось.

Благодаря долгим и кропотливым поискам Шабаньянца обнаружено большое количество полотен, принадлежавших кисти его земляка. Много сил было отдано, чтобы разыскать десятки портретов и пейзажи, которые оказались разбросанными по многим картинным галереям и музеям страны. Непростой была и работа по выявлению авторства П. Захарова в написании ряда полотен. Пришлось провести серьезное исследование с привлечением самых именитых специалистов, чтобы установить, что автором портрета Н.А. Некрасова, хранящегося ныне в Доме-музее поэта, является именно Петр Захаров.

Несмотря на широкую известность, которую снискал Захаров при своей жизни - а прожил он всего 30 лет – о нем старались не вспоминать. Ведь большинство людей, с которыми сводила судьба художника, не были сторонниками самодержавия.

На родине Петра Захарова о его жизни и творчестве знают все. Картины художника находятся в крупнейших музеях страны – в Третьяковской галерее, в Русском музее и др. К великому сожалению, некоторые картины, находившиеся в Чеченском республиканском музее, безвозвратно утеряны в пламени событий последних лет.

Когда едешь в Грозный, на правом берегу Сунжи есть большое село Лермонтово. Имя селению дал народ, считающий великого русского поэта своим поэтом.

И в завершение, мне хотелось бы привести строки из стихотворения чеченского поэта Магомеда Мамакаева:

Кто не воспел величие вершин,

Кому здесь вдохновенье не явилось?

Здесь Лермонтова сердце чаще билось,

Здесь волю славил он, России сын.













31



^ Третьякова Т.А.,

ведущий методист Угличского филиала

Государственного архива Ярославской области




Иван Никитич Скобелев.

^ Воин и писатель - современник М.Ю. Лермонтова




Мало кто знает в наше время имя Ивана Никитича Скобелева, но во времена М.Ю. Лермонтова это была широко известная личность, человек неординарный, незаурядный. Храбрый воин и самобытный писатель, создавший в своих произведениях немало ярких образов, полюбившихся и простому народу, и высшему свету, избалованному "высокой" литературой и обладавшему тонким литературным вкусом.

Его писательское амплуа - военная тематика. Повествуя, о том, чему был свидетелем за долгие годы своей службы, он простым и доступным для каждого языком писал о русских солдатах, сражениях, полководцах и прочем, воспроизводя в художественных образах часть военной истории страны.

И.Н. Скобелев родился в 1778 г. и был уроженцем Ставропольского уезда Самарской губернии. Его семья жила бедно. Отец происходил из однодворцев и, .дослужившись до чина сержанта, рано умер. Мать - Татьяна Михайловна была женщиной малограмотной, глубоко верующей и патриархально воспитанной. По одной из версий, она была из дворянского рода Коревых, была дочерью бедного офицера времен Петра I. По другой версии - происходила из крестьян.

Оставшись вдовой, посвятила себя воспитанию сына, но мало что могла ему дать, лишь некоторое знание церковных книг. Первой светской книгой, прочитанной Иваном Никитичем (как сам он признавался), был "трианафемский роман" «Мария-Луиза - бранденбургская маркграфиня, или милорд английский Георг с присовокуплением Марцимариса - повести турецкой».

Грамоте И.Н. Скобелев выучился только к 19-ти годам и то по необходимости военной службы. Он научился письму, чтению, арифметике и татарскому языку.

Его военная служба началась в 14 лет, с 1792 г. в качестве вольноопределяющегося 1-го полевого Оренбургского полка, где обратил внимание начальства живостью своего характера - он хорошо плясал, слагал и исполнял залихватские солдатские песни.

В
32
1795 г. он уже в чине сержанта, а вскоре и вахмистра Оренбургского драгунского полка. В 1797 г. переведен в Уфимский мушкетерский полк. В 1804 г. ему дают первый офицерский чин, а в 1806 г. он уже подпоручик 26-го Егерского полка под начальством И.Н. Эриксона. К этому времени он уже и кавалер ордена св. Анны 1-й степени за свой первый бой в Пруссии под Петерсвалъдом.

За кампанию 1806-1809 гг. был представлен к орденам св. Владимира 4-й степени с бантом, св. Анны 3-й степени и золотой шпаге с надписью «За храбрость». Получил звание штабс-капитан. Бок о бок сражался с легендарным генералом Кульневым, генералом Н.Н. Раевским. Отличился при Сарвике, Силистрии, Шумле. При Кирке получил первое серьезное ранение - ядром оторвало два пальца правой руки и раздробило третий, контузило в грудь картечью.

Генерал Н.Н. Раевский предложил И.Н. Скобелеву перейти в его корпус старшим дивизионным адъютантом и тот согласился, но здоровье резко ухудшилось, открылись раны и в 1810 г. Скобелев уходит в отставку, став приставом Московской части г. Санкт-Петербурга.

В 1812 г. он вновь вступил в службу в чине капитана и состоял при генерал-фельдмаршале М.И. Кутузове, став, впоследствии, его старшим адъютантом. Кутузову нравилось как Скобелев писал реляции и бюллетени, но среди знавших и посвященных в штабные дела ходили разговоры, что Скобелеву помогал В.А. Жуковский, который в то время находился в армии волонтером и жил в одной палатке со Скобелевым. Немало слышал рассказов о военных буднях и подвигах от Скобелева и Жуковский.

Участие в Бородинском сражении, при Тарутине, Малом Ярославце и Красном принесли Скобелеву алмазный знак ордена Анны 2-ой степени и молниеносную смену чинов - от майора до полковника лейб-гвардии Литовского полка.

1813 год опечалил Скобелева потерей благодетеля - фельдмаршала Кутузова. Как старший адъютант он сопровождал останки фельдмаршала для погребения в Санкт-Петербург.

В кампании 1814 г. командовал рязанским пехотным полком, с которым отличился в бою под Реймсом, спасши раненого генерала графа Сен-Приеста и подучив орден св. Георгия 4-й степени. А за взятие Монмартpa 18 марта 1814 г. был представлен к ордену св. Владимира 3-й степени.

К
33
омандовал Рязанским полком до 18I7 г., получив чин генерал-майора, с 1817 до 1821 г. - командир 3-й бригады 2-й гренадерской: дивизии, с 1823 по 1826 гг. - генерал-полицмейстер 1-й армии. С этим периодом связана негативная сторона жизни Скобелева, о которой он сам, впоследствии, скажет, что "проштыкнулся": в угоду начальству он пишет доносы, в том числе и на А.С. Пушкина, называя его "вертопрахом" и рекомендуя «содрать с него несколько клочков шкуры» (донос 17 января 1824 г. из Москвы). За эту деятельность он снискал благосклонность шефа жандармов графа А.Х. Бенкендорфа, Но, в то же время Скобелев заступается за солдат взбунтовавшегося Семеновского полка.

В 1828/29 гг. он - начальник 3-й пехотной дивизии и в чине генерал-лейтенанта, но вновь уходит в отставку по состоянию здоровья и поселяется в своем имении Чернышины.

С марта 1831 г. вновь на службе и командует 3-й бригадой Гренадерской дивизии и резервными дивизиями 1-го, 2-го и 3-го корпусов в связи с польской кампанией. Но его боевое участие недолго. 14 апреля 1831 г. под Минском ему раздробило левую руку. Многие тогда удивлялись мужеству Скобелева: он навсегда уходит с боевых позиций и прощальный приказ по армии диктовал, сидя на барабане перед походным лазаретом, в то время, как врачи ампутировали раненую руку. Одна из фраз этого приказа такова: "Для меча и штыка к защите прав батюшки белого царя и славы святого нам отечества, среди храбрых товарищей, и трех по милости божией оставшихся у меня пальцев с избытком достаточно". С этой кампании Скобелев уходил с орденом Георгия 3-й степени. Далее началась его военно-административная карьера.

С 1832 г. он - член генерал-аудиториата, с 1834 по 1837 г. - инспектор резервной пехоты в Нижнем Новгороде. За эту службу удостоен высочайшего внимания и получил в дар табакерку с алмазами и портретом государя.

С 1837 г. из-за открывшихся ран вновь в отставке и лечится в любимом имении Чернышины.

Через два года призван императором вновь на службу и с 8 июня 1839 г. - комендант Петропавловской крепости г. Санкт-Петербурга, директор Чесменской богадельни и член Комитета о раненых. В качестве коменданта Петропавловской крепости Скобелев пребывал до своей кончины. За это время он был возведен в звание генерала от инфантерии, пожалован знаком беспорочной службы, майоратом в Царстве Польском; в 1842 г. получил орден Александра Невского, а в 1847 г. назначен шефом Рязанского полка.

Н
34
а посту коменданта Петропавловской крепости Скобелев многим облегчил жизнь или выпросил у императора прощения как прапорщику Браккелю. На прошении Скобелева за Браккеля Николай I написал: "Старику Скобелеву я ни в чем не откажу. Надеюсь, что после солдатских увещаний виновному из Браккеля выйдет опять хороший офицер. Выпустить и перевесть в армейский полк тем же чином".

А.О. Смирнова-Россет и многие другие называли Ивана Никитича "добрейшим комендантом".

И.Н. Скобелев скончался 19 февраля 1849 г., 22 февраля состоялись пышные, торжественные похороны. Был расписан "Порядок церемониала погребения тела коменданта С.-Петербургской крепости И.Н. Скобелева" со следующими подробностями: “тело покойного, одетое в генеральский мундир "с шефскими эполетами Рязанского пехотного полка" было положено в богатый, обитый малиновым бархатом гроб и выставлено в домовой церкви при комендантской квартире, откуда вечером 21-го числа было торжественно перенесено в Петропавловский собор и поставлено на катафалке с великолепным балдахином». При гробе бессменно стоял почетный караул. 22-го числа, в 11 часов утра прибыл митрополит Никанор и высшее духовенство, с котором высокопреосвященный совершал заупокойную литургию и обряд отпевания в присутствии наследника цесаревича и его императорского высочества великого князя Михаила Павловича и массы публики. По окончании отпевания гроб был вынесен на руках генералов к месту погребения, войска по команде великого князя Ми хаила Павловича отдали честь. Гром военной музыки и грохот барабанов сопровождали в вечность "отца и командира", а троекратный залп из ружей и из шести орудий с бастиона Петра Великого возвестили жителям столицы о предании земле праха неустрашимого героя за свою отчизну..." Граф Граббе в своей записной книжке отметил, что похороны Скобелева были достойны фельдмаршала.

19 февраля 1849 г. умер не только воин, но и оригинальный писатель, чья литературная деятельность началась с 1833 год.

Первая книга И.Н. Скобелева, вышедшая в 1833 г. под названием "Подарок товарищам или Переписка русских солдат в 1812 году, изданная русским инвалидом Иваном Скобелевым", вызвала живейший интерес критики и добрый отзыв в печати, хотя сам автор, впоследствии, был очень критичен к своему труду. Последовали доброжелательные отзывы в "Московским телеграфе", "Северной пчеле" и других журналах. Книгу сразу назвали народной,

С
35
1834 г. в журнале "Библиотека для чтения" печатаются его рассказы. Литературный псевдоним И.Н. Скобелева - "русский инвалид" или "безрукий инвалид". Первые успехи определили дальнейшую литературную деятельность И.Н. Скобелева. Он знакомится и дружит с ведущими литераторами, критиками, посещает литературные салоны Петербурга. Многие из его литературных знакомых и друзей гостевались у него в комендантской квартире в крепости. Скобелев был хлебосольным хозяином.

Он общался с Н.И. Гречем, часто выступавшем в роли редактора и корректора, с А.Ф. Воейковым, Ф.В. Булгариньм, П.А. Плетневьм, С.Н. Глинкой, Н.В. Кукольником, К.А. Полевым, с цензором А.В. Никитенко, с И.С. Тургеневьм и многими другими. Произведения И.Н. Скобелева удостаивались лестного отзыва профессора С.П. Шевырева, который говорил, что "Скобелев в своем военном слоге нараспашку открыл новый сильный источник для устной русской речи". А В.Г. Белинский писал: "Автор не литератор и настоящее его оружие не перо, а штык, но он и пером владеет не хуже, чем штыком, а простота и безыскусственность литературного изложения придает еще большую прелесть его пламенным, живым и благородным мыслям, чувствам и рассказам. Во всех отношениях "безрукий инвалид" в праве ожидать искреннего спасибо..."

Создавая свои произведения, И.Н. Скобелев в полной мере осознавал, кому они предназначены и говорил об этом открыто и прямо, ратуя за приобщение народа к просвещению. Он даже высказывал идею создания народного журнала или газеты для "сеяния" просвещения, при этом замечая, что "Северная пчела" жужжит в барских палатах, почему ж бы какому-нибудь "Северному соловью", народному журналу, ни петь в сельских хижинах?

Перу И.Н. Скобелева принадлежали следующие произведения, вышедшие отдельными изданиями:

- уже упоминавшееся «Подарок товарищам или Переписка русских солдат в 1812 году»,- СПб, 1833;

- «Собрание приказов, отданных инспектором резервной пехоты генерал-лейтенантом Скобелевым по ввepeнным ему войскам с 1834 по 1836 год»,- Нижний Новгород, 1836. (Любопытнейшее издание, поскольку это были делопроизводственные бумаги, исполненные в литературное изложении Скобелева).

Далее:

-«Беседы русского инвалида или новый подарок товарищам»: В 2-х частях,- СПб,1838;

- "Письмо из Бородина от безрукого к безногому инвалиду",- СПб, 1839;

- "Сцены в Москве в 18l2 году. Народное драматическое представление",- Спб., 1839;

-
36
“Кремнев – русский солдат. Оригинальное драматическое представление",- СПб., 1839, В 3-х. действиях. Напечатано с посвящением Его Императорскому Высочеству великому князю Михаилу Павловичу. (Это произведение игралось более 20-ти раз на сцене Александринского театра с участием Григорьева 1-го, Каратыгина 1-го);

- "Переписка и рассказы русского инвалида".- СПб., 1838. (Это сочинение выходит 2-м изданием б Санкт-Петербурге в 1840/41 гг. с приложением портрета автора, литографированного известным в Петербурге художником Шевалье и отпечатанного в типографии дрезденского художника Поля. Затем в 1844 г. "Переписка" выходит в издательстве книгопродавца А.А. Фарикова в Петербурге в 2-х частях (с рисунками и без них)).

Следует отметить, что все деньги от издания "Переписки" И.Н. Скобелев пожертвовал в пользу Петербургской детской больницы, находящейся под покровительством императрицы. Желающим издание распространялось по подписке за 2 рубля серебром. Книга доходила до провинциальных частных библиотек. Так, к примеру, в начале 1841 г. в г. Мышкин выписывается 6 экземпляров для купцов Тимофея и Капитона Чистовых, Ивана и Алексея Ситсковых, Василия Замяткина и Ивана Суханова.

Пожертвование И.Н. Скобелева детской больнице гонорара с издания "Переписки" можно объяснять, вероятно, тем, что некоторое из его собственных детей умерли в детстве от различных тяжёлых болезней.

Сочинения Скобелева печатались и в журналах одновременно, в уже упоминавшейся "Библиотеке для чтения" и "Отечественных записках", а в позднейшее время - в "Русской старине", "Русском архиве", «Историческом вестнике".

Чтобы представить живой, яркий язык сочинений Скобелева, приведем небольшие отрывки из его произведений:

"...Как молвил, наш батюшка белый царь одно лишь слово, как закипела кровь ратная, молодецкая, заворковало сердце русское богатырское... Полетели орлы священные, понесли орлята-друзья славы задушевные, так много ли тут надобно мудрости ?... Ну, встретились, по здоровались, а под Бородиным так столкнулись, что мать-сыра земля про стонала, да, чай, и у самого черта борода затряслась!..." (из уст героя "Кремнева - русского солдата" )

или

"...Один егерь немного приотстал. Быстрой тотчас схватил его на руки и как молния бросился вперед. "Вот твое место! бей и коли встречного и поперечного!"- сказал он, поставя егеря к французскому носу. Егерь приосанился, приободрился и французский нос на сем свете табаку уж более не нюхал.

П
37
отеря наша под Тарутиным велика тем только, что убит храбрый корпусной генерал Багговут, о котором плачут офицеры и солдаты: предобрейший был-де командир!..» (из "Переписки и рассказов русского инвалида")

И.Н. Скобелев, сам сочинительствуя, становился литературным героем в произведениях других авторов. О нем писал Н.С. Лесков в "Левше", писал А.И. Куприн, собрав исторические анекдоты о Скобелеве, один из которых здесь упомянем. Жил у Ивана Никитича в комендантской квартире говорящий попугай. Птица была умная, любимец хозяина, и любил с ним разговаривать государь Николай Павлович, приезжавший часто в собор Петропавловской крепости и при этом навещавший коменданта. Николай Павлович говорил попугаю: "Здорово, попка!", а тот в ответ: "Здравия желаем, Ваше Императорское Величество!". "Кто я?"- спрашивал государь. Попугай в ответ: «Государь и самодержец вся России!»

Но однажды, при очередном визите попугай долго не отвечал на вопросы императора. Тот ему: "Здорово, попка!", а в ответ - молчание. Тогда государь решил изменить вопрос и продолжал: "Кто я?". На что попугай, быв вероятно не в духе, явственно прокричал:" Дур-рак!".

Что тут началась! Скобелев, крича на птицу, бегал за ней по кабинету и возгласы: "Голову оторву! Убью!...",- слышались отовсюду. Пришлось Николаю Павловичу просить за жизнь попугая: "Не трогай птицу... его голосом сам Бог говорил..."

Таким был один из современников М.Ю. Лермонтова старшего поколения. Возникает закономерный вопрос - а знал ли поэт славного вояку и писателя Скобелева? Думается, знал. Не мог не знать. Ведь они вращались в очень близких литературных кругах, при многих общих знакомых. И, несомненно, М.Ю. Лермонтов читал произведения И.Н. Скобелева. И, быть может, воодушевился его манерой письма и яркостью языка. Вспомним лермонтовское "Бородино", где сквозь литературную строфу проскальзывает живая народная речь:

...И вот нашли большое поле:

Есть разгулятъся где на воле!

Построили редут.

У наших ушки на макушке!

Чуть утро осветило пушки

И леса синие верхушки -

Французы тут как тут.

Забил заряд я в пушку туго

И думал: угощу я друга!

П
38
остой-ка, брат мусью!

Что тут хитрить, пожалуй к бою;

Уж мы пойдем ломить стеною,

Уж постоим мы головою

За Родину свою!...

Если даже предположить, что М.Ю. Лермонтов не знал И.Н. Скобелева и не читал его сочинений, то уж слышал и, вероятно, немало из очень близких дружеских уст - от флигель-адъютанта Николая I Константина Федоровича Опочинина, в доме которого неоднократно бывал и с которым дружески общался. А Константин Федорович Опочинин был влюблен, а затем и женился на дочери И.Н. Скобелева Вepe Ивановне (их брак венчался 11 ноября 1840 г. в придворном соборе Зимнего Дворца).

Черты Скобелевского характера и своеобразный талант проявились в его внуках и правнуках: яркий деятель Мышкинского земства - Федор Константинович Опочинин, его сестра - попечительница угличских и мышкинских учебных заведений Екатерина Константиновна Тучкова, известная благодетельница кн. Надежда Дмитриевна Белосельская-Белозерская, писатель С. Набоков и так далее. И, конечно же, легендарный «белый генерал» Михаил Дмитриевич Скобелев. Но это уже другой разговор...







Список источников и литературы.

  1. ГАЯО (Государственный архив Ярославской области). Ф. 213. Оп. 1.Д.2295.Л. 301.

  2. УФ ГАЯО (Углический филиал Государственного архива Ярославской области). Ф 84.Оп.1.Д.1354.Лл.3-7

  3. Куприн А.И. Рассказы. - М., 1979.- С. 294-311

  4. Лермонтов М.Ю. Сочинения в двух томах/ Сост. и коммент. И.С. Чистовой. Т. 1.- М., 1988.- 720 с.

  5. То же, Т. 2. - 704 с.

  6. Русская старина. - 1900. Февраль.- С. 393-413; Март.- С. 603-616























39



^ Землянская Н.С.,

историк-краевед, член президиума

городского отделения ВООПиК



Ярославская усадьба профессора Зиновьева




Известно, что Алексей Зиновьевич Зиновьев ( 1801-1884 ), бывший профессор Демидовского высших наук училища в Ярославле ( преобразованного в 1834 г. в лицей) в начале своей педагогической карьеры был учителем великого русского поэта М.Ю. Лермонтова. Это было в конце 1820-х гг. В те годы А.З. Зиновьев, выпускник словесного отделения Московского университета, преподавал латинский и русский языки в Благородном пансионе при университете. В 1827 г. бабушка Михаила Юрьевича, Елизавета Алексеевна Арсеньева, привезла внука в Москву для поступления в Благородный пансион. Остановились они на ул. Трубной у своих дальних родственников Мещериновых, имевших трех сыновей, один из которых, Владимир, впоследствии учился вместе с М.Ю. Лермонтовым. По рекомендации хозяйки, Елизаветы Петровны, бабушка пригласила А.З. Зиновьева готовить внука для поступления в Благородный пансион по русскому и классическим языкам. Он же отвечал за весь процесс обучения наукам и его результаты. Впоследствии, М.Ю. Лермонтов, учась в пансионе, до 16 апреля 1830 г. оставался под присмотром своего наставника. Сохранились воспоминания Алексея Зиновьевича о своем, ставшем знаменитым, ученике в период пребывания того в пансионе. ” Как теперь смотрю я на милого своего питомца , отличившегося на пансионском акте, - вспоминает А.З Зиновьев. - Среди блестящего собрания он прекрасно произнёс стихи Жуковского “К морю” и заслужил громкие рукоплескания”. Тут же Лермонтов удачно исполнил на скрипке пьесу и, вообще, на этом экзамене обратил на себя внимание, получив первый приз, в особенности, по русскому языку.

А.З. Зиновьев обладал литературным даром, любил поэзию, был прекрасным декламатором. В “Московском вестнике“ был опубликован его рассказ “Возмездие”. Им же были опубликованы два стихотворения “Волга” и


40
Смерть праведника”. Алексей Зиновьевич внимательно относился к первым поэтическим трудам юного поэта. Об этом говорят пометы, которые оставил М.Ю. Лермонтов в своей рукописной тетради со стихами. Так против шестой строфы в поэме “ Черкесы” рукой поэта написано:” Зиновьев нашел, что эти стихи хороши”. Под влиянием А.З. Зиновьева Лермонтов вместе с друзьями выпускал рукописный журнал “ Утренняя заря”. В 1830 г. М. Ю. Лермонтов окончил Благородный пансион “ с весьма хорошими успехами”. В этом же году Алексей Зиновьевич Зиновьев получил должность профессора кафедры словесности, древних языков и российского красноречия в филиале университета, Демидовском высших наук училище в Ярославле. Возможно, второй поворот в его судьбе, произошел не без протекции все тех же Мещериновых, имевших родственников в Ярославской губернии.

Профессорская должность в престижном учебном заведении Верхнего Поволжья, а вместе с этим и материальное благополучие, позволили мещанскому сыну войти в привилегированное общество. В 1833 г. он женился на дворянке Любови Ивановне Назимовой, вероятно, дочери Тайного советника Ивана Алексеевича. Возможно, из их рода происходил декабрист, член Северного тайного общества, Михаил Александрович Назимов, отбывавший ссылку в Сибири и переведенный в 1837 г. оттуда на Кавказ. где в начале 1840-х гг. входил в круг знакомых М.Ю. Лермонтова. Брат жены Зиновьева - Владимир Иванович Назимов ( 1802-1874) дослужился до генерала и в 1849-1856 гг. стал попечителем Московского учебного округа.

Встал вопрос о собственном доме для молодых. Где до этого жил Алексей Зиновьевич, неизвестно, вероятно, снимал квартиру. Вскоре А.З. Зиновьев приобрел небольшую усадьбу в центре Ярославля.

Дом, где жил учитель М.Ю. Лермонтова, был обнаружен нами случайно при изучении истории дома N 33 по Волжской набережной. Владельцем того дома на начало 1840-х гг. был чиновник А. Виноградов, а соседом его с северо-запада, на углу ул. Кедрова и Волкова, дома N 9/8

( б. М. Варваринской и Никольской) - профессор А.З. Зиновьев. Дом, принадлежавший когда-то А.З. Зиновьеву, давно привлекал внимание исследователей. Известный ярославский архитектор В.Ф. Маров обратил внимание на первый этаж дома, который сохранил мощные стены, широкие угловые лопатки, планировку палатного типа. В.Ф. Маров датировал дом серединой XVIII в. и считал, что первоначально дом был одноэтажным, а 2-й этаж “надстроен”. Действительно, дом расположен в глубине двора под углом к красным линиям улиц, его второй этаж имеет декор ( фигурные филенки) начала XIX в. . Архивные исследования не только подтвердили предположения В.Ф. Марова, но и раскрыли богатую историю дома, рассказали о его владельцах на разное время.


41
А зацепочкой, с которой удалось раскрутить клубок, оказалось имя одного из сподвижников Федора Волкова по любительским спектаклям в Ярославле. По данным краеведов начала XX в. этот дом во 2-й половине XVIII в. принадлежал почтмейстеру Попову. В труппе Ф. Г. Волкова играли братья Поповы Яков и Алексей. Оба служили в Ярославской провинциальной канцелярии: первый был канцеляристом, а второй писцом. В труппе драматического театра, созданного в 1756 г. в Петербурге, остался Алексей, а Яков был награжден чином регистратора и отправлен домой. Известно, что в отставку он вышел в 1785 г. Его жена Анна Михайловна проходит по документам как “коллегии иностранных дел переводчица”. Именно ей принадлежал этот дом с постройками. Усадьба досталась Анне Михайловне по купчей, вероятно, во 2-й половине XVIII в. от канцеляриста Андрея Семенова Маметева. (На середину XVIII в. - он прихожанин церкви Рождества Христова). Анна Михайловна завещала усадьбу своему сыну - секретарю Ярославской провинциальной канцелярии Ивану Яковлевичу Попову. Тот в 1807 г. продает усадьбу :

” деревянный на каменном фундаменте дом с принадлежащим к нему строением, состоящему ...в приходе церквей Рождества Христова и Варвары Великомученицы со всею дворовою и огородною землею”,..что досталось от матери , а ей от Маметева, “да причисленных к оному дому дворовых людей” (5 чел.) своей жене Марье Андреевне за 500 руб. серебром. Хотя по купчей дом проходил деревянным на каменном фундаменте, на топографических планах 1760-х гг. дом показан как каменный. Возможно, он был на каменном полуэтаже ( т.е. полуподвальный этаж). При взгляде на дорегулярную средневековую планировку становится понятным угловое положение дома по отношению к регулярным улицам. Усадьба раньше располагалась в северо-западном углу жилого массива у перекрестка улиц Христо - Рождественской ( на XIX-нач. XX вв. - М. Варваринской) и Николо – Надеинской.

В
42
соответствие с планировкой средневековых усадеб дом стоял в глубине двора и имел крыльцо со стороны ул. Никольской. Служебные постройки располагались по ул. Христо - Рождественской. Регулярным планом 1778 г. в центре города предусматривались каменные дома и новая владелица сразу же на основе старого дома построила 2-х этажный каменный и новые каменные службы. Возможно, обновились и деревянные постройки. Затраты по строительству, Марья Андреевна , по обычаю того времени, решила восполнить доходами от казенных поставок, подрядов и винных откупов, под залог недвижимого имущества. В связи с этим провинциальная секретарша Марья Андреевна отдает усадьбу в залог. Сохранилось описание усадьбы в 1808 и 1812 г.г.:” Дом каменный 2-х этажный...в приходе церкви Рождества Христова на Рождественской улице ...и Никольского переулка...мерою по Рождественской 11, поперек 7 саж. , крыт тесом, покоев ...жилых в нижнем этаже 7, кладовая 1, и оные все со сводами, окошек 19 с железными затворами, дверей 9, из них 2 железные, печей 4. В верхнем этаже покоев 8, окон 26, дверей 10, из них столярных 5; печей 5. Потолки накатные, а полы во всем доме тесовые. Надворного строения: баня каменная со сводами, мерою в длину 2 саж.,1 арш., поперек 1 саж. и 2 арш. “ погреба с напогребенниками деревянными, 2 конюшенных сарая, кухня, каретный сарай и все оные покрыты тесом. Ворота деревянные и вся земля обнесена забором. Под домом и подвалом и строением земли по Рождественской ул. -34, по Никольской - 20 саж.” Перед нами добротная небольшая городская усадьба с необходимыми хозяйственными постройками. Наличие в доме сводчатых подвалов подтверждает “почтенный” возраст дома. Описание дома на 1812 г. еще более скупое, главное внимание в нем уделялось конструкции дома:” ...В верхнем этаже 2 капитальные стены. Нижний этаж со сводами, в нем кладовые и 4 капитальные стены. Под оным домом бутового камня 100 куб. саж., кирпичу во всем здании 30000 , связного железа 150 пуд. ...”

К сожалению, краткое описание интерьеров дома дает слабое представление об имущественном положении его владельцев. Лишь упоминание о 5 (из 10) столярных дверях на 2-м этаже косвенно указывает на скромный облик интерьеров.

В 1833 г. усадьбу ( на тот период Титулярной советницы) М.А. Поповой приобрел Алексей Зиновьевич Зиновьев- профессор Демидовского высших наук училища ( преобразованного в 1834 г. в лицей). Вскоре, (в 1836 г.) новый владелец тоже отдал усадьбу в залог по казенным подрядам и поставкам.

В
43
связи с этим было составлено описание и оценка усадьбы. Как правило, в описание входило: габариты, конструкция построек и их состояние; планировка интерьеров, их функциональное назначение и отделка. Описание стилистики фасадов делалось очень редко. И на этот раз губернский архитектор П.Я. Паньков составил типовое описание: ” Дом каменный 2-х этажный..., с принадлежащей землей, с лица оштукатурен и окрашен. На оном крыша по деревянным стропилам покрыта листовым железом с водосточными трубами... При оном с лица и позади крыльца тесовые...Из крыльца в нижний этаж ход в сени. В сенях свод и пол кирпичной. Из них 2 входа в полатку. .. вход в переднюю. В сенях парадная лестница во второй этаж деревянная...В нижнем этаже помещается комнат: полатка, сени, передняя зало, гостиная и кухня.” Вероятно, как вариант, карандашом дописано:” спальня, буфет, девичья”. “Все оные с кирпичными сводами. В полатке пол кирпичный и 2 окна с железными затворами и таковыми же решетками...; в протчих 7-ми комнатах полы двойные черные, бревенчатые а чистые тесовые соснового леса насланы по переводам. Печей галанских из поливных изразцов 4 с медными душниками и чугунными вьюшками и железными топочными дверцами. Окон 21, в них рамы летние, створчатые с приборами и зимние глухие соснового леса с полубелыми стеклами... В кухне печь русская с чугунными вьюшками и железною заслонкою.., двери однополотные тесовые... В передних комнатах 10 дверей створные, филенчатые на железных петлях с медными замками и задвижками, выкрашены белилами на масле и покрыты лаком. В нижнем этаже все комнаты оштукатурены и раскрыты разными колерами”. Из описания видно, что первый этаж, по обычаю, имел больше служебное назначение, оформление интерьеров довольно скромное.

“Во втором этаже 10 комнат, в них полы черные бревенчатые, а чистые тесовые, насланы по переводам, все выкрашены на масле желтой краской, накаты бревенчатые, оштукатурены: передняя, зало, гостиная, спальня, девичья, гардеробная, 2 детских и 2 кабинета. В них во всех комнатах 6 печей галанских из поливных изразцов..., 13 дверей , створчатые, филенчатые на коленчатых петлях с медными замками, задвижками и завертками, выкрашены на масле под дуб и под красное дерево и покрыто все лаком. Окошек 28, в них рамы летние дубовые с белыми стеклами с медными и железными приборами... Все комнаты оштукатурены и раскрыты разными колерами...” Второй этаж жилой и отделка побогаче. Для приема гостей зало и гостиная, для работы 2 кабинета. Вероятно, один для хозяина, а второй для занятий детей. В семье Зиновьевых было двое детей: в 1835 г. родился сын Иван, ставший впоследствии послом в Константинополе, в 1839 г. - сын Николай, которому судьба уготовила поприще сенатора.

Во дворе дома стояли деревянные служебные постройки: флигель, в котором размещались 2 кухни, людская изба, конюшня, каретный сарай, 2 погреба и амбар. Все постройки покрыты “по деревянным стропилам в два теса “. Перед нами среднепоместная городская усадьба ( людская изба предназначалась, вероятно, для дворовых людей).

А.З. Зиновьеву же принадлежала и огородная земля напротив дома, через Никольскую ул., в соседнем квартале.


44
Преподавая в лицее, Алексей Зиновьев много и плодотворно работал. Писал труды по русской и всеобщей истории, истории лингвистики, педагогики, статьи краеведческого характера. А.З. Зиновьев играл видную роль в деятельности “ Общества любителей российской словесности “, открытого при училище еще в 1814 г.

С.П. Покровский, в своем труде по истории лицея писал: ” ...с середины 1820-х г.г. в поэзию студентов вливаются два новых литературных течения - сентиментализм и романтизм, принесенные в училище профессорами Ханенко и Зиновьевым.” Публикации А.С. Зиновьева встречаются в “Ярославских губернских ведомостях”. Всего в Ярославле им было написано и опубликовано около 30 работ. В Ярославле Алексей Зиновьев прослужил 25 лет, продвинувшись по службе от чиновника 8 класса до статского советника. В 1846 г. он выходит в отставку и переезжает в Москву. Однако, в 1847 г. он был утвержден профессором русской словесности в Лазаревском институте восточных языков ( возможно, по протекции брата жены В. И. Назимова).

Ярославскую усадьбу (” каменный 2-х этажный дом со строением и землею “площадью 322 кв. саж. и огородную землю напротив - 136 кв. саж.) А.З. Зиновьев продал, согласно купчей, в 1848 г. г. генерал - майору Николаю Ивановичу Горскому за 4 286 руб. серебром. Однако, по плану г. Ярославля 1847 г. владелицей проходит его жена Софья Горская. По документам 1860-х гг. новый владелец умер, так и не успев “ войти во владение”. Усадьба переходит к его вдове генерал - майорше Софье Горской. На начало XX в. дом принадлежал наследникам купчихи 2-й гильдии Свойкиной Клавдии Федоровны: Павлу и Екатерине Ивановичам Свойкиным. Владение было небольшое. С юго- восточной стороны дома, вдоль ограды, стояли каменные одноэтажные службы, на ул. М. Варваринскую выходил небольшой одноэтажный дом, с юго-востока вдоль ул. Николо - Надеинской узкой полосой тянулся сад. Дом сдавался в наем, среди жильцов: дворянин, чиновник Контрольной палаты Скульский П.Н., губернский секретарь Пасхалис К.А., остальные - мещане. крестьяне. В годы Советской власти усадьба была нарушена : нет дворовых построек, сада, остался лишь жилой дом. За эти годы дом обветшал и требует реставрации.




Источники:




  1. ГАЯО, Ф. 55, оп.1, д. 342, 1808г.; д. 1999, 1858 г.; Ф. 151, оп.2, д. 9191, 1836 г.; д. 23716, 1830-е гг.; Ф. 485, оп.5, д. 192 1913 г.; Ф. 501, оп. 1, д. 1699, 1858 г.; оп.2, д. 31. 1847 г.; Ф. 509, оп.2, д д. 1974,1982, нач. XX в.; оп. 3, д. 374;

  2. Список домов г. Ярославля поулично//Календарь Ярославской губернии на 1877. - Ярославль, б/г.

  3. Е
    45
    горов С. Ярославское высших наук училище.- Ярославль, 1980.

  4. Фабричникова Л. Учитель Лермонтова жил в Ярославле на углу Никольской и Христорождественской //Московский комсомолец в Ярославле.-2001.-12-19 апреля.-С.6.

  5. Козлов П.И., Маров В.Ф. Ярославль: Путеводитель-справочник. - Ярославль, 1988 .

  6. Лермонтовская энциклопедия. - М.: Сов. энциклопедия, 1981.

  7. Мельгунов Б.В. “Всему начало здесь...”: Некрасов и Ярославль. - Ярославль: Верх. Волга, 1997.







оставить комментарий
страница2/3
М.Ю. Лермонтова
Дата06.09.2011
Размер0,71 Mb.
ТипДокументы, Образовательные материалы
Добавить документ в свой блог или на сайт

страницы: 1   2   3
Ваша оценка этого документа будет первой.
Ваша оценка:
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rudocs.exdat.com

Загрузка...
База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2017
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Анализ
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Авторефераты
Программы
Методички
Документы
Понятия

опубликовать
Документы

наверх